Книги по тегу «дети»: ""
Счастливый брак Валентины и Дамира рушится в одночасье, когда он уходит к бывшей любовнице. Валентина не говорит ему, что беременна двойней, и растит детей одна. Восемь лет спустя случайная встреча в школе переворачивает всё, Дамир наконец узнаёт правду. Что он сделает, чтобы вернуть семью, и стоит ли возвращать то, что он потерял?
Это история о том, можно ли простить непростительное, построить счастье на руинах и начать сначала, когда кажется, что всё потеряно.
Все события, имена вымышлены, все совпадения случайны!
Это история о том, можно ли простить непростительное, построить счастье на руинах и начать сначала, когда кажется, что всё потеряно.
Все события, имена вымышлены, все совпадения случайны!
— Мам, Милана сказала, что мой папа скоро станет её.
— Какой папа, Соня?
— Наш. Она сказала, её мама уже ждёт, когда он уйдёт к ним.
— Кто её мама?
— Та рыжая врач из папиной больницы… ты ее видела.
Одна детская фраза за завтраком рушит мою привычную жизнь. Я думала, муж снова ночевал на операции. Верила каждому его сообщению, потому что сама врач и знаю, как больница забирает людей без остатка. Но теперь понимаю: дежурства, срочные вызовы и ночные операции были удобной ширмой.
У моего мужа есть другая женщина. У неё есть дочь. И наши дети узнают правду раньше меня.
***
Сюжет является фантазией автора. Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны.
— Какой папа, Соня?
— Наш. Она сказала, её мама уже ждёт, когда он уйдёт к ним.
— Кто её мама?
— Та рыжая врач из папиной больницы… ты ее видела.
Одна детская фраза за завтраком рушит мою привычную жизнь. Я думала, муж снова ночевал на операции. Верила каждому его сообщению, потому что сама врач и знаю, как больница забирает людей без остатка. Но теперь понимаю: дежурства, срочные вызовы и ночные операции были удобной ширмой.
У моего мужа есть другая женщина. У неё есть дочь. И наши дети узнают правду раньше меня.
***
Сюжет является фантазией автора. Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны.
Меня выгнали из жизни дракона так, будто я была ошибкой в родовой книге.
Совет объявил развод. Кайран Арден, мой муж и самый сильный дракон Севера, поставил подпись. Я лишилась его имени, замка и права называться частью рода. Взамен мне отдали Серебряное Крыло — забытую академию с пустыми башнями, промёрзшими залами и дурной славой.
Они решили, что это конец.
Но в ту же ночь у старой дороги меня догнали двое детей.
Мира и Мирон.
Мои тайные близнецы, которых я шесть лет прятала от Совета. Дети Кайрана. Наследники рода Арден.
Теперь академия открывает передо мной двери, которые молчали сто лет. Бывший муж требует правду, которую сам когда-то не сумел услышать. Совет готов забрать детей ради власти. А старые стены Серебряного Крыла вдруг признают меня хозяйкой.
Я потеряла титул.
Потеряла мужа.
Потеряла прежнюю жизнь.
Но если драконьи роды думают, что я отдам им своих детей, они плохо знают женщину, которой больше нечего терять.
Совет объявил развод. Кайран Арден, мой муж и самый сильный дракон Севера, поставил подпись. Я лишилась его имени, замка и права называться частью рода. Взамен мне отдали Серебряное Крыло — забытую академию с пустыми башнями, промёрзшими залами и дурной славой.
Они решили, что это конец.
Но в ту же ночь у старой дороги меня догнали двое детей.
Мира и Мирон.
Мои тайные близнецы, которых я шесть лет прятала от Совета. Дети Кайрана. Наследники рода Арден.
Теперь академия открывает передо мной двери, которые молчали сто лет. Бывший муж требует правду, которую сам когда-то не сумел услышать. Совет готов забрать детей ради власти. А старые стены Серебряного Крыла вдруг признают меня хозяйкой.
Я потеряла титул.
Потеряла мужа.
Потеряла прежнюю жизнь.
Но если драконьи роды думают, что я отдам им своих детей, они плохо знают женщину, которой больше нечего терять.
В день развода герцог-дракон Рэйгар Астэрн публично отказывается от Элиары Вейн и отдаёт ей в качестве «отступного» заброшенную Академию Северного Крыла — развалины с долгами, выбитыми окнами и дурной славой.
Но у ворот академии Элиару ждут трое детей с драконьими глазами. Их ищет Совет. Их нельзя отдавать взрослым с печатями и приказами. А сама академия, которую все считали мёртвой, вдруг открывает перед Элиарой двери, зажигает старые огни и признаёт её хранительницей.
Рэйгар уверяет, что всё сложнее, чем кажется. Совет требует вернуть детей. В стенах академии просыпаются древние тайны, а в крови маленьких наследников — сила, способная разрушить власть старых родов.
Элиара потеряла титул, мужа и дом. Но теперь у неё есть академия, дети, которых нужно защитить, и дракон, которому придётся доказать делом, что он достоин снова стоять рядом.
Но у ворот академии Элиару ждут трое детей с драконьими глазами. Их ищет Совет. Их нельзя отдавать взрослым с печатями и приказами. А сама академия, которую все считали мёртвой, вдруг открывает перед Элиарой двери, зажигает старые огни и признаёт её хранительницей.
Рэйгар уверяет, что всё сложнее, чем кажется. Совет требует вернуть детей. В стенах академии просыпаются древние тайны, а в крови маленьких наследников — сила, способная разрушить власть старых родов.
Элиара потеряла титул, мужа и дом. Но теперь у неё есть академия, дети, которых нужно защитить, и дракон, которому придётся доказать делом, что он достоин снова стоять рядом.
«Драконы не предают тихо. Они делают это красиво».
Алиса Ровен десять лет была женой дракона — тихой, верной, удобной. Пока однажды Каэль Драгор не вывел к родовому двору другую женщину и не надел на неё фамильный сапфир, который когда-то обещал Алисе защиту.
Развод должен был уничтожить её. Вместо этого древний дом передал Алисе забытый Северный приют — место, о котором род Драгор предпочитал молчать.
Там, за снегами и старыми печатями, Алиса находит детей. Не сирот. Не случайных воспитанников. А наследников драконьей крови, которых прятали, потому что они мешали чужой власти.
Теперь Алисе предстоит стать для них защитой, домом и голосом. Каэлю — узнать, какую правду скрывали от него родные. А женщине, занявшей место Алисы, — понять, что отвергнутая жена дракона больше не просит любви.
Она строит дом для тех, кого тоже назвали лишними.
Алиса Ровен десять лет была женой дракона — тихой, верной, удобной. Пока однажды Каэль Драгор не вывел к родовому двору другую женщину и не надел на неё фамильный сапфир, который когда-то обещал Алисе защиту.
Развод должен был уничтожить её. Вместо этого древний дом передал Алисе забытый Северный приют — место, о котором род Драгор предпочитал молчать.
Там, за снегами и старыми печатями, Алиса находит детей. Не сирот. Не случайных воспитанников. А наследников драконьей крови, которых прятали, потому что они мешали чужой власти.
Теперь Алисе предстоит стать для них защитой, домом и голосом. Каэлю — узнать, какую правду скрывали от него родные. А женщине, занявшей место Алисы, — понять, что отвергнутая жена дракона больше не просит любви.
Она строит дом для тех, кого тоже назвали лишними.
Мне выпал второй шанс прожить новую жизнь – если раньше я была инвалидом, прикованным к кровати, то теперь я – молодая женщина с тремя детьми.
Муж выгнал с детьми из дома. Любовница насмехалась. Дети болеют и не говорят. Куда мне податься? Выходит, в сиротский приют… Вот только жить тут просто так не получится. Нужно разрешение генерала драконов, мрачного мужчины, который смотрит на меня как на букашку…
— Вот моё условие, — произнёс он, и в голосе его прозвучала тёмная, вкрадчивая нотка. — За два полнолуния ставишь сиротский приют на ноги. Деньги, строители, люди — всё получишь. Справишься — молодец. А нет... тогда будешь жить в моём гареме и ублажать меня каждую ночь.
Его глаза опасно блеснули. В них не было шутки. Только холодная, собственническая уверенность человека, который привык брать то, что хочет.
Муж выгнал с детьми из дома. Любовница насмехалась. Дети болеют и не говорят. Куда мне податься? Выходит, в сиротский приют… Вот только жить тут просто так не получится. Нужно разрешение генерала драконов, мрачного мужчины, который смотрит на меня как на букашку…
— Вот моё условие, — произнёс он, и в голосе его прозвучала тёмная, вкрадчивая нотка. — За два полнолуния ставишь сиротский приют на ноги. Деньги, строители, люди — всё получишь. Справишься — молодец. А нет... тогда будешь жить в моём гареме и ублажать меня каждую ночь.
Его глаза опасно блеснули. В них не было шутки. Только холодная, собственническая уверенность человека, который привык брать то, что хочет.
— И раз уж ты ждёшь двойню, то после развода каждый из нас заберёт по ребёнку. Я мальчика, ты девочку. Девчонка всё равно мне не особо нужна. И Инна хочет мальчика. Так что для тебя будет хоть каким-то утешением забрать себе дочь.
Я стою возле приоткрытой двери в свой кабинет и слушаю, что говорит муж моей пациентке. Чувство, будто я попал в дешёвый турецкий сериал. Этот мужик вообще осознает дичь, которую он несёт?!
— Что ты такое говоришь, Олег? — раздаётся дрожащий голос девушки.
В нём явно слышны слёзы.
— Ты хорошо поняла меня, Лея. Не притворяйся слабослышащей. Лучше тебе сейчас думать, как ты будешь жить дальше без квартиры, машины и работы, пузатая, а потом с прицепом на шее. Ты же хотела развода? Вот и получай его. Ешь — не подавись, — чеканит мужик, после чего выходит из моего кабинета.
Я успеваю отметить, что он чуть ниже меня ростом и довольно худощав. Презрение, которое я испытываю к нему, испаряется с поверхности моей кожи.
❤героиня останется не с изменщ
Я стою возле приоткрытой двери в свой кабинет и слушаю, что говорит муж моей пациентке. Чувство, будто я попал в дешёвый турецкий сериал. Этот мужик вообще осознает дичь, которую он несёт?!
— Что ты такое говоришь, Олег? — раздаётся дрожащий голос девушки.
В нём явно слышны слёзы.
— Ты хорошо поняла меня, Лея. Не притворяйся слабослышащей. Лучше тебе сейчас думать, как ты будешь жить дальше без квартиры, машины и работы, пузатая, а потом с прицепом на шее. Ты же хотела развода? Вот и получай его. Ешь — не подавись, — чеканит мужик, после чего выходит из моего кабинета.
Я успеваю отметить, что он чуть ниже меня ростом и довольно худощав. Презрение, которое я испытываю к нему, испаряется с поверхности моей кожи.
❤героиня останется не с изменщ
— Ну привет, — Карим усмехается и кроме жестокости я в этом ничего не вижу.
Хотя чего я могла бы ожидать от человека, который четыре года назад отправил меня на аборт не моргнув и глазом.
— Позвольте пройти, — проще всего сделать вид, что я вообще его не знаю.
На нём форма. Он явно не санитар и не фельдшер. А сегодня вся больница на ушах, что приедет городской хирург. Видимо доучился... в отличие от меня.
Он высится над нами как сам дьявол, сверлит взглядом макушки моих девочек.
Вид такой будто он призрака увидел. Он даже бледнеет.
— Ты же аборт сделала, — глухо говорит он.
— Прости, ты наверное на это очень рассчитывал, но я решила иначе.
— Решила? И МНЕ не сказала? Я их отец.
Девочки выворачиваются, поднимают на Карима головы.
— Отец? Это новая игра? — шепчет дочка.
— Игры закончились, — жёстко обрывает он. — В мой кабинет. Живо!
Хотя чего я могла бы ожидать от человека, который четыре года назад отправил меня на аборт не моргнув и глазом.
— Позвольте пройти, — проще всего сделать вид, что я вообще его не знаю.
На нём форма. Он явно не санитар и не фельдшер. А сегодня вся больница на ушах, что приедет городской хирург. Видимо доучился... в отличие от меня.
Он высится над нами как сам дьявол, сверлит взглядом макушки моих девочек.
Вид такой будто он призрака увидел. Он даже бледнеет.
— Ты же аборт сделала, — глухо говорит он.
— Прости, ты наверное на это очень рассчитывал, но я решила иначе.
— Решила? И МНЕ не сказала? Я их отец.
Девочки выворачиваются, поднимают на Карима головы.
— Отец? Это новая игра? — шепчет дочка.
— Игры закончились, — жёстко обрывает он. — В мой кабинет. Живо!
Меня развели с архидраконом публично — на пепельном балу, перед Советом, его матерью и женщиной, которая уже примеряла мое место.
Рейнар Арквейн поверил чужим словам больше, чем моим глазам. Он назвал наш брак бесплодным, снял с меня имя жены и отпустил в ночь, не зная самого страшного: в северной башне его замка скрыты двое безмолвных детей.
Мальчик и девочка не говорят. Не зовут отца. Не плачут при чужих. Только смотрят на дверь, будто ждут ту, кого у них когда-то отняли.
Я вернулась не как жена. Не как изгнанница. Как кормилица для его наследников.
Но чем дольше я остаюсь рядом с детьми, тем яснее понимаю: их тишина — не простая тайна. В этом доме украли не только мой брак. Здесь стерли из памяти целую жизнь. Мою жизнь. И если правда всплывет, Рейнару придется узнать, кого он предал на самом деле.
А мне — решить, смогу ли я снова впустить в сердце дракона, который однажды не защитил меня.
Рейнар Арквейн поверил чужим словам больше, чем моим глазам. Он назвал наш брак бесплодным, снял с меня имя жены и отпустил в ночь, не зная самого страшного: в северной башне его замка скрыты двое безмолвных детей.
Мальчик и девочка не говорят. Не зовут отца. Не плачут при чужих. Только смотрят на дверь, будто ждут ту, кого у них когда-то отняли.
Я вернулась не как жена. Не как изгнанница. Как кормилица для его наследников.
Но чем дольше я остаюсь рядом с детьми, тем яснее понимаю: их тишина — не простая тайна. В этом доме украли не только мой брак. Здесь стерли из памяти целую жизнь. Мою жизнь. И если правда всплывет, Рейнару придется узнать, кого он предал на самом деле.
А мне — решить, смогу ли я снова впустить в сердце дракона, который однажды не защитил меня.
- И что, если одна из близняшек больна? У тебя останется вторая дочь, Карина.
- Не у меня, а у нас, Поляков…
Я пришла признаться мужу в том, что полгода назад родила от него девочек-близняшек. А он, кажется, мне не верит…
- Ой, не надо, Карин… - морщится Альберт. - Не мои они, я это точно знаю. Нагуляла со своим нищебродом, так на меня не нужно вешать…
Он кивает в сторону выхода из кабинета, но я уходить не собираюсь.
- Я уже связалась с твоей мамой, Поляков… Она готова перевезти их за границу и помочь. Но это крайний шаг. Поэтому прошу - помоги ты…
С мамой у Алика ужасные отношения, он попросту ненавидит мою бывшую свекровь. И мои слова попадают точно в цель. Поляков прищуривается и выдает:
- Помогу, но только после теста на ДНК.
Я пожимаю плечами и прежде, чем уйти, бросаю коротко:
- Без проблем. Они твои, я в этом не сомневаюсь.
- Не у меня, а у нас, Поляков…
Я пришла признаться мужу в том, что полгода назад родила от него девочек-близняшек. А он, кажется, мне не верит…
- Ой, не надо, Карин… - морщится Альберт. - Не мои они, я это точно знаю. Нагуляла со своим нищебродом, так на меня не нужно вешать…
Он кивает в сторону выхода из кабинета, но я уходить не собираюсь.
- Я уже связалась с твоей мамой, Поляков… Она готова перевезти их за границу и помочь. Но это крайний шаг. Поэтому прошу - помоги ты…
С мамой у Алика ужасные отношения, он попросту ненавидит мою бывшую свекровь. И мои слова попадают точно в цель. Поляков прищуривается и выдает:
- Помогу, но только после теста на ДНК.
Я пожимаю плечами и прежде, чем уйти, бросаю коротко:
- Без проблем. Они твои, я в этом не сомневаюсь.
Выберите полку для книги