Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""

— Зачем ты мне больно делаешь, Давыдов? Ты клялся, что любишь меня...
— Так и есть. Голову от тебя сносило капитально, Дюймовочка! — усмехается муж дерзко. Так, что хочется залепить ему пощёчину, вспоминая о том, кто ходил по нашей спальни в прозрачном халате. С его одобрения.
— Тогда зачем ты её привёз? И поселил в нашем доме! С животом. С сыном. С твоим, да?!
— Я не виноват, что это случилось. Будешь заботиться о них, пока я там! Своих не бросают. Так меня обязали.
— Никогда! Только развод!
Звук сообщения. Матвей посмотрел на экран. И его лицо стало холоднее льда.
Она, наверное, пишет. Хвастается очередными кружевными чулками.
И вдруг муж резко произносит:
— Раз такая характерная, кольцо сюда давай!
— Что?
— Обручальное. Живо!
Распахивает дверь и буквально выталкивает меня на дорогу.
— Что ты делаешь? Бросишь меня прямо во время тревоги?!
Страшный гул совсем близко.
Моё сердце пропускает удар.
Внедорожник резко срывается с места.
И гремит взрыв…

Казалось, все проблемы позади, но мир никогда не был прост. И прошлое, от которого я вроде избавилась, продолжает маячить на горизонте и мешать моему счастью. Пришло время понять, на что я готова ради своих мужчин и способна ли пожертвовать собственной свободой, чтобы спасти их.

— Вера, ты ведь не одна!
— Уважаемая Галина Егоровна! Я вообще-то рожаю! – Срываюсь на крик.
— Сынок! Ты слышал, как она со мной говорит?! О-о-о… — вскрикивает женщина, роняя бесчувственную руку себе на грудь.
— Мама! – муж бросается к ней.
— Рома, я не хочу рожать здесь...– цежу я.
— Ну, Вера! Маме плохо…
— Но, нам пара рожать. Я вызову скорую.
— Не надо мне скорая! – Свекровь судорожно дергает сына за рубашку.
— Здравствуйте! Сердечный приступ. – Быстро тараторю я.
— У тебя мать одна! Переженишься и нарожаешь еще! Умру, и что будешь делать?! – она и не думает отпускать Рому.
Нас всех отвлекает трель дверного звонка.
— Так, тут не сердце, а роды! – Заходит врач.
— И сердце тоже! – Рома озадачено стоит рядом с мамой, которая вцепилась в него мертвой хваткой.
— Так, определитесь. Или сердце, или рожаем. Одно из двух. Второй экипаж приедет так же быстро.
Затуманенным взглядом, смотрю на мужа. Он выберет ее, слишком цепкая женщина, а Рома лопух.
— Я... – шепчу я и ухожу.

— Яна, ты сама всё видела, — говорит ледяным тоном несостоявшаяся свекровь. — Не позорь нас и сама не позорься, уезжай. Мой сын теперь с Викой. У них будет всё, что ты никогда не сможешь ему дать. Ты для него — не более чем игрушка. Наигрался и выбросил. И если попытаешься вернуться в страну, посмеешь вмешиваться в его жизнь, я устрою тебе ад. У меня есть рычаги и возможности. Генерал мне поможет. У следователя уже лежит заявление на кражу тобой моего колье с изумрудами. Не дам ему ход ещё пару дней. За это время исчезни. Или вместо работы в хорошей клинике, окажешься на нарах в женской тюрьме. Ты меня поняла?
Я молчу. В душе ни боли, ни страха. Лишь глухая, холодная пустота, в которой не осталось ни искры жизни.
— Я поняла, — отвечаю тихо. — Не волнуйтесь. Я уеду.
— И не вздумай звонить Трофиму, — добавляет она. — Он не хочет тебя слышать. У него теперь другая жизнь. Не стоит раздражать его невесту.

— Кто она? - жестко спрашиваю мужа и протягиваю ему свой телефон. Там на фото он целует другую женщину!
Он смотрит на экран и бледнеет. Молчит. Долго. Потом все-таки отвечает:
— Её зовут… — он замолкает, сглатывает. — Наталья.
У меня перехватывает дыхание.
— Как меня. Давно ты с ней?
— Восемь месяцев.


После пятнадцати лет брака я увидела, как мой любимый муж поцеловал другую. Руки сами потянулись к телефону, и я сфотографировала его и женщину, в зелёном платье в объятиях друг друга. Но то, что произошло дальше окончательно свело меня с ума.

Каждую пятницу я собираю букет белых пионов для незнакомки и немного завидую женщине, которую так любят.
Заказ оплачен заранее, а на карточке всегда два слова: «Скучаю. До пятницы».
Но однажды курьер заболел, и я повезла заветный букет сама.
Дверь открыла моя подруга, а из глубины квартиры, донёсся голос, родной до последней ноты – голос моего мужа:
— Аль, поставь их скорее в вазу, а то завянут, как прошлые!
Они думали, я буду кричать и плакать. Зря. Я флорист — я умею работать с увядшим материалом. Следующий букет я соберу для вас, мои дорогие. И доставлю лично.Только повод будет для вас не радостный!

– Мы раньше не встречались, Валерия Сергеевна? – смотрит на меня так внимательно, будто пытается вспомнить и не хочет вспоминать.
– Мужчины обычно хорошо помнят женщин, с которыми поступили достойно, Глеб Андреевич. Видимо, я не тот случай.
Воронцов сводит брови на переносице.
– Вы сейчас что себе позволяете?
– Отвечаю на вопрос.
– Нет. Вы хамите командиру воинской части.
– Тогда не задавайте вопросов, на которые не готовы услышать ответ.
– Если у вас есть что мне сказать… – Он медленно закрывает папку. – И если вы считаете, что я когда-то повел себя некорректно, говорите прямо. Без намеков и дешевых выпадов.
– Мужчине обычно не нужно объяснять, где он повел себя некорректно. А если нужно – значит, объяснять уже бесполезно.
– Если вы позволяете себе личные обвинения в служебном кабинете, будьте готовы их обосновать. Объяснительную мне на стол через десять минут.
– Так точно, товарищ командир, – поднимаюсь, – таблеточки для улучшения памяти в объяснительной порекомендовать?

Девочки, никогда не верьте мужьям, которые сгорают на работе!

Я вот верила. И в один прекрасный вечер решила устроить своему любимому гаишнику романтический сюрприз прямо на дежурстве.

И знаете что? Сюрприз удался!

Правда, в шоке осталась я. Потому что на этой тяжелой ночной смене муж вовсю оформлял одну очень гибкую нарушительницу прямо в служебной машине!

Терпеть и плакать? Это не про меня. Я дама с формами, с характером и с тяжелой кухонной утварью в руках.

В общем, ночную лавочку я им прикрыла быстро и с огоньком. Бывший теперь заикается, его пассия считает убытки, а я... а я в процессе разгрома случайно зацепила половником чужой дорогущий внедорожник, который очень не вовремя выкатился из-за поворота.

И ладно бы просто стекло разбила, так ведь его суровый хозяин теперь не сводит с меня глаз и требует компенсации. И почему-то мне кажется, что деньгами я от него не отделаюсь...

— Асият, ты слышала. Ты должна согласиться. Не потому что я так хочу. А потому что если ты откажешься, через месяц Ахмед пойдёт мстить. Двенадцатилетнего мальчика убьют. Я не выдержу потерю ещё одного ребёнка.
Он плачет. Впервые в жизни.
— Я согласна, — говорю и смотрю ему в глаза. — Но ты запомни этот день. Как ты торговался мной, как резал мою жизнь на куски. Я ухожу в дом убийцы брата. И если я умру там, то знай, что ты убил меня не меньше, чем он.
Отец отворачивается. Плечи трясутся.
Но я не плачу. Просто иду в свою комнату, сажусь перед зеркалом и смотрю на шрам. Завтра за мной приедут люди Тимура. И я переступлю порог его дома как уродливое наказание, но не рабыня.

— Дедушка генерал, мы всех котов у вас дома завербовали в ряды суетологов! И женщинку вам нашли! Класивую!
Какого ху…муса тут происходит?
В моём доме нет котов!
И внучек у меня отродясь не бывало!
Мне прямо сейчас надо важную сделку у себя дома подписывать, а тут как снег на голову свалились маленькие хулюганки и всё вокруг разносят!
Вся надежда на мою новую сиделку, которая обязана успокоить и присмотреть за девочками, которых бросила собственная мама…
— Хочешь получить от меня деньги и спасти близкого человека, — рявкаю на сиделку, — сделай всё, чтобы хулиганки не сорвали мою сделку! Иначе, превращу твою жизнь в ад!
Вот только, когда новая сиделка появляется в моем доме, проблем становится еще больше.
Маленькие хулиганки, увидев её, сразу заявляют:
— Теперь эта класивая тётя будет нашей мамой!