Книги по тегу «горячо и эмоционально»: ""
ПЕРВАЯ КНИГА
Она новый молодой преподаватель в институте. Примерная дочь, жена, умница и красавица.
Он избалованный вниманием мажор, балагур и сорви голова. Девушки готовы на все, лишь бы он обратил на них внимание. Все, что он захочет, обязательно оказывается в его руках.
Но однажды их взгляды пересекаются… И он готов поспорить, что эта училка будет его.
В тексте:
- Преподавательница и студент;
- Дерзкий герой;
- Запретные отношения;
- Измена (чья? будем разбираться)
Нецензурная лексика и откровенные сцены.
Она новый молодой преподаватель в институте. Примерная дочь, жена, умница и красавица.
Он избалованный вниманием мажор, балагур и сорви голова. Девушки готовы на все, лишь бы он обратил на них внимание. Все, что он захочет, обязательно оказывается в его руках.
Но однажды их взгляды пересекаются… И он готов поспорить, что эта училка будет его.
В тексте:
- Преподавательница и студент;
- Дерзкий герой;
- Запретные отношения;
- Измена (чья? будем разбираться)
Нецензурная лексика и откровенные сцены.
Байрат – не наследник Валорского трона и не любимый сын кагана. Грубоватый, прямолинейный, большую часть жизни проводит в казармах да походах. Привычнее ему, чем во дворце с лестью и интригами. Был на вторых ролях и всё устраивало, пока судьба да воля отцовская не забросили в Миргород. Зря серчал на батюшку, ибо встретил не только брата названного, но и любовь – яркую, чистую. Да только увозят девушку в далекие земли вооружённые люди, а сама она молчит да слезы льёт. Значит пора развернуться во всю богатырскую удаль и рвать жилы, чтобы вернуть ту, что дороже жизни. Вот только в погоню за рыжеволосой девушкой-загадкой устремляется сама княжна миргородская, наставница её - Яра-воительница да с волхвом Драгомиром в придачу.
Я жрица храма, посвященного богине Любви. Юная, не знающая ничего, кроме ритуалов, девушка. Двадцать лет я жила мирной жизнью, видела только паломников, пока однажды наш город не захватили. В мой храм ворвался отряд невиданных по силе воинов. В сверкающих магических доспехах и с именем чужого нам бога на устах. И вот теперь я пленница одного из этих захватчиков.
Удастся ли мне выжить? Не надругается ли он надо мной? И не осмелится ли обратить в свою веру? Или, может… это я заставлю его служить моей богине?
Я воин элитного отряда. Наше Святое братство призвано изничтожить распутство. Искоренить порок и безнравственность. Поэтому нас отправляют в самый греховный город на земле – в место, где жрицы богини Любви практикуют ритуальный блуд.
Захватим ли мы их в плен, обратим ли в нашу веру? Или, напротив, сами станем жертвами их колдовской силы?
Удастся ли мне выжить? Не надругается ли он надо мной? И не осмелится ли обратить в свою веру? Или, может… это я заставлю его служить моей богине?
Я воин элитного отряда. Наше Святое братство призвано изничтожить распутство. Искоренить порок и безнравственность. Поэтому нас отправляют в самый греховный город на земле – в место, где жрицы богини Любви практикуют ритуальный блуд.
Захватим ли мы их в плен, обратим ли в нашу веру? Или, напротив, сами станем жертвами их колдовской силы?
– Мне жаль, Камила. Я желал тебе другой судьбы, дочка, но обстоятельства сильнее меня.
– Нет! – это слово вырывается из меня хриплым шепотом. – Ты обещал! – кричу уже во всю силу.
Мне восемнадцать и, казалось, что жизнь только начинается.
– Я не хочу замуж! Не хочу за какого-то дикого горца! Мы не в средневековье, пап!
Я кричу, плачу, трясусь от ярости и бессилия. Но ничего не могу изменить.
Мой истеричный крик безжалостно разбивается о каменную стену традиций и суровой необходимости.
– Только Саидов может дать нам защиту. И цена за эту защиту – ты, Камила. И ты выйдешь замуж за Карима уже завтра.
– Нет! – это слово вырывается из меня хриплым шепотом. – Ты обещал! – кричу уже во всю силу.
Мне восемнадцать и, казалось, что жизнь только начинается.
– Я не хочу замуж! Не хочу за какого-то дикого горца! Мы не в средневековье, пап!
Я кричу, плачу, трясусь от ярости и бессилия. Но ничего не могу изменить.
Мой истеричный крик безжалостно разбивается о каменную стену традиций и суровой необходимости.
– Только Саидов может дать нам защиту. И цена за эту защиту – ты, Камила. И ты выйдешь замуж за Карима уже завтра.
Женя наряжалась и прихорашивалась, чтобы порадовать жениха прямо на рабочем месте. Хорошенькая Снегурка, словно с картинки, должна была растопить самое холодное сердце. А вместо этого получила неожиданный сюрприз, застукав жениха с новой сотрудницей. В слезах садиться за руль не рекомендуется, особенно на зимней трассе. Как итог: разбитое сердце, голова и машина. К тому же посреди заснеженного леса. Чудом девушка наткнулась на лесной домик, но увы, к нему в комплекте полагается нелюдимый хозяин, который к тому же свято уверен, что она – «подарок» от его друзей на день рождения...
— Ты же знаешь, что я всегда любил и буду любить лишь одну девушку, и это — Филишь. Только она одна достойна владеть моим сердцем, — пафосно произнёс Тарис. Я закатила глаза.
«И вот это недоразумение безумно любила моя предшественница?» — мысленно подумала я.
— Знаешь, я в принципе не против твоих романтических метаний, — сказала я, аккуратно снимая кожуру с винограда длинным, острым ногтем, — но есть одно «но».
— Никаких „но“! — закричал мой муж. — Как только я поймаю эту идиотку, то сразу получу повышение, а значит, смогу просить милость у короля и руки его воспитанницы Филишь, — сказал он. — Эта дура — обычная выскочка, пустышка, — говорил Тарис. Я скривилась и поморщилась одновременно.
— Сколько пафоса и самомнения, дорогой, — засмеялась я, сжимая зубами виноградинку. — Ты сначала её поймай, а только потом говори о награде, — сказала я, откровенно смеясь над инквизитором. Муж сжал челюсть, скрепя зубами.
«И вот это недоразумение безумно любила моя предшественница?» — мысленно подумала я.
— Знаешь, я в принципе не против твоих романтических метаний, — сказала я, аккуратно снимая кожуру с винограда длинным, острым ногтем, — но есть одно «но».
— Никаких „но“! — закричал мой муж. — Как только я поймаю эту идиотку, то сразу получу повышение, а значит, смогу просить милость у короля и руки его воспитанницы Филишь, — сказал он. — Эта дура — обычная выскочка, пустышка, — говорил Тарис. Я скривилась и поморщилась одновременно.
— Сколько пафоса и самомнения, дорогой, — засмеялась я, сжимая зубами виноградинку. — Ты сначала её поймай, а только потом говори о награде, — сказала я, откровенно смеясь над инквизитором. Муж сжал челюсть, скрепя зубами.
Я просто хотела пережить этот день.
А в итоге купила эльфийского принца на рынке.
Он высокомерный, язвительный и уверен, что я — худшее, что с ним случалось.
Проблема в том, что древняя магия решила сделать нас истинной парой.
Теперь у меня дома злой эльф в ошейнике,
у него — колдунья, которую он презирает,
а у нас обоих — связь, от которой не сбежать.
Кажется, будет весело.
А в итоге купила эльфийского принца на рынке.
Он высокомерный, язвительный и уверен, что я — худшее, что с ним случалось.
Проблема в том, что древняя магия решила сделать нас истинной парой.
Теперь у меня дома злой эльф в ошейнике,
у него — колдунья, которую он презирает,
а у нас обоих — связь, от которой не сбежать.
Кажется, будет весело.
Он — старший брат моей лучшей подруги.
Мой личный кошмар из детства.
Мужчина, который однажды сказал мне: «Ты всегда всё портишь» — и, кажется, с тех пор решил доказывать это всю мою жизнь.
Марк Соколов привык всё контролировать: бизнес, людей, эмоции.
Я — единственное исключение из его системы.
Мы ненавидим друг друга.
Мы спорим так, будто это олимпийский вид спорта.
Мы цепляемся за каждую фразу, каждую слабость, каждую старую обиду.
Он считает меня катастрофой на каблуках.
Я считаю его самовлюблённым диктатором.
Но ненависть — это тоже чувство.
И иногда она горит гораздо жарче любви.
Мой личный кошмар из детства.
Мужчина, который однажды сказал мне: «Ты всегда всё портишь» — и, кажется, с тех пор решил доказывать это всю мою жизнь.
Марк Соколов привык всё контролировать: бизнес, людей, эмоции.
Я — единственное исключение из его системы.
Мы ненавидим друг друга.
Мы спорим так, будто это олимпийский вид спорта.
Мы цепляемся за каждую фразу, каждую слабость, каждую старую обиду.
Он считает меня катастрофой на каблуках.
Я считаю его самовлюблённым диктатором.
Но ненависть — это тоже чувство.
И иногда она горит гораздо жарче любви.
Порой достаточно и мгновения, чтобы тихая, размеренная жизнь превратилась в нечто невероятно кошмарное и опасное. Казалось бы, вчера ты беззаботно радовалась, мечтала и наслаждалась каждым днем. А сегодня отчаянно борешься за жизнь, переносишь страдания и унижения, даже плакать уже нет сил. И единственное, что держит на плаву - желание не броситься в этот огонь самолично и не сгореть в бездонном омуте Его голубых глаз. И я любой ценой стремлюсь избежать этой участи. Но смогу ли? Ведь Он четко дал понять - Я его. И точка.
#очень горячо и откровенно
#герой - плохой парень
#криминал и жесткие сцены присутствуют
#противостояние характеров
#очень горячо и откровенно
#герой - плохой парень
#криминал и жесткие сцены присутствуют
#противостояние характеров
Они — лучшие друзья, совладельцы люксового ночного клуба «Сладость». Один — порядок. Холодный аналитик, мозг дуэта. Другой — хаос, жар и дикость, импульс, от которого не скрыться.
И я, студентка архитектурного. Официантка в их клубе.
Пролитый коктейль, испорченный пиджак гостя, и вот я уже в их кабинете жду увольнения. Вот только у них на меня, кажется, другие планы.
И я, студентка архитектурного. Официантка в их клубе.
Пролитый коктейль, испорченный пиджак гостя, и вот я уже в их кабинете жду увольнения. Вот только у них на меня, кажется, другие планы.
Выберите полку для книги