Книги по тегу «горячо»: ""

Дождь хлестал по стёклам чёрного седана, размывая огни ночного Петербурга в дрожащие золотые пятна. Ева Лаврова сидела на заднем сиденье, прижав к груди кожаную папку, и смотрела в окно. Ей было двадцать шесть, и за её плечами уже было пять лет работы синхронным переводчиком — работа, которая требовала не только знания языков, но и умения молчать. Умение молчать сегодня пригодилось ей как никогда.
— Приехали, — коротко бросил водитель, не оборачиваясь.
Ева посмотрела вперёд. Перед ними высилось здание — старинный особняк на набережной Мойки, перестроенный под современные нужды. Фасад — серые колонны, высокие окна, тяжёлая дубовая дверь. Всё в этом доме говорило о деньгах. О власти. О том, что хозяин не привык слышать слово "нет".
Она сглотнула. В папке — контракт. Брак по контракту. На один год. С человеком, которого она видела всего дважды в жизни. С человеком, чьё имя в деловых кругах произносили шёпотом — Максим Зорин. Владелец холдинга, который включал в себя всё...

Он не скрывает, что не верит в компромиссы: либо ты принимаешь его правила, либо уходишь. Она приходит с установкой «я никому не позволю себя контролировать», но быстро понимает, что его жёсткость — это не желание подавить, а способ создать безопасное пространство в мире, где никто ни за что не отвечает. Их противостояние постепенно превращается в союз, где её дерзость и его структура дополняют друг друга. Когда кто‑то извне пытается нарушить их хрупкое равновесие, именно эта выстроенная система правил становится их главным оружием.

Наши встречи в усадьбе стали ежедневными. Я находил десятки причин, чтобы контролировать ход реставрации. Я следил за тем, как она работает, как она кусает губу, когда у неё что-то не получается, как она выдыхает, когда думает, что никто не смотрит. Она была идеальной сабмиссивной, даже не подозревая об этом, или, может быть, подавляя в себе это желание годами.
Интрига начала закручиваться в тот момент, когда в усадьбе появился Глеб. Ему был тридцать один год, он был частным коллекционером и спонсором реставрации. Глеб был из тех мужчин, которые привыкли, что мир крутится вокруг их кошелька. Он был скользким, самоуверенным, с неприятной, липкой улыбкой. Я сразу почувствовал к нему отвращение. Не как Доминант, а просто как мужчина. Он смотрел на Елену не как на мастера, а как на вещь, которую можно оценить и купить.
Я видел, как она сжимается при нём. Как её голос становится тише, как она избегает зрительного контакта. Глеб позволял себе лишнее: клал руку на её стул, слишком близко...

Он привык всё контролировать. Он берёт на работу молодую ассистентку — умную, дерзкую, с характером. С первой же встречи между ними искрит, но он даёт себе слово: никаких отношений с подчинёнными. Однако чем больше он пытается держаться на расстоянии, тем сильнее его тянет к ней. Внутренний конфликт, запретное притяжение, напряжение в каждом взгляде и случайном касании. Он клялся, что не тронет её. Но одна ночь изменила всё...