Книги по тегу «измена»: ""
— Бригада номер семь, вызов, — раздается голос диспетчера. — Ребенок, пять лет, высокая температура, жар не сбивается. Улица Новоселов, дом двенадцать, квартира сорок три. Мать в панике.
— Приняли, выезжаем, — отвечаю я, уже проверяя содержимое своей сумки. Термометр, жаропонижающие, противосудорожные, все на месте.
Мы входим в спальню. На широкой кровати, укрытая легким одеялом, лежит девочка лет пяти.
— Здравствуй, красавица, — говорю я, присаживаясь на край кровати. — Как тебя зовут?
— Ксюша, — шепчет девочка.
И тут я вижу ее лицо. Форма носа, разрез глаз, линия бровей. Сердце начинает биться чаще. Девочка очень похожа на Василия, на моего мужа. Не просто похожа — она его точная копия. Взгляд цепляется за рамку с фотографией на комоде у входа.
На фотографии трое. Мужчина, женщина, маленькая девочка. Счастливая семья. Мужчина — это Василий. Мой муж.
Рамка выскальзывает из моих пальцев. Осколки рассыпаются по паркету как моя жизнь. Мой брак. Мой мир.
— Приняли, выезжаем, — отвечаю я, уже проверяя содержимое своей сумки. Термометр, жаропонижающие, противосудорожные, все на месте.
Мы входим в спальню. На широкой кровати, укрытая легким одеялом, лежит девочка лет пяти.
— Здравствуй, красавица, — говорю я, присаживаясь на край кровати. — Как тебя зовут?
— Ксюша, — шепчет девочка.
И тут я вижу ее лицо. Форма носа, разрез глаз, линия бровей. Сердце начинает биться чаще. Девочка очень похожа на Василия, на моего мужа. Не просто похожа — она его точная копия. Взгляд цепляется за рамку с фотографией на комоде у входа.
На фотографии трое. Мужчина, женщина, маленькая девочка. Счастливая семья. Мужчина — это Василий. Мой муж.
Рамка выскальзывает из моих пальцев. Осколки рассыпаются по паркету как моя жизнь. Мой брак. Мой мир.
- Ты уже спала с этим сопляком? Признавайся!
Бывший муж пытается ввалиться в мою квартиру, а я - пытаюсь не позволить ему это сделать.
Мы развелись с полгода назад, когда Олег заявил, что влюбился в молоденькую девчонку.
- Он не сопляк, ему двадцать пять, - парирую, выталкивая бывшего, что мне сделать не удается.
- А тебе вот-вот сорок пять, Кира! - рявкает Олег.
- Ну и какое тебе дело до вышедшей в тираж старой бывшей жены? - хмыкаю, сложив руки на груди.
- Такое, Кира… Я тебя люблю. Пора возвращаться обратно.
С таким заявлением супруг пришел ко мне накануне дня рождения. Он хочет помириться, а я…
Я хочу покоя и больше ничего.
Ну и найти ответ на простой вопрос.
Есть ли жизнь… после развода?
Бывший муж пытается ввалиться в мою квартиру, а я - пытаюсь не позволить ему это сделать.
Мы развелись с полгода назад, когда Олег заявил, что влюбился в молоденькую девчонку.
- Он не сопляк, ему двадцать пять, - парирую, выталкивая бывшего, что мне сделать не удается.
- А тебе вот-вот сорок пять, Кира! - рявкает Олег.
- Ну и какое тебе дело до вышедшей в тираж старой бывшей жены? - хмыкаю, сложив руки на груди.
- Такое, Кира… Я тебя люблю. Пора возвращаться обратно.
С таким заявлением супруг пришел ко мне накануне дня рождения. Он хочет помириться, а я…
Я хочу покоя и больше ничего.
Ну и найти ответ на простой вопрос.
Есть ли жизнь… после развода?
Где Дима? Последний раз видела его минут... сорок назад?
– Пойду поищу, – говорю я отцу и направляюсь к выходу из гостиной.
Поднимаюсь на второй. И замираю.
Через щель в двери я вижу их. Диму и Ингу.
Инга откидывает голову назад, Дима целует ее шею. Ее красное платье ярким пятном режет мне глаза. Красное. Как кровь. Как предательство.
– Дима, нам нельзя, – шепчет она, но не отстраняется. – Здесь столько людей... Алина может увидеть.
– Алина внизу, – его голос низкий, хриплый. – У нас есть несколько минут.
– Это безумие, – Инга смеется. – Геннадий убьет нас обоих, если узнает.
– Не узнает, – Дима снова притягивает ее к себе. – Я не могу больше притворяться. Каждый раз, когда я вижу тебя...
Он не договаривает. Они снова целуются.
Я стою как вкопанная и смотрю, как мой муж – целует мою мачеху. В доме моего отца. В день его юбилея.
– Пойду поищу, – говорю я отцу и направляюсь к выходу из гостиной.
Поднимаюсь на второй. И замираю.
Через щель в двери я вижу их. Диму и Ингу.
Инга откидывает голову назад, Дима целует ее шею. Ее красное платье ярким пятном режет мне глаза. Красное. Как кровь. Как предательство.
– Дима, нам нельзя, – шепчет она, но не отстраняется. – Здесь столько людей... Алина может увидеть.
– Алина внизу, – его голос низкий, хриплый. – У нас есть несколько минут.
– Это безумие, – Инга смеется. – Геннадий убьет нас обоих, если узнает.
– Не узнает, – Дима снова притягивает ее к себе. – Я не могу больше притворяться. Каждый раз, когда я вижу тебя...
Он не договаривает. Они снова целуются.
Я стою как вкопанная и смотрю, как мой муж – целует мою мачеху. В доме моего отца. В день его юбилея.
- Ну что, Златик, не передумала? - муж прижимает меня к стене суда. - Отменим этот фарс? Вместо развода - острова, вилла, марафон в постели…
- Пусти, Калашников! Марафонь со своей секретуткой, как привык!
- Ты дура? Я влиятельный мужик! Любовницы - это не измена, а разнообразие досуга. Ну, спалила меня разок- и что?! Я ж тебя люблю! Если потеряешь все из-за пустяка - пеняй на себя. Я ведь жесткий не только в постели, малыш… Наш развод будет жестоким.
Я отвожу взгляд - и замираю. Так вот что он имел в виду под «жестоким»… Передо мной адвокат мужа.
Леонид Высоцкий - хищник в дорогом костюме, скандально известный профи, не проигравший ни одного дела. Его боятся все.
А еще - он мой бывший. Тот, кого я бросила на втором курсе, когда узнала, что он спал с моей подругой.
Тогда он сказал: «Еще встретимся, Злата. Ты встанешь передо мной на колени и ответишь за то, что унизила перед всем институтом…»
- Пусти, Калашников! Марафонь со своей секретуткой, как привык!
- Ты дура? Я влиятельный мужик! Любовницы - это не измена, а разнообразие досуга. Ну, спалила меня разок- и что?! Я ж тебя люблю! Если потеряешь все из-за пустяка - пеняй на себя. Я ведь жесткий не только в постели, малыш… Наш развод будет жестоким.
Я отвожу взгляд - и замираю. Так вот что он имел в виду под «жестоким»… Передо мной адвокат мужа.
Леонид Высоцкий - хищник в дорогом костюме, скандально известный профи, не проигравший ни одного дела. Его боятся все.
А еще - он мой бывший. Тот, кого я бросила на втором курсе, когда узнала, что он спал с моей подругой.
Тогда он сказал: «Еще встретимся, Злата. Ты встанешь передо мной на колени и ответишь за то, что унизила перед всем институтом…»
— Рашид... — в горле пересохло. — Как ты мог? Ты женишься?
Я не верила собственным глазам. Как будто было просто необходимо, чтобы он сказал мне всю правду в лицо.
— Аня... Что ты здесь делаешь? — Рашид нерешительно приблизился. А потом с опаской посмотрел по сторонам.
— Ты обещал жениться на мне! Это я твоя невеста! — мой голос прозвучал на весь зал.
Некоторые дамы охнули и стали перешептываться.
— Аня! Ты позоришь меня... — прошептал Рашид.
— Что?! Это я тебя позорю?! — слезы брызнули из глаз. — Ты обещал жениться! Обещал!
Я не верила собственным глазам. Как будто было просто необходимо, чтобы он сказал мне всю правду в лицо.
— Аня... Что ты здесь делаешь? — Рашид нерешительно приблизился. А потом с опаской посмотрел по сторонам.
— Ты обещал жениться на мне! Это я твоя невеста! — мой голос прозвучал на весь зал.
Некоторые дамы охнули и стали перешептываться.
— Аня! Ты позоришь меня... — прошептал Рашид.
— Что?! Это я тебя позорю?! — слезы брызнули из глаз. — Ты обещал жениться! Обещал!
Таисия решила спасать брак непутевой сестры. Сказав, что у них в доме отключили воду, Тая в этот же вечер стояла на пороге Кукушкиных с сумкой в одной руке и с поскуливающей Люси подмышкой. Смотрела в бесстыжие глаза сестры и не узнавала ее…
Вроде та же Лида, крашенная в блондинку, те же родные черты лица, но взгляд мечтательный, ходит с тайной улыбкой на устах. Локоны на пальчик наматывает. К телефону дергается при каждом сигнале.
Хотелось бы спросить у Александра, врезав ему затрещину: «Ты куда смотришь?». Взять и подарить им тур на неделю в Таиланд, например. Пусть вспомнят, кто они друг другу…
Но, куда смотрит зятек, Тая поняла поздним вечером, когда кралась из своей комнаты на кухню водички попить и заметила, что Сашка заходит в двери к домработнице, успев осторожно оглянуться.
— Вот и сходила, помирила… — прошептала Таисия сама себе.
Вроде та же Лида, крашенная в блондинку, те же родные черты лица, но взгляд мечтательный, ходит с тайной улыбкой на устах. Локоны на пальчик наматывает. К телефону дергается при каждом сигнале.
Хотелось бы спросить у Александра, врезав ему затрещину: «Ты куда смотришь?». Взять и подарить им тур на неделю в Таиланд, например. Пусть вспомнят, кто они друг другу…
Но, куда смотрит зятек, Тая поняла поздним вечером, когда кралась из своей комнаты на кухню водички попить и заметила, что Сашка заходит в двери к домработнице, успев осторожно оглянуться.
— Вот и сходила, помирила… — прошептала Таисия сама себе.
— Пациентка поступила по скорой, двадцать шесть недель, угроза.
— Готовьте смотровую, иду.
Оказалось, на скорой привезли Светку, мою подругу переставшую отвечать на звонки около года назад. Я думала, ну бывает, люди расходятся. Оказалось — не расходятся. Сходятся. С чужими мужьями.
— Жан, прости, прости, прости, я его люблю, я правда не хотела!
— Давление? Когда начались боли? Аллергии на препараты? Света, отвечай на вопросы. Рыдать будешь потом. Я тоже.
А в коридоре уже маячил мой муж с тюльпанами для женщины, которой я сейчас спасаю беременность. Два года он говорил мне «потерпи, само получится», «ЭКО — это крайность», «не накручивай себя». Что ж, у него получилось… не со мной, правда.
— Жанна, это не то, что…
— Тут стерильная зона, тюльпаны забери. ..и себя тоже.
Я стабилизировала ее, а утром пришла домой, сложила его вещи в два чемодана, вызвала слесаря и сменила замки.
Слесарь, кстати, сказал, что это четвертый замок за неделю. Видимо мартовское обострение…
— Готовьте смотровую, иду.
Оказалось, на скорой привезли Светку, мою подругу переставшую отвечать на звонки около года назад. Я думала, ну бывает, люди расходятся. Оказалось — не расходятся. Сходятся. С чужими мужьями.
— Жан, прости, прости, прости, я его люблю, я правда не хотела!
— Давление? Когда начались боли? Аллергии на препараты? Света, отвечай на вопросы. Рыдать будешь потом. Я тоже.
А в коридоре уже маячил мой муж с тюльпанами для женщины, которой я сейчас спасаю беременность. Два года он говорил мне «потерпи, само получится», «ЭКО — это крайность», «не накручивай себя». Что ж, у него получилось… не со мной, правда.
— Жанна, это не то, что…
— Тут стерильная зона, тюльпаны забери. ..и себя тоже.
Я стабилизировала ее, а утром пришла домой, сложила его вещи в два чемодана, вызвала слесаря и сменила замки.
Слесарь, кстати, сказал, что это четвертый замок за неделю. Видимо мартовское обострение…
Я вернулась из роддома с грудничком на руках, а дома меня ожидал сюрприз. От моего мужа и «сестры»!
— Ева? — говорит он удивленно. — Ты почему не в роддоме? Мы же собирались ехать на выписку…
В комнате горит мягкий свет, пахнет чужими духами, и в этот момент из спальни выходит моя сестра Лена. Она замирает, увидев меня.
На ней — прозрачная сорочка без нижнего белья, и я узнаю ее сразу, потому что это моя сорочка.
— Ева… — говорит она, заикаясь. — А… а ты… как… Мы же завтра должны были ехать на выписку…
— Никакой выписки не будет, — говорю я твердо. — Не ждали меня?
Я подхожу к ней ближе, и прежде чем она успевает что-то сказать, моя ладонь с силой касается ее щеки. Звук пощечины разрывает тишину.
— Бестыжая… — говорю я. — Ты называла меня своей старшей любимой сестрой… и легла под моего мужа?!
Она начинает рыдать, закрывая лицо руками:
— Прости… пожалуйста… я не хотела… все вышло само…
— Я вас никогда не прощу, — говорю я. — Я подаю на развод, а вы скоро ответите за все!
— Ева? — говорит он удивленно. — Ты почему не в роддоме? Мы же собирались ехать на выписку…
В комнате горит мягкий свет, пахнет чужими духами, и в этот момент из спальни выходит моя сестра Лена. Она замирает, увидев меня.
На ней — прозрачная сорочка без нижнего белья, и я узнаю ее сразу, потому что это моя сорочка.
— Ева… — говорит она, заикаясь. — А… а ты… как… Мы же завтра должны были ехать на выписку…
— Никакой выписки не будет, — говорю я твердо. — Не ждали меня?
Я подхожу к ней ближе, и прежде чем она успевает что-то сказать, моя ладонь с силой касается ее щеки. Звук пощечины разрывает тишину.
— Бестыжая… — говорю я. — Ты называла меня своей старшей любимой сестрой… и легла под моего мужа?!
Она начинает рыдать, закрывая лицо руками:
— Прости… пожалуйста… я не хотела… все вышло само…
— Я вас никогда не прощу, — говорю я. — Я подаю на развод, а вы скоро ответите за все!
— Чего застыла? — равнодушно бросает муж. — Меня на вас обеих хватит. А если не нравится — дверь там. Кому ты нужна, бесплодная мышь?
Сергей жестоко растоптал наш брак, изменив мне в нашей же спальне. А потом унизил и морально уничтожил, ударив по самому больному.
Я убежала из квартиры посреди ночи, прихватив с собой лишь одну сумку. Думала, что жизнь кончена, а сердце навсегда разбито.
Пока однажды не столкнулась с НИМ. Шикарным, пугающе притягательным мужчиной, который привык получать свое. И по случайному совпадению он оказался владельцем компании, где работает мой бывший муж.
Сергей жестоко растоптал наш брак, изменив мне в нашей же спальне. А потом унизил и морально уничтожил, ударив по самому больному.
Я убежала из квартиры посреди ночи, прихватив с собой лишь одну сумку. Думала, что жизнь кончена, а сердце навсегда разбито.
Пока однажды не столкнулась с НИМ. Шикарным, пугающе притягательным мужчиной, который привык получать свое. И по случайному совпадению он оказался владельцем компании, где работает мой бывший муж.
Он — ледяной дракон, которому её принесли в дар.
Она — жертва, предназначенная для ритуала.
Но цель Лизы не спастись, а вернуться и вырезать сердце предателя. Муж отправил её на смерть. Родной город радостно его поддержал. Подлецы думали, она слаба. Вот только даже монстр не так страшен, как женщина, которой нечего терять.
Она — жертва, предназначенная для ритуала.
Но цель Лизы не спастись, а вернуться и вырезать сердце предателя. Муж отправил её на смерть. Родной город радостно его поддержал. Подлецы думали, она слаба. Вот только даже монстр не так страшен, как женщина, которой нечего терять.
Выберите полку для книги
О чем пишут в книгах об измене?
В книгах об измене авторы исследуют различные аспекты этого сложного явления:
Причины, по которым люди изменяют своим партнерам.
Эмоциональные и психологические последствия измены для всех участников ситуации.
Социальные и моральные нормы, связанные с изменой.
Возможность прощения и примирения после измены.
Чем они волнуют?
Книги об измене волнуют читателей по нескольким причинам:
Измена - это распространенное явление, с которым сталкиваются многие люди. Чтение книг об измене может помочь читателям почувствовать себя менее одинокими и понять, что они не единственные, кто переживает подобные трудности.
Книги об измене могут помочь читателям лучше понять природу любви, верности и предательства.
Чтение книг об измене может помочь читателям проработать свои собственные переживания, связанные с изменой, и найти пути исцеления.
Почему нам нужно читать такие книги?
Есть несколько причин, почему вам может быть полезно читать книги об измене:
Книги об измене могут помочь вам лучше понять себя и свои отношения.
Чтение книг об измене может помочь вам справиться с болью и обидой, вызванными изменой.
Книги об измене могут помочь вам научиться прощать и двигаться дальше.
Чтение книг об измене может помочь вам стать более сострадательным и понимающим человеком.
Что в них интересного?
Книги об измене могут быть очень интересными по нескольким причинам:
Они часто рассказывают о сложных и неоднозначных персонажах, которые сталкиваются с трудными жизненными ситуациями.
Книги об измене могут быть очень эмоциональными и захватывающими.
Чтение книг об измене может помочь читателям расширить свой кругозор и лучше понять мир вокруг себя.