Книги по тегу «запретные чувства»: ""
Когда деловой партнёр становится одержимостью
Она построила империю с нуля. Успешная, независимая, контролирующая каждую деталь своей жизни. Но всё меняется, когда в её мир врывается он — властный ресторатор, знающий все её слабости.
Денис Круглов — мужчина, от которого невозможно отвести взгляд. Его прикосновения обжигают, а взгляд проникает в самую душу. Он не просто деловой партнёр — он становится её личным наваждением, её слабостью, её падением.
Ирина пытается сохранить контроль. Пытается игнорировать притяжение, отрицать чувства, убежать от неизбежного. Но чем сильнее она сопротивляется, тем крепче он захватывает власть над её разумом и телом.
Она построила империю с нуля. Успешная, независимая, контролирующая каждую деталь своей жизни. Но всё меняется, когда в её мир врывается он — властный ресторатор, знающий все её слабости.
Денис Круглов — мужчина, от которого невозможно отвести взгляд. Его прикосновения обжигают, а взгляд проникает в самую душу. Он не просто деловой партнёр — он становится её личным наваждением, её слабостью, её падением.
Ирина пытается сохранить контроль. Пытается игнорировать притяжение, отрицать чувства, убежать от неизбежного. Но чем сильнее она сопротивляется, тем крепче он захватывает власть над её разумом и телом.
Тина молчала, а он прикоснулся губами к ее губам сходя с ума от прикосновений к ней. Как же она была ему дорога, он раньше не верил, что можно так влюбится без памяти, страстно желать не многих, а одну девушку. Ту которая дотронулась до струн твоего сердца. . Он притянул ее к себе сильнее покрывая поцелуями ее волосы. Тина неуверенно положила руки ему на плечи и посмотрела ему в глаза.
Знаешь. . Я, наверное, все- таки скажу это!
Что скажешь? — хрипло прошептал он, тоже смотря ей в глаза.
Тина провела рукой по его щеке.
Ты нужен мне! — прошептала она. По- настоящему нужен!
Адей молчал и смотрел на нее. Тина коснулась губами его губ прижимаясь к нему все сильнее.
Очень нужен! — прошептала она.
Знаешь. . Я, наверное, все- таки скажу это!
Что скажешь? — хрипло прошептал он, тоже смотря ей в глаза.
Тина провела рукой по его щеке.
Ты нужен мне! — прошептала она. По- настоящему нужен!
Адей молчал и смотрел на нее. Тина коснулась губами его губ прижимаясь к нему все сильнее.
Очень нужен! — прошептала она.
-Так будет всегда! Ты будешь моей девочкой! Я не буду кидаться фразами из дешевых фильмов и обещать тебе весь мир! Будет трудно, я в розыске и может быть разное! А еще если ты захочешь уйти, то я не отпущу, отпускают слабаки, соглашаясь с тем, что их человек уйдет, а я нет! Я не говорю, что убью тебя, просто не пущу! Скорее его! Если сейчас скажешь мне останься, а я хочу уйти, я все равно тебе помогу, но пойму , а после уже нет! Так скажи мне Афремова ты все еще хочешь быть девочкой ревнивого психа, который способен на все лишь бы не дать тебе уйти?
Я молчала, просто молчала, чувствуя, как слезы застываю в глазах. Это то, что хотела, наверное, услышать бы каждая, а сейчас это слышала я и понимала, что да. Я безумно хочу быть с ним, только с ним. Ведь именно с этим человеком я смогу забыть свое прошлое, прожить настоящее и поверить в будущее, если уже не поверила.
Я молчала, просто молчала, чувствуя, как слезы застываю в глазах. Это то, что хотела, наверное, услышать бы каждая, а сейчас это слышала я и понимала, что да. Я безумно хочу быть с ним, только с ним. Ведь именно с этим человеком я смогу забыть свое прошлое, прожить настоящее и поверить в будущее, если уже не поверила.
-Артем! Стой, послушай! Я уже один раз потеряла человека, к которому были чувства, не успела ему сказать, я не хочу, чтобы так было с тобой! Ты нужен мне, я влюбилась, увидела тебя во сне! Это так!
Я молчал. Под дождем, с растрепанными волосами, она была такой красивой, и одновременно несчастной, маленькая запутавшаяся девочка. Хотелось ее приласкать, взять на руки и отнести в дом. Успокоить, ласкать, говорить нежные слова, чтобы она была в моих руках, а не одна больше.
-Яна, иди в дом! Что ты несешь! Какие чувства! Смешно! У тебя вся жизнь впереди!
Произношу вместо того, чтобы озвучить свои истинные, мысли, такие слова.
-Я серьезно! Мне больше никто не нужен! Ты тот, кто мне нужен! Ты же говорил, что я нужна тебе!
Разворачиваюсь и иду по аллее, по- моему я поступил, как подонок, последние слова она произнесла, задыхаясь от слез. Я не знаю сколько я шел и зачем вообще ушел, просто знал, если сейчас это не остановить, опять повторится. А она, привязавшись сильнее, будет страдать.
Я молчал. Под дождем, с растрепанными волосами, она была такой красивой, и одновременно несчастной, маленькая запутавшаяся девочка. Хотелось ее приласкать, взять на руки и отнести в дом. Успокоить, ласкать, говорить нежные слова, чтобы она была в моих руках, а не одна больше.
-Яна, иди в дом! Что ты несешь! Какие чувства! Смешно! У тебя вся жизнь впереди!
Произношу вместо того, чтобы озвучить свои истинные, мысли, такие слова.
-Я серьезно! Мне больше никто не нужен! Ты тот, кто мне нужен! Ты же говорил, что я нужна тебе!
Разворачиваюсь и иду по аллее, по- моему я поступил, как подонок, последние слова она произнесла, задыхаясь от слез. Я не знаю сколько я шел и зачем вообще ушел, просто знал, если сейчас это не остановить, опять повторится. А она, привязавшись сильнее, будет страдать.
— Это шутка? — стою посреди его офиса с дрожащими руками и пульсом в горле. Бумаги у меня в пальцах. — Ты хочешь сказать... — трясу документами, не в силах подобрать слова.
— Нет, Нина, это не шутка! — его голос низкий, хриплый, словно прикосновение по обнажённой спине.
Кай подходит ближе. Колени предательски трясутся. Взгляд парня нещадно обжигает кожу.
— Ты позволил мне расписаться под договором... — поджимаю губы, подавляя слезы. Сжимаю кулаки.
Мне больно. Мне жарко. Мне стыдно за то, как внутри всё сжимается от его близости.
— Именно, киса, — он склоняет голову, почти касаясь губами моего уха. — Потому что у тебя больше нет выбора: кроме как принадлежат только мне.
— Нет, Нина, это не шутка! — его голос низкий, хриплый, словно прикосновение по обнажённой спине.
Кай подходит ближе. Колени предательски трясутся. Взгляд парня нещадно обжигает кожу.
— Ты позволил мне расписаться под договором... — поджимаю губы, подавляя слезы. Сжимаю кулаки.
Мне больно. Мне жарко. Мне стыдно за то, как внутри всё сжимается от его близости.
— Именно, киса, — он склоняет голову, почти касаясь губами моего уха. — Потому что у тебя больше нет выбора: кроме как принадлежат только мне.
Они спасли меня из огня. А потом разожгли нечто гораздо опаснее внутри меня. Один — холодный, как лёд. Второй — обжигающий, как пламя. Они всегда вдвоём. Я тону в этом безумии. И не хочу спасения. Знаю только одно: моя жизнь уже не будет прежней.
Я вышла замуж не по любви. Мною двигал голый расчет. Мой муж — очень влиятельный и богатый человек, а все, чего хотела я — выбраться из нищеты и почувствовать себя в безопасности. Только муж оказался садистом, лишенным эмпатии. Десять лет я думала, что хуже этого ничего не может быть, но когда меня выкрал его собственный сын, поняла, что еще не познала истинный ад.
Его лес?! Охренеть!!!
— Тропа общая! — выпаливаю я, хотя знаю, что он прав. — И вообще, я не обязана всякому...
Голос срывается, когда он делает шаг ближе. Капли воды всё ещё стекают по его шее, исчезают в тёмных волосах на груди и стекают прямо под пояс брюк. Он что не собирается надевать футболку?!
Я громко сглатываю с трудом отрывая взгляд от его торса.
— Всякому? — переспрашивает он, и в голосе его дрожит смех. — Я, по-твоему, всякий?
Я сжимаю кулаки, но не от злости, а чтобы он не заметил, как дрожат мои пальцы.
— Ну да! Мужик голый в озере — это, конечно, очень важно!
Глаза у него сужаются, улыбка становится шире. Но подходить не торопится, словно боится, что я исчезну.
— А тебе, — говорит он медленно, — очень понравилось, смотрю, м?
Кровь новой порцией вновь приливает к лицу так быстро, что в ушах звенит.
— Да пошёл ты! — шиплю, разворачиваюсь, чтобы уйти.
Но он вдруг оказывается близко и хватает меня за руку...
— Тропа общая! — выпаливаю я, хотя знаю, что он прав. — И вообще, я не обязана всякому...
Голос срывается, когда он делает шаг ближе. Капли воды всё ещё стекают по его шее, исчезают в тёмных волосах на груди и стекают прямо под пояс брюк. Он что не собирается надевать футболку?!
Я громко сглатываю с трудом отрывая взгляд от его торса.
— Всякому? — переспрашивает он, и в голосе его дрожит смех. — Я, по-твоему, всякий?
Я сжимаю кулаки, но не от злости, а чтобы он не заметил, как дрожат мои пальцы.
— Ну да! Мужик голый в озере — это, конечно, очень важно!
Глаза у него сужаются, улыбка становится шире. Но подходить не торопится, словно боится, что я исчезну.
— А тебе, — говорит он медленно, — очень понравилось, смотрю, м?
Кровь новой порцией вновь приливает к лицу так быстро, что в ушах звенит.
— Да пошёл ты! — шиплю, разворачиваюсь, чтобы уйти.
Но он вдруг оказывается близко и хватает меня за руку...
(217)
Энорортад — эльф, но благодаря заклятию ведьмы может находиться в человеческом обличии. Живя под личиной легендарного героя Аполлона, Эн боится раскрытия своей страшной тайны и полной луны, когда чары спадают и он становится собой. Эн не в силах совладать с запретными чувствами к жене короля нелюдей.
Ландо Остафи — ещё один фаворит короны. Бывший раб, ставший правой рукой Акация I. Раскрасавец, который тоже неровно дышит к королеве. Иоанн Заболоцкий — левый столп и второй по силе богатырь Монд Маджик Ла. У каждого из них свои цели, стремления и виденье справедливости. Пока молодая Робиния погрязла в интригах, могучие соседи уже положили глаз на её земли. Сумеет ли далёкое королевство устоять против гегемонов и теневого врага?
Ландо Остафи — ещё один фаворит короны. Бывший раб, ставший правой рукой Акация I. Раскрасавец, который тоже неровно дышит к королеве. Иоанн Заболоцкий — левый столп и второй по силе богатырь Монд Маджик Ла. У каждого из них свои цели, стремления и виденье справедливости. Пока молодая Робиния погрязла в интригах, могучие соседи уже положили глаз на её земли. Сумеет ли далёкое королевство устоять против гегемонов и теневого врага?
-Я прошу тебя не делай глупостей, я не смогу без тебя!
Он гладит мои волосы и с такой нежностью смотрит на меня, словно не было всей той жесткости которое сейчас чувствовало мое тело.
-Я тоже не смогу без тебя! Ты без меня и не будешь! Я за тебя на все готов! Не думай, о чем! Эта ночь…. Я готов все еще раз заново повторить чтобы ее повторить!
Я посмотрела на небо, скоро будет светать, он уйдет. В носу защипало, но я держалась, понимая, что слезами точно не поможешь. А он словно чувствуя мое настроение, лишь сильнее привлек меня к себе, смотря в глаза.
-Все будет хорошо! Слышишь? Все будет хорошо моя девочка! Ты веришь мне?
-Верю! -целуя его прошептала я.
Он гладит мои волосы и с такой нежностью смотрит на меня, словно не было всей той жесткости которое сейчас чувствовало мое тело.
-Я тоже не смогу без тебя! Ты без меня и не будешь! Я за тебя на все готов! Не думай, о чем! Эта ночь…. Я готов все еще раз заново повторить чтобы ее повторить!
Я посмотрела на небо, скоро будет светать, он уйдет. В носу защипало, но я держалась, понимая, что слезами точно не поможешь. А он словно чувствуя мое настроение, лишь сильнее привлек меня к себе, смотря в глаза.
-Все будет хорошо! Слышишь? Все будет хорошо моя девочка! Ты веришь мне?
-Верю! -целуя его прошептала я.
Выберите полку для книги