Книги по тегу «измена»: ""
Я всю жизнь считала, что лазить в чужой телефон последнее дело, что доверие это не проверять. Но доверие у меня кончилось три дня назад в прихожей, вместе с заколкой, которую он успел спрятать. Я протянула руку через спящего мужа и повернула телефон экраном вверх.
На заблокированном экране висело сообщение. Имя отправителя одна буква. «Р.»
«Документы по дому я забрала у Э.П. сама. Не волнуйся. И насчёт мамы твоей не переживай, она меня уже почти приняла. Скоро всё будет наше».
Я прочитала три раза. Буквы складывались в слова, слова в смысл, и смысл был такой, что я тихо положила телефон обратно, экраном вниз, точно как он лежал, и встала, и пошла на кухню, потому что лежать рядом с этим я больше не могла.
На кухне я села за стол, в темноте, не зажигая свет. «Скоро всё будет наше». Какая-то «Р.» забирала документы по дому свекрови у семейного адвоката. Какую-то «Р.» уже почти приняла Тамара Алексеевна. И моего мужа эта «Р.» просила не волноваться, как просят не волноваться своего.
На заблокированном экране висело сообщение. Имя отправителя одна буква. «Р.»
«Документы по дому я забрала у Э.П. сама. Не волнуйся. И насчёт мамы твоей не переживай, она меня уже почти приняла. Скоро всё будет наше».
Я прочитала три раза. Буквы складывались в слова, слова в смысл, и смысл был такой, что я тихо положила телефон обратно, экраном вниз, точно как он лежал, и встала, и пошла на кухню, потому что лежать рядом с этим я больше не могла.
На кухне я села за стол, в темноте, не зажигая свет. «Скоро всё будет наше». Какая-то «Р.» забирала документы по дому свекрови у семейного адвоката. Какую-то «Р.» уже почти приняла Тамара Алексеевна. И моего мужа эта «Р.» просила не волноваться, как просят не волноваться своего.
Подозревая мужа в измене, Алиса пускается во все тяжкие в погоне за свежими чувствами и слишком заигрывается.
Но измена не приносит облегчения. Месть, которая должна была восстановить справедливость, превращается в самоуничтожение. И когда правда наконец выходит наружу, Алисе приходится решать: что делать с браком, который превратился в руины? И кто она сама — жертва, мстительница или просто женщина, которая забыла, что значит любить себя?
Но измена не приносит облегчения. Месть, которая должна была восстановить справедливость, превращается в самоуничтожение. И когда правда наконец выходит наружу, Алисе приходится решать: что делать с браком, который превратился в руины? И кто она сама — жертва, мстительница или просто женщина, которая забыла, что значит любить себя?
В день тридцатой годовщины брака мой муж привёл в наш дом молодую любовницу.
И не просто привёл. Она села на моё место за праздничным столом, подняла бокал за «новую жизнь» и посмотрела на меня так, будто я уже лишняя в собственной семье.
Давид решил, что в пятьдесят три я смирюсь. Уйду красиво. Не стану устраивать сцен. Оставлю ему дом, дело, имя, уважение детей и место хозяйки «Северного сада».
Он ошибся.
Потому что этот дом строился не только его руками. Потому что мои дети должны узнать правду. Потому что любовница пришла не просто за мужчиной — она пришла за моей жизнью.
А я слишком долго молчала, чтобы теперь отдать всё без боя.
Это история о женщине, которую пытались заменить.Но она вспомнила, кто здесь настоящая хозяйка.
И не просто привёл. Она села на моё место за праздничным столом, подняла бокал за «новую жизнь» и посмотрела на меня так, будто я уже лишняя в собственной семье.
Давид решил, что в пятьдесят три я смирюсь. Уйду красиво. Не стану устраивать сцен. Оставлю ему дом, дело, имя, уважение детей и место хозяйки «Северного сада».
Он ошибся.
Потому что этот дом строился не только его руками. Потому что мои дети должны узнать правду. Потому что любовница пришла не просто за мужчиной — она пришла за моей жизнью.
А я слишком долго молчала, чтобы теперь отдать всё без боя.
Это история о женщине, которую пытались заменить.Но она вспомнила, кто здесь настоящая хозяйка.
Я замерла, врастая в доски террасы. Кристина. Подруга моего двадцатилетнего сына Никиты. Девочка, которая приходила к нам в дом, мило улыбалась мне за ужином, хвалила мою выпечку и строила глазки моему сыну.
— Я хочу, чтобы ты прямо сейчас пошел и всё ей рассказал! — с напором продолжала Кристина. Послышался шорох ткани и тихий, влажный стон.
— Брось уже ее, Глеб. Сколько можно прятаться по углам? Я хочу статус. Хочу быть твоей женой, а не тайной подстилкой. Ты ведь давно ее не любишь…
— Малыш, не дави на меня, — с придыханием ответил мой муж. — Ты прекрасно знаешь, что Анна — не просто жена. Она держит все финансы «Феникса». У меня на нее есть конкретные планы.
— Я хочу, чтобы ты прямо сейчас пошел и всё ей рассказал! — с напором продолжала Кристина. Послышался шорох ткани и тихий, влажный стон.
— Брось уже ее, Глеб. Сколько можно прятаться по углам? Я хочу статус. Хочу быть твоей женой, а не тайной подстилкой. Ты ведь давно ее не любишь…
— Малыш, не дави на меня, — с придыханием ответил мой муж. — Ты прекрасно знаешь, что Анна — не просто жена. Она держит все финансы «Феникса». У меня на нее есть конкретные планы.
— Соня останется со мной, — сказал Денис.
Я не сразу поняла.
— С тобой? А я?
Муж даже не посмотрел на меня.
— А ты получишь деньги и уедешь. У Миланы дом, связи, отец-инвестор. Ребёнку там будет лучше.
— Ты сейчас предлагаешь мне отдать дочь твоей любовнице?
— Не устраивай сцену, Лада. Соня привыкнет.
Он говорил спокойно. Будто речь шла не о нашей дочери, а о чемодане, который пора переложить в другую машину.
А потом он оставил нас на горной дороге. В ливень. Без документов. Без денег. С ребёнком, который слышал, как родители ругаются.
Денис был уверен: я испугаюсь, сломаюсь и подпишу всё, что он принесёт.
Зря.
Потому что мать можно предать. Можно унизить. Можно оставить под дождём.
Но нельзя забрать у неё ребёнка и ждать, что она молча отойдёт в сторону.
Я не сразу поняла.
— С тобой? А я?
Муж даже не посмотрел на меня.
— А ты получишь деньги и уедешь. У Миланы дом, связи, отец-инвестор. Ребёнку там будет лучше.
— Ты сейчас предлагаешь мне отдать дочь твоей любовнице?
— Не устраивай сцену, Лада. Соня привыкнет.
Он говорил спокойно. Будто речь шла не о нашей дочери, а о чемодане, который пора переложить в другую машину.
А потом он оставил нас на горной дороге. В ливень. Без документов. Без денег. С ребёнком, который слышал, как родители ругаются.
Денис был уверен: я испугаюсь, сломаюсь и подпишу всё, что он принесёт.
Зря.
Потому что мать можно предать. Можно унизить. Можно оставить под дождём.
Но нельзя забрать у неё ребёнка и ждать, что она молча отойдёт в сторону.
— Антон, почему она в моём кителе?
— Марина, прекрати. У нас юбилей, люди ждут праздник.
— А я ждала, что муж не будет вычёркивать меня из моего же дела.
Двадцать лет назад я открыла маленькую пекарню. Потом из неё выросла целая сеть ресторанов. Моё имя было на вывеске, мои рецепты — в меню, моя история — в каждом интервью.
Я думала, мы с мужем строим это вместе.
А потом пришла на юбилей раньше времени и увидела его молодую пиарщицу в моей рабочей форме. Перед ней лежала бабушкина тетрадь с рецептами, а на столе уже был готов пресс-релиз: меня отправляют в «творческий отпуск».
Красиво, тихо и без моего согласия.
Антон решил, что я промолчу ради дочери, дома и репутации. Полина решила, что можно забрать моё место, моё имя и мою жизнь.
Они ошиблись.
Я не собираюсь просить мужа вернуться. Я собираюсь вернуть себе всё, что он уже почти украл.
— Марина, прекрати. У нас юбилей, люди ждут праздник.
— А я ждала, что муж не будет вычёркивать меня из моего же дела.
Двадцать лет назад я открыла маленькую пекарню. Потом из неё выросла целая сеть ресторанов. Моё имя было на вывеске, мои рецепты — в меню, моя история — в каждом интервью.
Я думала, мы с мужем строим это вместе.
А потом пришла на юбилей раньше времени и увидела его молодую пиарщицу в моей рабочей форме. Перед ней лежала бабушкина тетрадь с рецептами, а на столе уже был готов пресс-релиз: меня отправляют в «творческий отпуск».
Красиво, тихо и без моего согласия.
Антон решил, что я промолчу ради дочери, дома и репутации. Полина решила, что можно забрать моё место, моё имя и мою жизнь.
Они ошиблись.
Я не собираюсь просить мужа вернуться. Я собираюсь вернуть себе всё, что он уже почти украл.
— Подпиши, Варя. Тебе же будет легче.
— Легче кому? Мне, сыну или твоей беременной любовнице?
В вечер нашей годовщины муж привёл Олесю к семейному столу и положил передо мной соглашение. Развод без шума. Сын — под его контроль. Старый речной причал моей бабушки — под проект застройщика.
Павел был уверен, что я испугаюсь и поставлю подпись. Особенно когда тихо добавил:
— Завтра в твоей кассе найдут недостачу, если начнёшь упрямиться.
Он плохо меня знал. Я молчала двенадцать лет, но не для того, чтобы в конце меня списали вместе с имуществом.
Глеб Седов, хозяин ремонтных доков, появился в моей жизни не как спаситель. На берегу его зовут Шкипером, в кабинетах — бандитом. Только он первым понял: меня не надо жалеть. Мне нужны время, документы и место, откуда я смогу ударить в ответ.
— Я не буду твоей, бандит.
— И не надо, Варя. Будь собой. Это интереснее.
— Легче кому? Мне, сыну или твоей беременной любовнице?
В вечер нашей годовщины муж привёл Олесю к семейному столу и положил передо мной соглашение. Развод без шума. Сын — под его контроль. Старый речной причал моей бабушки — под проект застройщика.
Павел был уверен, что я испугаюсь и поставлю подпись. Особенно когда тихо добавил:
— Завтра в твоей кассе найдут недостачу, если начнёшь упрямиться.
Он плохо меня знал. Я молчала двенадцать лет, но не для того, чтобы в конце меня списали вместе с имуществом.
Глеб Седов, хозяин ремонтных доков, появился в моей жизни не как спаситель. На берегу его зовут Шкипером, в кабинетах — бандитом. Только он первым понял: меня не надо жалеть. Мне нужны время, документы и место, откуда я смогу ударить в ответ.
— Я не буду твоей, бандит.
— И не надо, Варя. Будь собой. Это интереснее.
Мрачно усмехнувшись, я поравнялась с Богданом, резко выхватив у него из рук кейс, чтобы тут же со всей силы, которой наделяли меня обида и боль в груди, ударить неверного сначала по плечу, а потом и затылку.
– Сюрприз, котик! Не ожидал?
– Какого чёрта!? – Богдан резво отскочил в сторону, правда налетел на свою любовницу, сбив её с ног. – Ты что... Маша? А ты что здесь делаешь?
– В данный отрезок времени смотрю на твою наглую рожу, любимый! Ну ты и гад! Думаешь, что меня можно использовать и тебе за это ничего не будет?
– Машуль, давай обойдёмся без истерик, ладно? Ты просто, как обычно, ничего не поняла, сделав поспешные выводы. Поэтому отдай мне мой ноутбук и больше не делай глупости.
– Сюрприз, котик! Не ожидал?
– Какого чёрта!? – Богдан резво отскочил в сторону, правда налетел на свою любовницу, сбив её с ног. – Ты что... Маша? А ты что здесь делаешь?
– В данный отрезок времени смотрю на твою наглую рожу, любимый! Ну ты и гад! Думаешь, что меня можно использовать и тебе за это ничего не будет?
– Машуль, давай обойдёмся без истерик, ладно? Ты просто, как обычно, ничего не поняла, сделав поспешные выводы. Поэтому отдай мне мой ноутбук и больше не делай глупости.
Арина — студентка, у матери аневризма, нужны три миллиона на операцию. От отчаяния она подписывает контракт с элитным эскорт-агентством «Элизиум». Днём — лекции, ночью — богатые клиенты. Она ненавидит эту жизнь, но выбора нет.
Всё меняется, когда в городе начинают находить убитых девушек из агентства с алыми лентами на теле. Маньяк рядом. И следующей жертвой может стать Арина.
Всё меняется, когда в городе начинают находить убитых девушек из агентства с алыми лентами на теле. Маньяк рядом. И следующей жертвой может стать Арина.
— Вероника Андреевна, пугать вас не стану, но и сглаживать не буду. Клапан изношен сильнее, чем положено в ваши годы. Нужна операция. Чем раньше, тем лучше.
Я кивнула. Внутри всё опустилось в холод, ровный и тихий.
— Сколько у меня времени? — спросила я, и голос вышел спокойнее, чем я ждала от себя.
— Время есть. Но тянуть нельзя. Это не та история, где ждут и смотрят, как пойдёт.
Я вышла в коридор, села на банкетку у стены. Мимо плыли люди со своими номерами на табло электронной очереди, и никто из них не знал, что у одной женщины только что забрали привычную жизнь. Я достала телефон, нашла имя мужа. Палец завис над вызовом.
И не нажала. Сама не знаю почему. Может, уже тогда внутри сидело то, что вечером подтвердит чужой ресторан.
Я кивнула. Внутри всё опустилось в холод, ровный и тихий.
— Сколько у меня времени? — спросила я, и голос вышел спокойнее, чем я ждала от себя.
— Время есть. Но тянуть нельзя. Это не та история, где ждут и смотрят, как пойдёт.
Я вышла в коридор, села на банкетку у стены. Мимо плыли люди со своими номерами на табло электронной очереди, и никто из них не знал, что у одной женщины только что забрали привычную жизнь. Я достала телефон, нашла имя мужа. Палец завис над вызовом.
И не нажала. Сама не знаю почему. Может, уже тогда внутри сидело то, что вечером подтвердит чужой ресторан.
Выберите полку для книги
О чем пишут в книгах об измене?
В книгах об измене авторы исследуют различные аспекты этого сложного явления:
Причины, по которым люди изменяют своим партнерам.
Эмоциональные и психологические последствия измены для всех участников ситуации.
Социальные и моральные нормы, связанные с изменой.
Возможность прощения и примирения после измены.
Чем они волнуют?
Книги об измене волнуют читателей по нескольким причинам:
Измена - это распространенное явление, с которым сталкиваются многие люди. Чтение книг об измене может помочь читателям почувствовать себя менее одинокими и понять, что они не единственные, кто переживает подобные трудности.
Книги об измене могут помочь читателям лучше понять природу любви, верности и предательства.
Чтение книг об измене может помочь читателям проработать свои собственные переживания, связанные с изменой, и найти пути исцеления.
Почему нам нужно читать такие книги?
Есть несколько причин, почему вам может быть полезно читать книги об измене:
Книги об измене могут помочь вам лучше понять себя и свои отношения.
Чтение книг об измене может помочь вам справиться с болью и обидой, вызванными изменой.
Книги об измене могут помочь вам научиться прощать и двигаться дальше.
Чтение книг об измене может помочь вам стать более сострадательным и понимающим человеком.
Что в них интересного?
Книги об измене могут быть очень интересными по нескольким причинам:
Они часто рассказывают о сложных и неоднозначных персонажах, которые сталкиваются с трудными жизненными ситуациями.
Книги об измене могут быть очень эмоциональными и захватывающими.
Чтение книг об измене может помочь читателям расширить свой кругозор и лучше понять мир вокруг себя.