Книги по тегу «нежная героиня»: ""
— Как вы смеете предлагать мне такое? — истерично верещу, глядя в бесстыжие карие глаза этого мерзавца.
— Это выгодное, деловое предложение, — возмутительно спокоен, аж двинуть этому красавчику хочется.
Такой шикарный, сил нет, но гад редкостный!
— Найдите себе другую дурочку, — вспыхиваю и ладошками отталкиваю мужчину.
Он просто должен был остаться моим доктором, но мерзавец ловит меня за запястье и шепчет в губы:
— У других нет того, что есть у тебя, малышка!
***
Я просто пришла на плановый осмотр к гинекологу, который заявил, что ему нужна жена. А я отличная кандидатура... по одному очень важному критерию.
— Это выгодное, деловое предложение, — возмутительно спокоен, аж двинуть этому красавчику хочется.
Такой шикарный, сил нет, но гад редкостный!
— Найдите себе другую дурочку, — вспыхиваю и ладошками отталкиваю мужчину.
Он просто должен был остаться моим доктором, но мерзавец ловит меня за запястье и шепчет в губы:
— У других нет того, что есть у тебя, малышка!
***
Я просто пришла на плановый осмотр к гинекологу, который заявил, что ему нужна жена. А я отличная кандидатура... по одному очень важному критерию.
Высокий, уверенный, спокойный.
Мужчина стоял, заложив руки за спину, и просто смотрел на меня.
Я не знала, кто он, но сердце сразу ударило чаще.
Он шагнул вперёд.
— Принцесса Оливия, — сказал он низким голосом. — Рад, что вы наконец проснулись по-настоящему.
Когда он вошёл, воздух в каюте будто стал плотнее.
Высокий. Сильный. Весь — воплощение власти и опасности. Свет падал на его лицо так, что резкие скулы и тень на подбородке казались выточенными из стали.
Он пах холодом металла и чем-то живым, первобытным — запах силы.
Мужчина стоял, заложив руки за спину, и просто смотрел на меня.
Я не знала, кто он, но сердце сразу ударило чаще.
Он шагнул вперёд.
— Принцесса Оливия, — сказал он низким голосом. — Рад, что вы наконец проснулись по-настоящему.
Когда он вошёл, воздух в каюте будто стал плотнее.
Высокий. Сильный. Весь — воплощение власти и опасности. Свет падал на его лицо так, что резкие скулы и тень на подбородке казались выточенными из стали.
Он пах холодом металла и чем-то живым, первобытным — запах силы.
Иногда любовь начинается не с «здравствуйте», а с «простите», произнесённого дрожащим голосом под аккомпанемент бьющейся чашки.
Её смущение было восхитительно. Его интерес — опасен. В тот миг, когда тёмная жидкость растеклась по его одежде, а их взгляды встретились, между Лорен Грей и Ником Леруа протянулась невидимая нить, которую так хотелось оборвать... и в то же время затянуть туже.
Теперь он, хочет раскрыть свой сердце только для неё. Она, девушка с обострённым чувством самосохранения, готова рискнуть всем, чтобы почувствовать его губы на своей коже. Смогут ли они найти общий язык, если единственные слова, которые их связывают — это «кофе», «шёлк» и ненасытное, всепоглощающее желание?
Её смущение было восхитительно. Его интерес — опасен. В тот миг, когда тёмная жидкость растеклась по его одежде, а их взгляды встретились, между Лорен Грей и Ником Леруа протянулась невидимая нить, которую так хотелось оборвать... и в то же время затянуть туже.
Теперь он, хочет раскрыть свой сердце только для неё. Она, девушка с обострённым чувством самосохранения, готова рискнуть всем, чтобы почувствовать его губы на своей коже. Смогут ли они найти общий язык, если единственные слова, которые их связывают — это «кофе», «шёлк» и ненасытное, всепоглощающее желание?
«Это ради нашей семьи», – сказал муж, целуя меня в щеку, его дыхание пахло дорогим коньяком и ложью.
Мой муж продал меня, чтобы покрыть долги. А он купил.
Властный, харизматичный, не знающий отказа.
Мой свекор.
Он решил, что я его. И не остановится, пока не заставит меня принять это — телом, разумом и той частью души, что уже предательски тянется к нему.
Мой муж продал меня, чтобы покрыть долги. А он купил.
Властный, харизматичный, не знающий отказа.
Мой свекор.
Он решил, что я его. И не остановится, пока не заставит меня принять это — телом, разумом и той частью души, что уже предательски тянется к нему.
САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА. Рассказ завершен.
— Здравствуй, Варя, — произносит он спокойно, деловито.
Словно мы и не были когда-то близки и счастливы, словно между нами не было всей той боли и разочарования.
Я вздыхаю, стараясь подавить эмоции, и поднимаю голову.
— Здравствуй, Илья, — отвечаю я ровно, холодно. — Ты быстро приехал, только вчера письмо получила. Спешишь избавиться от меня и моей кофейни?
Он проходит дальше, спокойно оглядывая зал, словно оценивает товар в магазине.
— Я не избавляюсь, Варя, — отвечает он с непробиваемой уверенностью. — Просто бизнес. Здание моё, и у меня другие планы на него.
— Другие планы? — повторяю я, чувствуя, как голос начинает дрожать от негодования. — То есть, то, что я вложила сюда годы своей жизни, тебя совершенно не волнует?
Он резко поворачивается ко мне.
— Ты всегда была слишком эмоциональной, — холодно бросает он. — Я тебе компенсирую, не волнуйся. Деньги это то, чего у меня много.
— Здравствуй, Варя, — произносит он спокойно, деловито.
Словно мы и не были когда-то близки и счастливы, словно между нами не было всей той боли и разочарования.
Я вздыхаю, стараясь подавить эмоции, и поднимаю голову.
— Здравствуй, Илья, — отвечаю я ровно, холодно. — Ты быстро приехал, только вчера письмо получила. Спешишь избавиться от меня и моей кофейни?
Он проходит дальше, спокойно оглядывая зал, словно оценивает товар в магазине.
— Я не избавляюсь, Варя, — отвечает он с непробиваемой уверенностью. — Просто бизнес. Здание моё, и у меня другие планы на него.
— Другие планы? — повторяю я, чувствуя, как голос начинает дрожать от негодования. — То есть, то, что я вложила сюда годы своей жизни, тебя совершенно не волнует?
Он резко поворачивается ко мне.
— Ты всегда была слишком эмоциональной, — холодно бросает он. — Я тебе компенсирую, не волнуйся. Деньги это то, чего у меня много.
Муж считает меня неинтересной, серой мышью. А его отец смотрит на меня так, будто я — настоящая драгоценность, которую он хотел бы заполучить. Это льстит и немного пугает.
Когда я узнаю об измене мужа, свёкор оказывается рядом. Он спасает меня и говорит: «Если тебя не ценят там, где ты была верна, почему бы не позволить себя расслабиться там, где тебя желают?»
Я смотрю в его глаза и понимаю — никаких запретов больше не существует. Все запреты только в нашей голове.
Когда я узнаю об измене мужа, свёкор оказывается рядом. Он спасает меня и говорит: «Если тебя не ценят там, где ты была верна, почему бы не позволить себя расслабиться там, где тебя желают?»
Я смотрю в его глаза и понимаю — никаких запретов больше не существует. Все запреты только в нашей голове.
— Арслан потребовал тебя, Марьям, — произносит отец за ужином.
— Что?! Но он ведь… был женат на моей сестре.
— Лейлы больше нет, — сухо говорит отец. — Теперь Арслан хочет жениться на тебе.
Я распланировала всю свою жизнь. Учеба в университете, замужество с любимым человеком и работа мечты. Я хотела другую жизнь, не такую, как у всех, не подчиняющуюся устаревшим обычаям.
Но все меняется, когда муж покойной сестры заявляет о своем праве жениться на мне. Он хочет меня. Устрашающий, взрослый и не понимающий отказов. А еще, кажется, он причастен к смерти сестры…
— Что?! Но он ведь… был женат на моей сестре.
— Лейлы больше нет, — сухо говорит отец. — Теперь Арслан хочет жениться на тебе.
Я распланировала всю свою жизнь. Учеба в университете, замужество с любимым человеком и работа мечты. Я хотела другую жизнь, не такую, как у всех, не подчиняющуюся устаревшим обычаям.
Но все меняется, когда муж покойной сестры заявляет о своем праве жениться на мне. Он хочет меня. Устрашающий, взрослый и не понимающий отказов. А еще, кажется, он причастен к смерти сестры…
Моя жизнь переворачивается с ног на голову, когда мама объявляет, что собирается съехаться со своим возлюбленным. И все бы ничего - совет им да любовь, только вот помимо отчима у меня появляется еще и сводный брат. А он тот еще придурок! Наглый, высокомерный, заносчивый тип! Мнит из себя горячего мачо, а у самого сердце, словно изо льда. И нет абсолютно никаких шансов, что мы будем с ним дружить.
– И кто обидел тебя, Мармеладка?
Вопрос и интонации, с которыми он задан застают меня врасплох. Шмыгнув носом, быстро смахиваю слезинку со щеки и поднимаю взгляд на незнакомца, застывшего точно каменное изваяние в шаге от меня.
– Никто, – прочищаю горло, крепче прижимая к себе годовалого сына.
– Ну я так и подумал. – Кивает, подхватывая два моих чемодана. – Пойдём, а то дождь собирается.
– Эй, постойте, вы вообще кто?
– Твой муж, – ответ звучит легко, словно «правда».
– Но это не…
– Мы это быстро исправим.
Вопрос и интонации, с которыми он задан застают меня врасплох. Шмыгнув носом, быстро смахиваю слезинку со щеки и поднимаю взгляд на незнакомца, застывшего точно каменное изваяние в шаге от меня.
– Никто, – прочищаю горло, крепче прижимая к себе годовалого сына.
– Ну я так и подумал. – Кивает, подхватывая два моих чемодана. – Пойдём, а то дождь собирается.
– Эй, постойте, вы вообще кто?
– Твой муж, – ответ звучит легко, словно «правда».
– Но это не…
– Мы это быстро исправим.
Муж считает меня пустой, серой мышью и виноватой в том, что я не могу забеременеть от него. А его отец смотрит на меня так, будто я самая лучшая женщина на этом свете. От него меня бросает в дрожь, и это меня пугает.
Когда я попадаю в аварию по вине мужа, свёкор оказывается рядом. Он спасает меня и заботиться обо мне.
Я смотрю в его глаза и понимаю, что я пропадаю. Наше тайное желание тянет нас к друг другу и нарушает все запреты.
Когда я попадаю в аварию по вине мужа, свёкор оказывается рядом. Он спасает меня и заботиться обо мне.
Я смотрю в его глаза и понимаю, что я пропадаю. Наше тайное желание тянет нас к друг другу и нарушает все запреты.
Выберите полку для книги