Книги по тегу «настоящая любовь»: ""
- Я разбилась о ложь, - говорю адвокату и вспоминаю голую девку в мужниной рубашке рядом с ним…
- Как? - до боли кусаю губу.
- Так, - равнодушно отвечает муж.
- Нет. Не верю, - стараюсь держать голос и слезы.
- Ты нарушила договор, - бьет наотмашь словами Андрей.
- У нас дети, - хватаюсь за самый главный аргумент.
- Не важно! - вбивает очередной гвоздь в мое сердце муж.
- Ах, не важно! - мой тихий и грудной голос взлетает в секунду.
- И тут понеслось.., - поднимаю на адвоката глаза. - Ну, все в лучших традициях: не будите в бабе спящего медведя…Да, понимаю, но остановиться не смогла…Кто ж мог знать, чем все закончится…
- Как? - до боли кусаю губу.
- Так, - равнодушно отвечает муж.
- Нет. Не верю, - стараюсь держать голос и слезы.
- Ты нарушила договор, - бьет наотмашь словами Андрей.
- У нас дети, - хватаюсь за самый главный аргумент.
- Не важно! - вбивает очередной гвоздь в мое сердце муж.
- Ах, не важно! - мой тихий и грудной голос взлетает в секунду.
- И тут понеслось.., - поднимаю на адвоката глаза. - Ну, все в лучших традициях: не будите в бабе спящего медведя…Да, понимаю, но остановиться не смогла…Кто ж мог знать, чем все закончится…
Моя жизнь всегда была благополучной и стабильной. Большие деньги, преуспевающий бизнес. Женщины. Много женщин.
А потом в моей жизни появилась Таня. Танюша. И оказалось, что мне не надо много женщин. Нужна одна-единственная.
Та единственная, которую я не должен, но всегда буду любить.
Та, что выходит замуж за моего брата.
А потом в моей жизни появилась Таня. Танюша. И оказалось, что мне не надо много женщин. Нужна одна-единственная.
Та единственная, которую я не должен, но всегда буду любить.
Та, что выходит замуж за моего брата.
– Тебя как зовут, куколка? – Ярс повернул мою голову к себе силой.
– Алина, – прошептала я еле слышно.
А он даже внимания не обратил на ответ. Смотрел только на мои искусанные губы.
– Вот спасибо, братаны. Царский подгон, отвечаю!
------
Меня ему просто подарили. На день рождения. Он думал, что я продаюсь. Но я не такая. А у него свои принципы.
Мне не нужен бандит, а ему не нужна мать-одиночка с прицепом. Только какие у нас обоих варианты? Сама жизнь толкает нас друг к другу.
– Алина, – прошептала я еле слышно.
А он даже внимания не обратил на ответ. Смотрел только на мои искусанные губы.
– Вот спасибо, братаны. Царский подгон, отвечаю!
------
Меня ему просто подарили. На день рождения. Он думал, что я продаюсь. Но я не такая. А у него свои принципы.
Мне не нужен бандит, а ему не нужна мать-одиночка с прицепом. Только какие у нас обоих варианты? Сама жизнь толкает нас друг к другу.
Я сижу в третьем ряду и, когда Лина выходит на сцену, не сразу узнаю её. Представить её такой шикарной просто не мог.
Когда она заканчивает речь и спускается, я поднимаюсь навстречу людскому потоку, и она замечает меня.
— Михаил Петрович. Как поживаете?
— Хорошо, - еле сглатываю. — Вижу, у вас дела пошли в гору.
— Да, - она склоняет голову и уже делает шаг в сторону, когда я вдруг хватаю её за руку. Кожа холодная, сухая — и кольца нет.
— Не замужем?
Лина смотрит прямо в глаза, потом усмехается и резко дергает руку.
— А тебя только это интересует?
— Нет, просто…
— Просто решил взять реванш? — перебивает и улыбается, но на её лице нет тепла. — Сейчас я тебя уже достойна, да?
Воздух вязнет в горле. Всё, что хотел сказать: объяснить, извиниться, да просто поздороваться по-человечески, — рассыпается в одну секунду.
Когда она заканчивает речь и спускается, я поднимаюсь навстречу людскому потоку, и она замечает меня.
— Михаил Петрович. Как поживаете?
— Хорошо, - еле сглатываю. — Вижу, у вас дела пошли в гору.
— Да, - она склоняет голову и уже делает шаг в сторону, когда я вдруг хватаю её за руку. Кожа холодная, сухая — и кольца нет.
— Не замужем?
Лина смотрит прямо в глаза, потом усмехается и резко дергает руку.
— А тебя только это интересует?
— Нет, просто…
— Просто решил взять реванш? — перебивает и улыбается, но на её лице нет тепла. — Сейчас я тебя уже достойна, да?
Воздух вязнет в горле. Всё, что хотел сказать: объяснить, извиниться, да просто поздороваться по-человечески, — рассыпается в одну секунду.
Нажимаю кнопку селектора, чтобы сказать Егору, что я пришла, но то, что я слышу, лишает меня дара речи.
Муж признаётся в любви какой-то дамочке.
— Никуся, я так люблю тебя, милая.
— Почему тогда ты не бросишь её и не женишься на мне?
— Всему своё время!
— Но я хочу, чтобы твой сын родился в браке.
Не могу сказать, что для меня больнее: узнать, что муж мне изменяет, или то, что у него будет ребёнок от другой женщины.
Захожу без стука в кабинет.
На диване, широко расставив ноги, сидит Егор.
Рубашка расстегнута, галстук болтается.
А его мадам преданно сидит у его ног, живот уже заметно округлился, значит, срок и правда не маленький.
— Что же вы сидите на полу? В вашем положении это неприемлемо!
— Кто вы вообще такая? Почему врываетесь в кабинет Егорушки без стука? Как вам не стыдно!
— Ну, раз уж вы спросили, то это мой кабинет и моя фирма! А я теперь уже бывшая жена этого кобеля.
Муж признаётся в любви какой-то дамочке.
— Никуся, я так люблю тебя, милая.
— Почему тогда ты не бросишь её и не женишься на мне?
— Всему своё время!
— Но я хочу, чтобы твой сын родился в браке.
Не могу сказать, что для меня больнее: узнать, что муж мне изменяет, или то, что у него будет ребёнок от другой женщины.
Захожу без стука в кабинет.
На диване, широко расставив ноги, сидит Егор.
Рубашка расстегнута, галстук болтается.
А его мадам преданно сидит у его ног, живот уже заметно округлился, значит, срок и правда не маленький.
— Что же вы сидите на полу? В вашем положении это неприемлемо!
— Кто вы вообще такая? Почему врываетесь в кабинет Егорушки без стука? Как вам не стыдно!
— Ну, раз уж вы спросили, то это мой кабинет и моя фирма! А я теперь уже бывшая жена этого кобеля.
Завершено‼️
– Нет, я вам точно не дам.
– Вообще не дашь или только разрешение на деятельность?
Да он хам! На что он намекает?
– Зевс Германович, вы не тот объект для своих намеков и шуточек выбрали, знаете?
– Вполне себе горячий объект, как видишь. Я заценил, - он показал взглядом туда, куда приличные женщины не смотрят. - Я слов на ветер не бросаю, ты моей уже сегодня станешь. А бумажки сразу после этого и подпишешь, моя богиня.
Наглый и беспардонный бизнесмен ввалился в мой рабочий кабинет и заявил, что я стану его уже сегодня. А что я? Мне тридцать пять, я одинокая чиновница с пятидесятым размером, видали мы таких Богов! Или… Черт, ТАКИХ не видали!
– Нет, я вам точно не дам.
– Вообще не дашь или только разрешение на деятельность?
Да он хам! На что он намекает?
– Зевс Германович, вы не тот объект для своих намеков и шуточек выбрали, знаете?
– Вполне себе горячий объект, как видишь. Я заценил, - он показал взглядом туда, куда приличные женщины не смотрят. - Я слов на ветер не бросаю, ты моей уже сегодня станешь. А бумажки сразу после этого и подпишешь, моя богиня.
Наглый и беспардонный бизнесмен ввалился в мой рабочий кабинет и заявил, что я стану его уже сегодня. А что я? Мне тридцать пять, я одинокая чиновница с пятидесятым размером, видали мы таких Богов! Или… Черт, ТАКИХ не видали!
- Куда ты собралась? - Стас хватает меня за локоть, отчего кожу начинает жечь даже сквозь пиджак.
- У меня свидание, Орлов!
С удовольствием наблюдаю, как его лицо вытягивается, а глаза наливаются злостью.
- Не пойдешь, - притягивает к себе, теряюсь на секунду, попадая под его ауру.
- Ты больше не имеешь прав решать, что мне делать. Мы разводимся.
- Никогда, не наступит тот день когда я дам на это согласие.
- Это мы еще посмотрим.
Мы сверлим друг друга взглядами, а потом я разворачиваюсь и пытаюсь уйти. Но далеко мне уйти не дают. Стас резким движением разворачивает меня к себе и забрасывает на плечо.
- Со мной поедешь, долг супружеский выполнять.
- У меня свидание, Орлов!
С удовольствием наблюдаю, как его лицо вытягивается, а глаза наливаются злостью.
- Не пойдешь, - притягивает к себе, теряюсь на секунду, попадая под его ауру.
- Ты больше не имеешь прав решать, что мне делать. Мы разводимся.
- Никогда, не наступит тот день когда я дам на это согласие.
- Это мы еще посмотрим.
Мы сверлим друг друга взглядами, а потом я разворачиваюсь и пытаюсь уйти. Но далеко мне уйти не дают. Стас резким движением разворачивает меня к себе и забрасывает на плечо.
- Со мной поедешь, долг супружеский выполнять.
Две полоски. Одна ночь. Пять лет лжи.
ОДНОТОМНИК Мирослава думала, что Дамир Арденский вычеркнул ее из жизни. Она растила сына одна, пока он жил в другом мире — с деньгами, властью и другой женщиной. Но когда она переступает порог его дома, тайна рушится.
Он узнает о сыне. Он требует правды. И не отступит.
Война за ребенка, за прошлое и за будущее только началась. И каждый удар может стать последним.
ОДНОТОМНИК Мирослава думала, что Дамир Арденский вычеркнул ее из жизни. Она растила сына одна, пока он жил в другом мире — с деньгами, властью и другой женщиной. Но когда она переступает порог его дома, тайна рушится.
Он узнает о сыне. Он требует правды. И не отступит.
Война за ребенка, за прошлое и за будущее только началась. И каждый удар может стать последним.
Демьян Воронцов – избалованный наследник миллиардной империи. Он привык к роскоши и тому, что мир вращается вокруг него. Но одна эпичная выходка переполняет чашу терпения его отца.
Варя – гордая, пробивная и острая на язычок управляющая местной кофейни. Она терпеть не может наглых мажоров, строит свой маленький бизнес и привыкла рассчитывать только на себя.
Они делят одну тесную коммуналку и одну барную стойку на двоих. Он стал для нее ходячим стихийным бедствием. Она стала для него спасением, ради которого не жалко отдать все миллионы мира.
Но что будет, когда правда его нахождения рядом с ней выйдет наружу?
Варя – гордая, пробивная и острая на язычок управляющая местной кофейни. Она терпеть не может наглых мажоров, строит свой маленький бизнес и привыкла рассчитывать только на себя.
Они делят одну тесную коммуналку и одну барную стойку на двоих. Он стал для нее ходячим стихийным бедствием. Она стала для него спасением, ради которого не жалко отдать все миллионы мира.
Но что будет, когда правда его нахождения рядом с ней выйдет наружу?
— Алло, ты, блин, где? — раздражённо спросил мой парень.
— Привет, брат. Соня у меня, — с поразительным спокойствием сказал Макс.
Я испуганно замерла. Что сейчас будет?!
На том конце провода — тишина.
— Не понял, — наконец выдавил Саша, и в его голосе уже гремела гроза.
— Ты бросил её, брат. Ваши отношения закончены. На данный момент она у меня.
— Вы там охренели что ли оба?!
— Пока нет.
— Макс, чё за фигня?! — взвинчено спросил Саша. — Тебе напомнить, что Соня — моя девушка?
— Уже не твоя, — ровным тоном ответил Макс. — Смирись.
Макс Кротов — старший брат моего парня. Взрослый, красивый, крутой.
Я думала, такой, как он, никогда не обратит на меня внимание. Но когда Саша меня бросил, Макс просто приехал за мной и сказал, что пока поживу у него.
И пообещал, что пальцем меня не тронет.
Но что если я хочу, чтобы он увидел во мне не только мелкую подружку брата, а женщину?
— Привет, брат. Соня у меня, — с поразительным спокойствием сказал Макс.
Я испуганно замерла. Что сейчас будет?!
На том конце провода — тишина.
— Не понял, — наконец выдавил Саша, и в его голосе уже гремела гроза.
— Ты бросил её, брат. Ваши отношения закончены. На данный момент она у меня.
— Вы там охренели что ли оба?!
— Пока нет.
— Макс, чё за фигня?! — взвинчено спросил Саша. — Тебе напомнить, что Соня — моя девушка?
— Уже не твоя, — ровным тоном ответил Макс. — Смирись.
Макс Кротов — старший брат моего парня. Взрослый, красивый, крутой.
Я думала, такой, как он, никогда не обратит на меня внимание. Но когда Саша меня бросил, Макс просто приехал за мной и сказал, что пока поживу у него.
И пообещал, что пальцем меня не тронет.
Но что если я хочу, чтобы он увидел во мне не только мелкую подружку брата, а женщину?
Выберите полку для книги