Книги по тегу «горячо и откровенно»: ""
Я смотрела на дверь, мечтая увидеть старшую или кого угодно, лишь бы не оставаться одна… с ними. Через два часа я должна быть в операционной. В аду, как сказала медсестра. По телу пробежала дрожь, в глазах защипало.
Обхватив меня за талию, Дмитрий Сергеевич повел меня к дивану, стоящему возле стены. Сердце билось как ненормальное, но я безвольно пошла с ним.
—- Не трясись ты так. Мы добрые. Выдержишь первую операцию, значит будешь… в нашем дружном коллективе.
Обхватив меня за талию, Дмитрий Сергеевич повел меня к дивану, стоящему возле стены. Сердце билось как ненормальное, но я безвольно пошла с ним.
—- Не трясись ты так. Мы добрые. Выдержишь первую операцию, значит будешь… в нашем дружном коллективе.
Он — вторая ракетка мира, она — самая красивая теннисистка из России. Новость об их романе взорвет весь мир.
— Объяснишь? — отец тычет планшетом мне в лицо.
— Что… Ох! — я теряю дар речи, когда вижу главную страницу известного спортивного ресурса.
Там… я. Занимаюсь сексом в туалете мужского теннисного клуба. И соврать, что меня с кем-то спутали, не выйдет. На фото четко видно фирменные кроссовки с моими инициалами.
— Кто он?
— Вчера это было в последний раз, — отвечаю уклончиво.
— Анна, у тебя контракты! Ты хоть представляешь, что скажут спонсоры, когда увидят это?
— Ты драматизируешь… Кому какое дело?
Оказывается, что дело все-таки есть, когда я обнаруживаю под окнами отеля огромную толпу журналистов с камерами. Тут пахнет настоящим скандалом.
Сбежав в спальню, я сразу нахожу телефон, смахиваю сотни уведомлений и дрожащими руками нажимаю кнопку вызова.
— Ты где? — тут же звучит в трубке голос с акцентом, от которого тело покрывается мурашками. — Надо поговорить.
— Объяснишь? — отец тычет планшетом мне в лицо.
— Что… Ох! — я теряю дар речи, когда вижу главную страницу известного спортивного ресурса.
Там… я. Занимаюсь сексом в туалете мужского теннисного клуба. И соврать, что меня с кем-то спутали, не выйдет. На фото четко видно фирменные кроссовки с моими инициалами.
— Кто он?
— Вчера это было в последний раз, — отвечаю уклончиво.
— Анна, у тебя контракты! Ты хоть представляешь, что скажут спонсоры, когда увидят это?
— Ты драматизируешь… Кому какое дело?
Оказывается, что дело все-таки есть, когда я обнаруживаю под окнами отеля огромную толпу журналистов с камерами. Тут пахнет настоящим скандалом.
Сбежав в спальню, я сразу нахожу телефон, смахиваю сотни уведомлений и дрожащими руками нажимаю кнопку вызова.
— Ты где? — тут же звучит в трубке голос с акцентом, от которого тело покрывается мурашками. — Надо поговорить.
В первую нашу встречу я хотел ее поцеловать.
Во вторую – затащить в свою постель и больше никогда не выпускать оттуда.
А в третью… сам не знаю, что произошло и что будет между нами дальше.
Но… Будет больно... я уверен.
История Арнольда из романа "Искушение" https://litmarket.ru/books/iskushenie-30
Во вторую – затащить в свою постель и больше никогда не выпускать оттуда.
А в третью… сам не знаю, что произошло и что будет между нами дальше.
Но… Будет больно... я уверен.
История Арнольда из романа "Искушение" https://litmarket.ru/books/iskushenie-30
Моя жизнь – это строгий порядок, где все под контролем.
Брак с Полиной – идеальная сделка, часть безупречного плана.
Но ее дочь Алиса, хрупкая девушка с невинной внешностью и смелым взглядом, ломает мои стены, ломает меня.
Ее тонкая фигура, косички и легкая улыбка будят во мне чувства, которые я запретил себе.
Я разрываюсь между долгом и этим опасным влечением, которое может все разрушить.
Она – моя слабость. Мой тайный грех.
Брак с Полиной – идеальная сделка, часть безупречного плана.
Но ее дочь Алиса, хрупкая девушка с невинной внешностью и смелым взглядом, ломает мои стены, ломает меня.
Ее тонкая фигура, косички и легкая улыбка будят во мне чувства, которые я запретил себе.
Я разрываюсь между долгом и этим опасным влечением, которое может все разрушить.
Она – моя слабость. Мой тайный грех.
Мой брат сводит меня с ума, и наша греховная страсть может довести нас до страшного преступления. Я хочу его больше, чем кого либо, и нас тянет к друг другу неимоверное желание и искушение. Мы не можем противостоять нашему желанию и чем это закончится для нас?
Но он знает тайну, которую не знаю я.
Но он знает тайну, которую не знаю я.
Мало того, что я сломала ноготь после дорогущего маникюра, из под носа увели брендовую шмотку по дичайшей распродаже, так еще и какой-то бедолага решил скопытиться под бампером моей восьмицилиндровой кобылки.
А после вообще какая-то дичь произошла!
Куча очень странных, но дико красивых мужиков просят спасти их род от вымирания…
Эй, а ну-ка руки убрали от меня!
А после вообще какая-то дичь произошла!
Куча очень странных, но дико красивых мужиков просят спасти их род от вымирания…
Эй, а ну-ка руки убрали от меня!
— Ну и? С какого входа потеряли? Кхм, переднего или заднего? — откашливается гинеколог, с противным шлепком натягивая перчатку.
— Да за кого вы меня принимаете! — возмущаюсь я этому нахалу. Взгляд сам ловит текст на бейдже «Ярёмин. Р. М.»
— Надо же, у вас как у моего парня...
Мужик жмет плечами, раздвигая со знанием дела мне коленки:
— Они у всех одинаковые, дело в умение пользоваться.
— Да я о фамилии! Как у Тохи.
— Надо же…А имя как у моего сына.
Так, я и познакомилась со своим свекром! А он обещал не только вытащить «презент» Антона, но и женить на мне этого гада…
— Да за кого вы меня принимаете! — возмущаюсь я этому нахалу. Взгляд сам ловит текст на бейдже «Ярёмин. Р. М.»
— Надо же, у вас как у моего парня...
Мужик жмет плечами, раздвигая со знанием дела мне коленки:
— Они у всех одинаковые, дело в умение пользоваться.
— Да я о фамилии! Как у Тохи.
— Надо же…А имя как у моего сына.
Так, я и познакомилась со своим свекром! А он обещал не только вытащить «презент» Антона, но и женить на мне этого гада…
Он - лучший друг моего парня. И он меня терпеть не может, буквально ненавидит и на дух не переносит. Ну и я, конечно же, не остаюсь у него в долгу и отвечаю ему тем же.
Но роковое стечение обстоятельств неожиданно заставляет нас стать друг другу ближе. Даже слишком. И с этого момента все меняется.
- Твоя девчонка? - спросил у Никиты один из бандитов.
- Это девушка друга, - ответил парень.
- Даже так…Красивая девушка у твоего друга. Признавайся, только честно, мечтал когда-нибудь о ней?
- Да, - процедил сквозь зубы лучший друг моего парня, вызывая у меня шок и неверие.
- Тогда - это все меняет.
Но роковое стечение обстоятельств неожиданно заставляет нас стать друг другу ближе. Даже слишком. И с этого момента все меняется.
- Твоя девчонка? - спросил у Никиты один из бандитов.
- Это девушка друга, - ответил парень.
- Даже так…Красивая девушка у твоего друга. Признавайся, только честно, мечтал когда-нибудь о ней?
- Да, - процедил сквозь зубы лучший друг моего парня, вызывая у меня шок и неверие.
- Тогда - это все меняет.
— А ну-ка, стоять! — кричу я, хватая за рукав грабителя, который забрался в святая святых. — Михалыч! Михалыч, скорее сюда!
— Слышь, тетка, отпусти, — шипит этот бандюган в лыжной шапочкой на голове, пытаясь вырваться из моих цепких пальцев, выкручивая мне руку. — А то хуже будет.
— Не отпущу, скот! — цежу я сквозь зубы. — Это мой музей, и я не позволю красть мои экспонаты!
Мы продолжаем бороться, а Михалыч, этот лысый черт, поставленный охранять наш маленький музей, так и не появился.
— Отцепись, — мужик с силой дергается в сторону, и мы, не удержавшись, летим на пол.
Я больно ударяюсь спиной, и сразу же на меня сверху валится гора мускулов.
— Поставь на место, что взял, и я тебя отпущу, — пыхчу я, сжимая в объятиях этого гада.
— Ты меня и так отпустишь, — он приподнимает шапочку, горячие губы запечатывают мой рот, и я от неожиданности разжимаю руки.
— Слышь, тетка, отпусти, — шипит этот бандюган в лыжной шапочкой на голове, пытаясь вырваться из моих цепких пальцев, выкручивая мне руку. — А то хуже будет.
— Не отпущу, скот! — цежу я сквозь зубы. — Это мой музей, и я не позволю красть мои экспонаты!
Мы продолжаем бороться, а Михалыч, этот лысый черт, поставленный охранять наш маленький музей, так и не появился.
— Отцепись, — мужик с силой дергается в сторону, и мы, не удержавшись, летим на пол.
Я больно ударяюсь спиной, и сразу же на меня сверху валится гора мускулов.
— Поставь на место, что взял, и я тебя отпущу, — пыхчу я, сжимая в объятиях этого гада.
— Ты меня и так отпустишь, — он приподнимает шапочку, горячие губы запечатывают мой рот, и я от неожиданности разжимаю руки.
Просыпаюсь, голова раскалывается, зачем я вчера повелась на уговоры девчонок и выпила.
Рядом кто-то похрапывает.
Во девахи мои дают, храпят как рота солдат.
И вдруг меня по-хозяйски притягивает к себе чья-то огромная ручища.
Открываю глаза, я в спальне, в которую меня отправили девчонки, но не одна и не с девчонками.
Рядом, мирно как ангелочки, спят два огромных, накачанных мужика, одинаковых как отражение в зеркале.
Так это был не сон!
Я даже краснею от ворвавшихся в мою затуманенную память воспоминаний.
Так, Верочка, бери свою аппетитную попочку, которая опять вляпалась в приключения, и беги пока эти красавцы не проснулись.
Пытаюсь выползти из-под руки гиганта, он начинает шевелиться, я замираю.
Мужик переворачивается на спину, и я тихонечко сползаю с постели.
Оборачиваюсь и замираю.
Рядом кто-то похрапывает.
Во девахи мои дают, храпят как рота солдат.
И вдруг меня по-хозяйски притягивает к себе чья-то огромная ручища.
Открываю глаза, я в спальне, в которую меня отправили девчонки, но не одна и не с девчонками.
Рядом, мирно как ангелочки, спят два огромных, накачанных мужика, одинаковых как отражение в зеркале.
Так это был не сон!
Я даже краснею от ворвавшихся в мою затуманенную память воспоминаний.
Так, Верочка, бери свою аппетитную попочку, которая опять вляпалась в приключения, и беги пока эти красавцы не проснулись.
Пытаюсь выползти из-под руки гиганта, он начинает шевелиться, я замираю.
Мужик переворачивается на спину, и я тихонечко сползаю с постели.
Оборачиваюсь и замираю.
Выберите полку для книги