Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""

Они развелись два года назад.
Он изменил, она не простила и сбежала в деревню. У каждого теперь своя жизнь, но все изменится, когда он случайно купит соседний дом.
Случайно ли? Да, кто же знает.
***
- Надеюсь, в этот раз, Семен Андреевич, вы не забудете прихватить с собой в душ одежду.
- А вы не подглядывайте, Анастасия. — хитро прищурившись, разглядываю бывшую. - Я вот никогда не позволю себе смотреть в окно, зная, что вы под яблонькой топлес загораете. Вот и вы на мой топлес не смотрите. Хотя... смотрите на здоровье, я не жадный.
- Ты! Да, знаешь! Ты наглый, самодовольный мужлан, Горячев! Вот ты кто! А еще... Еще! Бабник! Вот!

– Да, у меня вторая семья! – заявляет муж.
Пауза. Я моргаю. До меня доходит не сразу.
– В смысле? – шепчу одними лишь губами.
– В прямом. Кристина родила от меня. Сашка мой сын.
– Ты и Кристина? Моя племянница? И у вас ребенок? – спрашиваю, а сама не верю.
– Ну да. А ты чего дергаешься? Все под контролем, родная. Я не собираюсь уходить от тебя!
Я пытаюсь вдохнуть, но воздух кончился.

В один день узнала о долгожданной беременности и о том, что у моего сорокалетнего мужа интрижка с моей двадцатилетней племянницей…

Нью-Йорк не верит слезам, он верит только ритму. Двадцатилетняя Лорейн сбегает из северного городка, прихватив свой потёртый временем Fender. Она не верит в чудеса — она верит в дерево своего баса и четыре толстые струны.
Джон и его группа оказались на пороге катастрофы прямо перед крупным выступлением. Но среди шума мегаполиса его слух выхватывает породистый, жирный звук хорошо настроенного аппарата. В тонкой девушке с тёмным каре и дерзким взглядом он видит то, чего не встречал годами: она не ищет аплодисментов. Она играет, чтобы выжить.
Один случайный взгляд, один электрический разряд в толпе — и теперь их судьбы связаны общим грувом. В городе, где каждый хочет быть услышанным, её, кажется, наконец-то по-настоящему слушали.

Я вошла в этот мир не ради удовольствия и не ради денег для роскоши. Я вошла туда, потому что за моей спиной стояла угроза, и она дышала мне в затылок. Потому что иногда невинность — это не защита, а слабость, за которую приходится платить.
Но самое страшное началось не в тот момент, когда я надела маску.
И даже не тогда, когда на моём запястье защёлкнулся белый браслет.
Самое страшное случилось тогда, когда я поняла — за мной наблюдают.
И этот взгляд был куда опаснее любого долга.

– Мам, – спросила Алинка. – А гречку можно есть без котлет?
Муж выгнал нас из квартиры, чтобы поселить там свою новую пассию.
Катастрофа, скажете вы?
Да как бы не так!
Жильё снимем, работу – найду!
Вот только... Мой новый босс – не умеющее улыбаться чудовище. Наглый эгоист, в котором нет ничего человеческого.
С какой бы стати ему смотреть на меня так странно?
Ещё и ужинать позвал?!
После таких чудес недолго даже поверить в единорогов вслед за дочерью!..
***
Я влип. По уши.
Я, Соболев Александр Григорьевич, сорокалетний циник и трудоголик, влюбился в собственную помощницу. В женщину с уставшими глазами, которая живет в коммуналке с пятилетней дочкой и варит борщ по выходным.
Нужно ли ей всё это?..
Пока я пытаюсь выяснить, козёл, выбросивший их на улицу, решил забрать ребёнка.
Зачем ему понадобилась Алина?
В этом мне придётся разобраться.
А ещё – возглавить армию единорогов

— Марго. Что ты наделала?
Леонид трогает затылок и кривится. Отнимает руку, смотрит на пальцы, на которых блестит темное.
— Я не хотела... я... Леня, моя подруга твоя любовница!
— Может и так, но ты... — поворачивается к Илоне, и вот тут что-то в его лице меняется. Хватает запястье. Ищет пульс. — Пульса нет, — говорит тихо. — Марго. У нее нет пульса.
— Нет... нет, я же не... я не могла так сильно...
Леонид смотрит на статуэтку на тумбочке.
— Дорогая, — говорит он, и слово застревает у него поперек горла, — ты убила любовницу!

Моя жизнь пошла под откос, она разделилась на до и после из-за любовницы, статуэтки и... пепельницы. Не спрашивайте, я сама до сих пор в шоке.

Вера — скромная девушка, для которой кофейня стала смыслом жизни и единственным убежищем. Артем принадлежит к совсем другому миру: наследник, вынужденный доказывать семье свою состоятельность. Но здание, где теплится её мечта, принадлежит компании Артема, а его амбиции могут легко разрушить её бизнес. Они из разных вселенных, но внезапное чувство стирает границы между ними. Теперь каждый шаг Артема к цели становится испытанием для их зарождающегося романа. Сможет ли их любовь выжить, когда всё, что она создала, зависит от его решения?

Вернуться в родной город на помолвку брата — что может быть безобиднее? Лера думала так ровно до того момента, пока не столкнулась с бывшим. Красивым, самоуверенным и полным решимости доказать, что она так и осталась одна.

Слово за слово — и она уже врет, что у неё есть парень. Пожарный. Местный. Красавец. Проблема только в том, что такого не существует.

Бывший не упускает случая унизить, довольно ухмыляется и требует познакомить с героем. А героя нет. Есть только Катька — подруга детства, у которой брат служит в местной пожарной части.

Казалось бы, чего проще: зайти в часть, попросить кого-нибудь на один вечер, сделать вид — и разбежаться. Но мужики там серьёзные, в самодеятельности не участвуют.

Тупик. Можно признаться и проглотить обиду.

Но судьба любит подкидывать сюрпризы в самый неожиданный момент.

Он появился, когда Лера уже сдалась. Высокий, мрачный, с тяжёлым взглядом и шрамом над бровью.

Он боец, мрачный, высокомерный тип. Я холодная стерва по мнению окружающих. И заодно финансовый аналитик в фонде моего отца. Наш фонд перекупил его контракт. Он мечтает стать свободным и терпеть не может таких, как мы, считая стервятниками. Между нами ничего общего, мы слишком разные и постоянно бесим друг друга. Но тогда почему я ему помогаю? А главное, как поступить, если цена его свободы — клетка для меня? Отец позволит ему выкупить контракт, если я выйду замуж за того, кого глубоко презираю.

********

— Ты заигралась, Ульяна, — холодно произносит отец, даже не предложив мне сесть. Стою перед ним в кабинете, как провинившаяся школьница. — Если я никак не реагировал на твой глупый роман с Гончаровым, это не значит, что я о нем не знаю. И тем более одобряю.
Я и не сомневалась, что знает. Кирилл Аграновский всегда в курсе того, что затрагивает его интересы. А дочь для него — лишь часть этих интересов.

— Как часто твой двойник замещал тебя в нашей постели?
Реальность рассыпалась на острые осколки.
— Он не был у нас дома, — Яр изрядно нервничал. На его лбу проступила испарина, желваки бешено заходили на скулах. — Несколько раз он ходил с тобой по магазинам… и на свадьбе…
В висках застучало так сильно, будто там лопались сосуды. Безумный гул нарастал, натягивая нервы до предела.
— На нашей свадьбе, Яр? — прошептала я. — Значит, я клялась в вечной любви не тебе? Значит, кольцо мне надел… Руслан?
— Прости меня, Алиса…
— Я жду ребенка, Яр. — Мой голос прозвучал мертвенно тихо. — И этот ребенок…