Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""
Как хочется счастья! Такого, чтобы голова кругом… И коленки подгибались, и глаза сияли, и хотелось тихо смеяться. Почему тихо? Потому что счастье любит тишину!
Луиза мечтает о таком счастье, только оно пока что не спешит в ее жизнь, пока однажды вечером… А об этом можно прочитать в бесплатной новогодней истории
Луиза мечтает о таком счастье, только оно пока что не спешит в ее жизнь, пока однажды вечером… А об этом можно прочитать в бесплатной новогодней истории
Аннотация
Поход в клуб с подругой обернулся кошмаром: меня зажали трое пьяных, и спасти было некому.
Но он появился из ниоткуда — высокий, сильный, с глазами стального цвета. Разогнал их одним взглядом.
Я думала, это судьба. Пока не подошла подруга и не сказала: «Папа?»
Отец лучшей подруги.
А я дура, которая не может забыть тот взгляд на прощание. И когда подруга зовёт меня в гости на выходные, я соглашаюсь, замирая от предвкушения.
Потому что сердцу плевать, что он старше и отец подруги. Плевать, что это запретно. Оно уже выбрало свой путь — прямиком в логово хищника.
Поход в клуб с подругой обернулся кошмаром: меня зажали трое пьяных, и спасти было некому.
Но он появился из ниоткуда — высокий, сильный, с глазами стального цвета. Разогнал их одним взглядом.
Я думала, это судьба. Пока не подошла подруга и не сказала: «Папа?»
Отец лучшей подруги.
А я дура, которая не может забыть тот взгляд на прощание. И когда подруга зовёт меня в гости на выходные, я соглашаюсь, замирая от предвкушения.
Потому что сердцу плевать, что он старше и отец подруги. Плевать, что это запретно. Оно уже выбрало свой путь — прямиком в логово хищника.
Я стала никем. Ни имени, ни фамилии, ни прошлого. Только страх и непонимание, что делать дальше.
Вадим спас сначала мое тело, а потом и вылечил душу. Разрешит ли он спасти его сердце, которое было безжалостно ранено?
Вадим спас сначала мое тело, а потом и вылечил душу. Разрешит ли он спасти его сердце, которое было безжалостно ранено?
Российская империя. Санкт-Петербург, 1917 год. После столкновения двух миров реальность стала нестабильной. Чтобы удержать города и границы, государство использует Держателей — людей, способных стабилизировать узлы силы, где мир может разорваться вновь. Шел двадцать второй год после катастрофы, когда в столице погибает один из Держателей, Геру Кришинскую, одну из сильнейших в системе, вынуждают взять на себя его узел. Пока на границах усиливается угроза войны и появляются искажённые существа из другого мира, Совет требует стабильности любой ценой. Но чем глубже Гера погружается в происходящее, тем яснее понимает: внешняя опасность — лишь прикрытие. Настоящая угроза скрыта внутри. Гере предстоит сделать сложный выбор.
Каминная полка вся заставлена фотографиями в рамках.
На одной я вижу девочку, она совсем малышка, сидит на руках у улыбающегося мужчины в камуфляже.
— Можно?
Я беру фотографию в руки и замираю.
— Это твой папа?
— Да… мой папа, — кивает Марина. — А это мама…
Она забирает у меня фотографию отца, а мне в руки пихает другую.
Она свадебная. Там Болдин в тёмно-синем костюме и женщина в белом платье.
Сердце пропускает удар, а я сглатываю горечь.
А ещё думаю, что надо быстрее уходить из этого дома, пока Саша не вернулся.
Но.... не успеваю...
На одной я вижу девочку, она совсем малышка, сидит на руках у улыбающегося мужчины в камуфляже.
— Можно?
Я беру фотографию в руки и замираю.
— Это твой папа?
— Да… мой папа, — кивает Марина. — А это мама…
Она забирает у меня фотографию отца, а мне в руки пихает другую.
Она свадебная. Там Болдин в тёмно-синем костюме и женщина в белом платье.
Сердце пропускает удар, а я сглатываю горечь.
А ещё думаю, что надо быстрее уходить из этого дома, пока Саша не вернулся.
Но.... не успеваю...
Когда-то она увидела его и запомнила на долгие годы. Он разочаровался в любви и не верит женщинам. Встреча на море оказалась полной неожиданностью для обоих.
Она хранит тайну происхождения - он ради нее ввязывается в опасную игру с бандитами, угрожающими ее отцу.
Тайное всегда становится явным: правда вскрылась, разбросав их по разные стороны баррикады. Смогут ли они примириться с прошлым и простить его, чтобы соединиться?
В ЭТОЙ ИСТОРИИ ВЫ ВСТРЕТИТЕ:
•Любовь вопреки
•От любви до ненависти и наоборот
•Надежный и настоящий мужчина, который ради ее спасения рискует всем
•Сильная героиня, способная не только наблюдать издалека за его жизнью
•Сильные чувства
•Яркие эмоции
Она хранит тайну происхождения - он ради нее ввязывается в опасную игру с бандитами, угрожающими ее отцу.
Тайное всегда становится явным: правда вскрылась, разбросав их по разные стороны баррикады. Смогут ли они примириться с прошлым и простить его, чтобы соединиться?
В ЭТОЙ ИСТОРИИ ВЫ ВСТРЕТИТЕ:
•Любовь вопреки
•От любви до ненависти и наоборот
•Надежный и настоящий мужчина, который ради ее спасения рискует всем
•Сильная героиня, способная не только наблюдать издалека за его жизнью
•Сильные чувства
•Яркие эмоции
«Я не просила соседа-гика, тем более чтобы спасаться от маньяка через окно его ванной». Она — девушка, которая планировала идеальные отношения, как алгоритм. Он — бородатый гигант в очках, панически боящийся женщин. Теперь она в его свитере, ломает его «умный дом» неловкими фразами, а он сходит с ума от её близости. Одно случайное прикосновение, и программа даёт сбой. Честно, смешно, нежно и трогает до глубины души — такого бага вы не захотите чинить.
Участвует в конкурсе:
Меня выдали замуж за чудовище.
Лотар Гарвелл — ледяной Альфа, чей взгляд заставляет кровь стынуть в жилах. Ему не нужна жена, ему нужны лишь мои земли. В первую же нашу встречу он дал понять: я для него — пустое место, разменная монета в политической игре.
Но все оказалось сложнее. Одно мое прикосновение зажгло между нами искру, которую он всеми силами пытается погасить. Я — его Истинная. Та, что создана для него самой судьбой. И он ненавидит меня за это.
Сможет ли лед растаять? Или Истинная связь станет нашим проклятием?
Лотар Гарвелл — ледяной Альфа, чей взгляд заставляет кровь стынуть в жилах. Ему не нужна жена, ему нужны лишь мои земли. В первую же нашу встречу он дал понять: я для него — пустое место, разменная монета в политической игре.
Но все оказалось сложнее. Одно мое прикосновение зажгло между нами искру, которую он всеми силами пытается погасить. Я — его Истинная. Та, что создана для него самой судьбой. И он ненавидит меня за это.
Сможет ли лед растаять? Или Истинная связь станет нашим проклятием?
– Вы пьяны.
– Формально да. Но я имею право.
– Это служебное купе.
– А я – пассажир в крайне тяжелом состоянии. Гуманизм, слышали о таком?
– Слышала. Но к вам это не относится.
– Жестоко. Красиво, но жестоко. Как вы.
Лада – проводница, три года в разводе, комплексы и лишний вес.
Марат – десантник на ее полке в служебном купе.
Он ее не узнает. А она помнит каждую секунду того лета в Анапе, когда пекла ему вафли и мечтала о невозможном.
Теперь он здесь. Протрезвел. Влюбился. И не отступает.
Семь дней. Один вагон.
Горячий маршрут, где каждая остановка – шаг к счастью.
– Формально да. Но я имею право.
– Это служебное купе.
– А я – пассажир в крайне тяжелом состоянии. Гуманизм, слышали о таком?
– Слышала. Но к вам это не относится.
– Жестоко. Красиво, но жестоко. Как вы.
Лада – проводница, три года в разводе, комплексы и лишний вес.
Марат – десантник на ее полке в служебном купе.
Он ее не узнает. А она помнит каждую секунду того лета в Анапе, когда пекла ему вафли и мечтала о невозможном.
Теперь он здесь. Протрезвел. Влюбился. И не отступает.
Семь дней. Один вагон.
Горячий маршрут, где каждая остановка – шаг к счастью.
— Ты не понимаешь, — выдохнул он. — Я не умею красиво. Я сломаю.
— Ломай.
Это было последнее слово, которое я успела сказать.
Он накрыл мой рот поцелуем. И это не было нежно. Это было голодно, жадно, отчаянно. Он целовал так, будто хотел выпить меня до дна, будто год не пил, а я — вода в пустыне.
В сенях холодно, хоть волком вой. Но мне было всё равно. Потому что его руки жгли сильнее любой печки.
***
Алиса приехала в горы за покоем. Матвей мечтал, чтобы все оставили его в покое. Но зимняя ночь не терпит одиночества, а одна искра может сжечь дотла.
Откровенно. Страстно. До мурашек.
— Ломай.
Это было последнее слово, которое я успела сказать.
Он накрыл мой рот поцелуем. И это не было нежно. Это было голодно, жадно, отчаянно. Он целовал так, будто хотел выпить меня до дна, будто год не пил, а я — вода в пустыне.
В сенях холодно, хоть волком вой. Но мне было всё равно. Потому что его руки жгли сильнее любой печки.
***
Алиса приехала в горы за покоем. Матвей мечтал, чтобы все оставили его в покое. Но зимняя ночь не терпит одиночества, а одна искра может сжечь дотла.
Откровенно. Страстно. До мурашек.
Выберите полку для книги