Подборка книг по тегу: "криминал"
- Ты не думаешь, что у Эндрю кто-то есть?
- В смысле? Ты о чём? – поперхнулась вином Иден и, округлив глаза, уставилась на сестру.
- Про любовницу, конечно, - выдала та свой логический итог и посмотрела на Иден, как на несмышленую наивную глупышку до сих пор играющую в своей комнате в куклы.
- Почему ты думаешь, что она у него есть? Откуда такие мысли? Видела его с кем-то?
- Сестрёнка, да не парься ты так. Даже если он и имеет кого-то на стороне, он же тебя любит и домой всегда возвращается к тебе.
- Я не ты, Бьянка, терпеть измены не намерена. Если узнаю о чём-то подобном, сразу подам на развод...
*****
Она встретила его в самый трудный период своей жизни, когда казалось весь свет померк и ничего хорошего уже не ждёт впереди. Только мрак. Насилие над её телом и душой. Одиночество. И чёрные тени прошлого. Но он, посланный ей самой судьбой, спас её и теперь её очередь спасти его душу в ответ…
- В смысле? Ты о чём? – поперхнулась вином Иден и, округлив глаза, уставилась на сестру.
- Про любовницу, конечно, - выдала та свой логический итог и посмотрела на Иден, как на несмышленую наивную глупышку до сих пор играющую в своей комнате в куклы.
- Почему ты думаешь, что она у него есть? Откуда такие мысли? Видела его с кем-то?
- Сестрёнка, да не парься ты так. Даже если он и имеет кого-то на стороне, он же тебя любит и домой всегда возвращается к тебе.
- Я не ты, Бьянка, терпеть измены не намерена. Если узнаю о чём-то подобном, сразу подам на развод...
*****
Она встретила его в самый трудный период своей жизни, когда казалось весь свет померк и ничего хорошего уже не ждёт впереди. Только мрак. Насилие над её телом и душой. Одиночество. И чёрные тени прошлого. Но он, посланный ей самой судьбой, спас её и теперь её очередь спасти его душу в ответ…
— Кто такой Михаил? И почему ты так отчаянно его защищаешь? — спрашивает мужчина. — Ты позволяла трогать то, что принадлежит мне, а? Отвечай!
Я молчу. Иманов нависает надо мной. Вторгается в личное пространство.
Он не должен знать, что Миша — маленький мальчик. С его темными волосами и моими голубыми глазами. И я пойду на все, чтобы обезопасить его.
— Он никто! Не трогай его!
— Хочешь защитить? Тогда подо мной будешь, — оглушает приговором. — Тебе не привыкать.
Он говорил мне, что любит. Люто. Я верила.
Зря. Он врал. Использовал меня, чтобы отомстить отцу. Закария Иманов стал моим худшим кошмаром.
Бессердечный, жестокий монстр.
Я думала, что спаслась от него. Убедила себя, что мы никогда не встретимся.
Но разве от зверя убежать?
Он всегда бросится следом.
Я молчу. Иманов нависает надо мной. Вторгается в личное пространство.
Он не должен знать, что Миша — маленький мальчик. С его темными волосами и моими голубыми глазами. И я пойду на все, чтобы обезопасить его.
— Он никто! Не трогай его!
— Хочешь защитить? Тогда подо мной будешь, — оглушает приговором. — Тебе не привыкать.
Он говорил мне, что любит. Люто. Я верила.
Зря. Он врал. Использовал меня, чтобы отомстить отцу. Закария Иманов стал моим худшим кошмаром.
Бессердечный, жестокий монстр.
Я думала, что спаслась от него. Убедила себя, что мы никогда не встретимся.
Но разве от зверя убежать?
Он всегда бросится следом.
– Проси, девочка, – усмешка тронула уголки его губ.
– Я хочу, – голос сорвался в рыдании. – Я хочу попросить, чтобы ты не забыл.
– О чем?
– Никогда не забывай, Шамиль. Никогда не забывай о том, что я тебя ненавижу.
Не обращая внимания на то, что мы не одни, Шах подтянул меня к себе.
– Тогда и ты не забывай, моя Лали. Если мне не подчиняются – я наказываю. А вот если наоборот – то... Тебе точно понравится. Еще будешь просить меня не останавливаться...
***
Он забрал меня у родителей из-за побега сестры. Я – просто дань. Просто игрушка для развлечения сильного. Но это не значит, что я не буду сопротивляться.
– Я хочу, – голос сорвался в рыдании. – Я хочу попросить, чтобы ты не забыл.
– О чем?
– Никогда не забывай, Шамиль. Никогда не забывай о том, что я тебя ненавижу.
Не обращая внимания на то, что мы не одни, Шах подтянул меня к себе.
– Тогда и ты не забывай, моя Лали. Если мне не подчиняются – я наказываю. А вот если наоборот – то... Тебе точно понравится. Еще будешь просить меня не останавливаться...
***
Он забрал меня у родителей из-за побега сестры. Я – просто дань. Просто игрушка для развлечения сильного. Но это не значит, что я не буду сопротивляться.
– Собирай вещи. Ты переезжаешь ко мне.
Я распахнула рот, умирая от ужаса. Данияра Багрова я видела всего раз – тогда же после нашей встречи я попала в больницу.
– Ни за что. – Содрогаюсь всем телом.
– Твоего мужа больше нет. Это раз. – Вкрадчиво напоминает Данияр. – На тебя покушались. Это два. Ты знаешь правила нашей династии. Отныне вы с ребенком принадлежите мне.
– Причем здесь мой ребенок и вы? – цежу тихо. – К тому же, вы мне не нравитесь.
Я тихо простонала – Багров больно схватил меня за локоть:
– Либо по любви, либо по-плохому, но ты будешь жить со мной.
Данияр:
Она меня не помнит. Год назад она говорила, что хочет от меня детей, а теперь даже не помнит, что беременна от меня.
❗️ Все герои книги — совершеннолетние.
Я распахнула рот, умирая от ужаса. Данияра Багрова я видела всего раз – тогда же после нашей встречи я попала в больницу.
– Ни за что. – Содрогаюсь всем телом.
– Твоего мужа больше нет. Это раз. – Вкрадчиво напоминает Данияр. – На тебя покушались. Это два. Ты знаешь правила нашей династии. Отныне вы с ребенком принадлежите мне.
– Причем здесь мой ребенок и вы? – цежу тихо. – К тому же, вы мне не нравитесь.
Я тихо простонала – Багров больно схватил меня за локоть:
– Либо по любви, либо по-плохому, но ты будешь жить со мной.
Данияр:
Она меня не помнит. Год назад она говорила, что хочет от меня детей, а теперь даже не помнит, что беременна от меня.
❗️ Все герои книги — совершеннолетние.
– На колени!
От грозного приказа мужчины перестаю дышать.
Пикнуть не успеваю, как ширинка верзилы оказывается прямо перед моим носом.
Что только не сделает настоящий журналист для хорошей статьи. Но я выбрала для себя совсем опасную дорожку и теперь… я заложница жестокого бандита, который сделает со мной все, что захочет.
От грозного приказа мужчины перестаю дышать.
Пикнуть не успеваю, как ширинка верзилы оказывается прямо перед моим носом.
Что только не сделает настоящий журналист для хорошей статьи. Но я выбрала для себя совсем опасную дорожку и теперь… я заложница жестокого бандита, который сделает со мной все, что захочет.
— Ещё раз тебя увижу — убью, поняла? Я женюсь, не путайся под ногами.
Толкаю ее от себя. Я мог бы ударить. Мог бы сломать. Но мне хватило — лёгкого движения запястья, чтобы она полетела назад, как тряпичная кукла. Пятками заскользила по плитке, пальцы вцепились в пол. Красное платье задралось, лямка лопнула, повисла, будто издевалась.
Я смотрел на неё сверху вниз. Как на чужую. Как на врага. Там не осталось жалости. Только презрение. Только победа.
Я выиграл. Я сломал. Я всё сказал.
Повернулся. Потянулся к двери. Хватка на ручке — как привычка: шаг в сторону света, свободы, из этого дерьма.
— Отец вышел из тюрьмы… и забрал мою дочь.
— Меня твои выродки не интересуют.
— Она и твоя тоже.
Толкаю ее от себя. Я мог бы ударить. Мог бы сломать. Но мне хватило — лёгкого движения запястья, чтобы она полетела назад, как тряпичная кукла. Пятками заскользила по плитке, пальцы вцепились в пол. Красное платье задралось, лямка лопнула, повисла, будто издевалась.
Я смотрел на неё сверху вниз. Как на чужую. Как на врага. Там не осталось жалости. Только презрение. Только победа.
Я выиграл. Я сломал. Я всё сказал.
Повернулся. Потянулся к двери. Хватка на ручке — как привычка: шаг в сторону света, свободы, из этого дерьма.
— Отец вышел из тюрьмы… и забрал мою дочь.
— Меня твои выродки не интересуют.
— Она и твоя тоже.
Клиент попросил меня разыскать пропавшую из его частной коллекции корону, а в помощницы привел… мою бывшую.
Однажды она уже подвела меня, предав мое доверие незадолго до того, как я собирался сделать ей предложение.
Теперь Марта хочет помочь мне с поиском похищенного сокровища и… вернуться в мою постель.
Я позволю ей участвовать в поиске, но только ради того, чтобы использовать ее профессиональные навыки. Однако пусть не рассчитывает, что ей удастся снова вернуться в мою жизнь. Я не прощаю предателей.
Однажды она уже подвела меня, предав мое доверие незадолго до того, как я собирался сделать ей предложение.
Теперь Марта хочет помочь мне с поиском похищенного сокровища и… вернуться в мою постель.
Я позволю ей участвовать в поиске, но только ради того, чтобы использовать ее профессиональные навыки. Однако пусть не рассчитывает, что ей удастся снова вернуться в мою жизнь. Я не прощаю предателей.
– Ты с меня весь вечер глаз не сводишь, словно я тебе принадлежу!
София стихла. А я вспомнил Руслана, ее жениха будущего, и меня накрыло.
А кому ты принадлежишь, София, как не мне?
– Спустись с небес на землю. Я – единственная дочь Шаха, и если ты меня тронешь, то…
– То отцу все расскажешь? Заодно пусть узнает, с кем была его дочь.
Сквозь дерзкий макияж проявился румянец. Девочка закипела, но испугалась.
– Чего ты добиваешься?! – безутешный выдох.
– Тебя. Себе. Душой и телом. Без запретов. Методы неважны.
❗️ Все герои книги — совершеннолетние.
София стихла. А я вспомнил Руслана, ее жениха будущего, и меня накрыло.
А кому ты принадлежишь, София, как не мне?
– Спустись с небес на землю. Я – единственная дочь Шаха, и если ты меня тронешь, то…
– То отцу все расскажешь? Заодно пусть узнает, с кем была его дочь.
Сквозь дерзкий макияж проявился румянец. Девочка закипела, но испугалась.
– Чего ты добиваешься?! – безутешный выдох.
– Тебя. Себе. Душой и телом. Без запретов. Методы неважны.
❗️ Все герои книги — совершеннолетние.
За грехи родителей обычно расплачиваются их дети. Так и юной петербурженке Ариадне Зыковой пришлось расплатиться с долгами покойного отца, став женой криминального авторитета.
Их брак — сделка. Его намерения — яд. Ее ненависть — топливо.
«Беги, если хочешь, — его губы обожгли ее плечо. — Охота на тебя для меня — лучшая часть брака». И она вдруг поняла, что самым страшным был не его гнев, а ее собственный отклик.
Их брак — сделка. Его намерения — яд. Ее ненависть — топливо.
«Беги, если хочешь, — его губы обожгли ее плечо. — Охота на тебя для меня — лучшая часть брака». И она вдруг поняла, что самым страшным был не его гнев, а ее собственный отклик.
- Я сломаю твои крылья, Ангел, и ты никогда больше не сможешь взлететь.- Не хочу тебя разочаровывать, Влад, но до тебя это уже давно сделали.- Тогда я буду тем, кто причинит тебе самую сильную боль.- Боюсь, что и здесь ты тоже опоздал.- Тогда я заставлю тебя чувствовать и не только боль.А дальше Влад впивается в меня жёстким поцелуем. И я, действительно, за столько времени впервые начинаю что-то чувствовать. И теперь я точно понимаю, что именно Влад мое спасение в этом проклятом мире, но и моя погибель окончательно.
Выберите полку для книги