Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""
— Да, мой скоро разводится. Жена у него грымза, скучная до ужаса, — смеётся женщина в моём кресле, не подозревая, чьи руки сейчас укладывают её волосы.
Ещё секунду назад я была просто парикмахером, а теперь стою с феном в руках и смотрю на экран её телефона.
Там — мой муж.
С ней.
Счастливый, как уже давно не бывает со мной.
Что делать, если чужая улыбка в зеркале салона рушит твою жизнь? Если доверие лопается тонкой нитью, а ты всё ещё хочешь верить в совпадение?
И как жить дальше, если правда больнее любой лжи?
Ещё секунду назад я была просто парикмахером, а теперь стою с феном в руках и смотрю на экран её телефона.
Там — мой муж.
С ней.
Счастливый, как уже давно не бывает со мной.
Что делать, если чужая улыбка в зеркале салона рушит твою жизнь? Если доверие лопается тонкой нитью, а ты всё ещё хочешь верить в совпадение?
И как жить дальше, если правда больнее любой лжи?
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!❤️
«Милый, у тебя на шее остался след от губной помады, надо вытереть, она заметит, а еще… у меня ножки дрожат до сих пор! Ты был великолепен!»
Ноги слабеют, и я едва удерживаюсь на каблуках, сжимая в руке совершенно незнакомый мне телефон, на экране которого горит это мерзкое сообщение.
Телефон, которого я не видела никогда раньше. Телефон, который я только что достала из кармана куртки Богдана. Моего жениха...
— Какой же ты... гад! — шепчу я, качая головой.
— Даша, прекрати истерику и пойдем обратно! У тебя нет выбора! Повзрослей тв уже наконец! Это мужская природа! Это первый и единственный раз, когда ты о чем-то узнала! Дальше я буду осторожен, а то, что ты не знаешь, тебе не навредит! Будь мудрее!
В день свадьбы я узнала, что жених изменяет мне с моей лучшей подругой...
Ничего, милый...
Утром свадьба, а вечером МЕСТЬ!
«Милый, у тебя на шее остался след от губной помады, надо вытереть, она заметит, а еще… у меня ножки дрожат до сих пор! Ты был великолепен!»
Ноги слабеют, и я едва удерживаюсь на каблуках, сжимая в руке совершенно незнакомый мне телефон, на экране которого горит это мерзкое сообщение.
Телефон, которого я не видела никогда раньше. Телефон, который я только что достала из кармана куртки Богдана. Моего жениха...
— Какой же ты... гад! — шепчу я, качая головой.
— Даша, прекрати истерику и пойдем обратно! У тебя нет выбора! Повзрослей тв уже наконец! Это мужская природа! Это первый и единственный раз, когда ты о чем-то узнала! Дальше я буду осторожен, а то, что ты не знаешь, тебе не навредит! Будь мудрее!
В день свадьбы я узнала, что жених изменяет мне с моей лучшей подругой...
Ничего, милый...
Утром свадьба, а вечером МЕСТЬ!
– Ты забыл о традиции, Алишер.
– Какая еще традиция? – он фыркает, но в его голосе слышится неуверенность. – Это древний бред.
– Не в нашей семье, – парирует Камиль. Он делает еще один шаг, и теперь он совсем близко. Его рост, его ширина плеч заставляют Алишера инстинктивно отступить на полшага, прикрывая меня собой. Как будто я уже его добыча, которую у него пытаются отнять. – Право первой ночи. Мое право. Как старшего в роду.
Алишер издает какой-то животный, подавленный звук.
– Ты серьезно? Ты хочешь воспользоваться этим? Сейчас?
– Я не хочу, – голос Камиля все так же спокоен, но в нем появляется стальная твердость. – Я требую то, что положено мне по праву.
Меня выдали замуж за нелюбимого человека. Но его старший брат решил воспользоваться древней традицией - право на первую ночь со мной.
– Какая еще традиция? – он фыркает, но в его голосе слышится неуверенность. – Это древний бред.
– Не в нашей семье, – парирует Камиль. Он делает еще один шаг, и теперь он совсем близко. Его рост, его ширина плеч заставляют Алишера инстинктивно отступить на полшага, прикрывая меня собой. Как будто я уже его добыча, которую у него пытаются отнять. – Право первой ночи. Мое право. Как старшего в роду.
Алишер издает какой-то животный, подавленный звук.
– Ты серьезно? Ты хочешь воспользоваться этим? Сейчас?
– Я не хочу, – голос Камиля все так же спокоен, но в нем появляется стальная твердость. – Я требую то, что положено мне по праву.
Меня выдали замуж за нелюбимого человека. Но его старший брат решил воспользоваться древней традицией - право на первую ночь со мной.
Однажды Наоми поймала опасного преступника, получила награду из рук самого короля, но потеряла кое-что более важное - сердце. Оно осталось с тем самым бандитом, а девушке пришлось жить с ноющей пустотой в груди. Но спустя несколько лет ОН стал приходить в сны Наоми. У преступника, ожидающего казнь, осталось лишь одно желание...
– Что-то не так? - спрашиваю клиентку своего салона. Она потребовала встречи со мной. - Маникюр вам делал наш лучший мастер.
– Милана, - девушка резко становится серьезной, - оставьте своего мужа. Дайте ему спокойно развод.
– В смысле? - не понимаю.
– Вот бумаги на развод, - она вытаскивает какие-то бумаги из сумки, - вам только подпись надо поставить.
– Что? - еще больше не понимаю.
– Ты уже жена б/у, - грубо отзывается девица, - скоро у него будет новая семья и новый ребенок.
Она демонстративно поглаживает свой живот.
– Милана, - девушка резко становится серьезной, - оставьте своего мужа. Дайте ему спокойно развод.
– В смысле? - не понимаю.
– Вот бумаги на развод, - она вытаскивает какие-то бумаги из сумки, - вам только подпись надо поставить.
– Что? - еще больше не понимаю.
– Ты уже жена б/у, - грубо отзывается девица, - скоро у него будет новая семья и новый ребенок.
Она демонстративно поглаживает свой живот.
— Наталья Климова. Присаживайтесь!
— Спасибо. — Наталья проходит к столу и садится вполоборота ко мне. Взглядом непроизвольно стекаю ниже. А Наталья-то проказница. Ткань между пуговицами прилегает неплотно. Смуглая кожа. Грудь... По выпуклостям рубашки дорисовываю высокую двоечку. А под юбку Наталья бельё надела? Сглатываю.
— Не сработаемся, — нечаянно произношу это вслух.
— Почему? — теряется Наталья. — Вы даже не посмотрели моё резюме!
Трясу головой, прогоняя наваждение. Кладу перед собой резюме и пробегаюсь по плывущим строчкам. За окном слякотный серый октябрь, а Наталья пахнет весной. Я и не знал, как она пахнет — весна эта. Странная девушка Наталья.
Мой первый мужчина отрёкся от меня, и жизнь рухнула. Я вернулась в родной город и устроилась в крупную компанию помощницей генерального директора. Влюбилась! Всё бы хорошо, но избалованный мажор - племянник губернатора края, шантажом заставляет меня стать его невестой.
— Спасибо. — Наталья проходит к столу и садится вполоборота ко мне. Взглядом непроизвольно стекаю ниже. А Наталья-то проказница. Ткань между пуговицами прилегает неплотно. Смуглая кожа. Грудь... По выпуклостям рубашки дорисовываю высокую двоечку. А под юбку Наталья бельё надела? Сглатываю.
— Не сработаемся, — нечаянно произношу это вслух.
— Почему? — теряется Наталья. — Вы даже не посмотрели моё резюме!
Трясу головой, прогоняя наваждение. Кладу перед собой резюме и пробегаюсь по плывущим строчкам. За окном слякотный серый октябрь, а Наталья пахнет весной. Я и не знал, как она пахнет — весна эта. Странная девушка Наталья.
Мой первый мужчина отрёкся от меня, и жизнь рухнула. Я вернулась в родной город и устроилась в крупную компанию помощницей генерального директора. Влюбилась! Всё бы хорошо, но избалованный мажор - племянник губернатора края, шантажом заставляет меня стать его невестой.
— Хочу ту девушку. Русскую. Алису Орлову, – сказал Адам своим людям. – Доставьте её ко мне. На Родину.
В его голосе не было просьбы. Был приказ.
— Она не захочет, – возразил Руслан.
Адам повернулся. Его тёмные глаза сверкнули жестоким огнём.
— Её желание не важно. Важно моё. Она будет моей женой. Приказ ясен?
В его голосе не было просьбы. Был приказ.
— Она не захочет, – возразил Руслан.
Адам повернулся. Его тёмные глаза сверкнули жестоким огнём.
— Её желание не важно. Важно моё. Она будет моей женой. Приказ ясен?
Я готовилась стать настоящей жрицей Любви. Распрощаться с невинностью и познать первого паломника в нашем храме. Но распрощалась я с беззаботной юностью, когда на священный город напали воины в магических доспехах. Они сокрушили нас в считанные часы и захватили храм, а их подручные солдаты стали мародерствовать и бесчинствовать. Многие женщины были жестоко унижены. Я и сама оказалась захвачена двумя похотливыми кобелями. Постигнет ли меня участь сестер или богиня ниспошлет мне защитника?
***
Мы сражаемся с распутством и старыми богами. Самой порочной из них моему ордену видится богиня Любви. Ее жрицы практикуют ритуальный блуд. Я глубоко верующий человек и считаю, что связь мужчины и женщины может быть инициирована лишь высокими чувствами, а не каким-то там ритуалом. И уж конечно она не может быть наказанием. Вот только как объяснить это сорвавшейся с цепи солдатне? Эти несдержанные свиньи порочат мое братство. Но я не позволю измываться над женщинами, будь они хоть тысячу раз грешны
***
Мы сражаемся с распутством и старыми богами. Самой порочной из них моему ордену видится богиня Любви. Ее жрицы практикуют ритуальный блуд. Я глубоко верующий человек и считаю, что связь мужчины и женщины может быть инициирована лишь высокими чувствами, а не каким-то там ритуалом. И уж конечно она не может быть наказанием. Вот только как объяснить это сорвавшейся с цепи солдатне? Эти несдержанные свиньи порочат мое братство. Но я не позволю измываться над женщинами, будь они хоть тысячу раз грешны
– Если не хочешь, чтобы твою силиконовую задницу подстрелили, двигай за мной…
– Да как ты смеешь?! Между прочим, у меня всё своё, натуральное!
– Как в деревне у бабули? Свежо предание…
– А ты-то своё хозяйство давно проверял?
– Нахалка!
– Хам! И не лапай меня… – взвыла я, ощутив его ладони на своей талии.
– Успокойся! Я всего-то помогаю тебе перелезть через забор!
Тут он неожиданно подтолкнул меня вверх, нагло схватив за ягодицы.
– Руки убери, извращенец!
– А ты не дёргайся, а то свалишься прямёхонько на моё… хм… хозяйство.
– Да как ты смеешь?! Между прочим, у меня всё своё, натуральное!
– Как в деревне у бабули? Свежо предание…
– А ты-то своё хозяйство давно проверял?
– Нахалка!
– Хам! И не лапай меня… – взвыла я, ощутив его ладони на своей талии.
– Успокойся! Я всего-то помогаю тебе перелезть через забор!
Тут он неожиданно подтолкнул меня вверх, нагло схватив за ягодицы.
– Руки убери, извращенец!
– А ты не дёргайся, а то свалишься прямёхонько на моё… хм… хозяйство.
Боец спецназа и дочка судьи. Парень в камуфляже и она – шикарная девочка, вслед которой сворачивают головы мужчины… Что их может связывать?
Страсть? Чувство долга? Стокгольмский синдром «наоборот»? Или нечто более сильное?
Содержит нецензурную брань
Страсть? Чувство долга? Стокгольмский синдром «наоборот»? Или нечто более сильное?
Содержит нецензурную брань
Выберите полку для книги