Книги по тегу «ненависть и любовь»: ""
Вероника
Я выросла на красивой сказке про сильную любовь. Спустя время я узнала, что это была реальная история создания моей семьи. Я наследница самого опасного в Нью-Йорке клана мафии - «Эль Диабло». Милая, послушная и правильная - такой меня видит мир. Но за этой маской прячется кто-то другой. Со своими темными желаниями. И я боюсь, что скоро совершу непростительную ошибку - предам семью ради врага с татуировками по всему телу.
Лоренцо
Я специальный агент ФБР. Телохранитель. Солдат. Моё будущее было предначертано еще с рождения. Но в один момент я лишился всего. Я знаю своего врага в лицо. И я иду за ним. Неважно сколько при этом погибнет людей. Все они всего лишь сопутствующие потери. Я прячусь за множеством масок. Но настоящий я - худшая из всех. Ни любви. Ни чувств. Ни жалости. Но что-то изменилось, когда в мою тачку прыгнул невинный ангел с характером демона.
Я выросла на красивой сказке про сильную любовь. Спустя время я узнала, что это была реальная история создания моей семьи. Я наследница самого опасного в Нью-Йорке клана мафии - «Эль Диабло». Милая, послушная и правильная - такой меня видит мир. Но за этой маской прячется кто-то другой. Со своими темными желаниями. И я боюсь, что скоро совершу непростительную ошибку - предам семью ради врага с татуировками по всему телу.
Лоренцо
Я специальный агент ФБР. Телохранитель. Солдат. Моё будущее было предначертано еще с рождения. Но в один момент я лишился всего. Я знаю своего врага в лицо. И я иду за ним. Неважно сколько при этом погибнет людей. Все они всего лишь сопутствующие потери. Я прячусь за множеством масок. Но настоящий я - худшая из всех. Ни любви. Ни чувств. Ни жалости. Но что-то изменилось, когда в мою тачку прыгнул невинный ангел с характером демона.
- Устала?
- Да. Я еще никогда Игоря не видела в таком бешенстве.
- Ну, еще бы! Его женщина — и с другим мужчиной! Могу понять, - Руслан усмехнулся.
- Послушай, я была с ним, да, но я не с тобой. Не надо путать.
В один миг став серьезнее, Руслан внимательно посмотрел на меня и сказал:
- Я ничего не путаю. Ты была с ним. Теперь вы не вместе. Что тебе мешает жить своей жизнью?
Крах для всех случается по-разному.
Для Карины Северовой это вынужденный отъезд из Столицы в небольшую северную деревеньку. Но потерпеть крах это не просто потерять все и уехать с ужасными воспоминаниями. Нет, крах это осознание, что ударили со спины. Она поклялась, что вернется. Но у судьбы свои планы...
- Да. Я еще никогда Игоря не видела в таком бешенстве.
- Ну, еще бы! Его женщина — и с другим мужчиной! Могу понять, - Руслан усмехнулся.
- Послушай, я была с ним, да, но я не с тобой. Не надо путать.
В один миг став серьезнее, Руслан внимательно посмотрел на меня и сказал:
- Я ничего не путаю. Ты была с ним. Теперь вы не вместе. Что тебе мешает жить своей жизнью?
Крах для всех случается по-разному.
Для Карины Северовой это вынужденный отъезд из Столицы в небольшую северную деревеньку. Но потерпеть крах это не просто потерять все и уехать с ужасными воспоминаниями. Нет, крах это осознание, что ударили со спины. Она поклялась, что вернется. Но у судьбы свои планы...
Его отец говорил, что истинных на всех не хватает. Так он оправдывал своё одиночество и ошибки прошлого. Времена изменились. Оборотни разрознены. Союз истинных утратил привилегии в стаях. Но не для молодого альфы.
Её мама всегда говорила, что не ошибается только сердце. Просила заботиться о младшем брате и доверять себе. Лиза следовала её наставлениям. Это было легко. До тех пор, пока девушка не решила съездить на родину погибшей матери.
— Просто отпусти нас! Отпусти! — её голос срывался, надламывался, но она упрямо сжимала руки в кулаки и метала глазами молнии. — Алекс? Пожалуйста!
— Я работаю над тем, чтобы выпустить твоего брата из города! Работаю! Мне нужно время.
— Моего брата? Я никуда его одного не отпущу! Мы уйдём с Максом вместе! Только так! Ты слышишь? Ты должен опустить нас обоих!
— Должен? — кривая ухмылка исказила лицо альфы. — Я ничего тебе не должен! Я готов освободить твоего брата. Но не тебя! Ты принадлежишь нашему миру, Лиза! Ты одна из нас! Уйдёт только Максим
Её мама всегда говорила, что не ошибается только сердце. Просила заботиться о младшем брате и доверять себе. Лиза следовала её наставлениям. Это было легко. До тех пор, пока девушка не решила съездить на родину погибшей матери.
— Просто отпусти нас! Отпусти! — её голос срывался, надламывался, но она упрямо сжимала руки в кулаки и метала глазами молнии. — Алекс? Пожалуйста!
— Я работаю над тем, чтобы выпустить твоего брата из города! Работаю! Мне нужно время.
— Моего брата? Я никуда его одного не отпущу! Мы уйдём с Максом вместе! Только так! Ты слышишь? Ты должен опустить нас обоих!
— Должен? — кривая ухмылка исказила лицо альфы. — Я ничего тебе не должен! Я готов освободить твоего брата. Но не тебя! Ты принадлежишь нашему миру, Лиза! Ты одна из нас! Уйдёт только Максим
Ева переживает тяжёлые времена, отголоски болезненного прошлого.
Подруга Геля (Ангелина) настойчиво уговаривает её поехать в поездку, видя в этом шанс для Евы перезагрузиться и начать жить полноценно.
Несмотря на страх и сопротивление, Ева под давлением подруги соглашается — но уже предчувствует сложности: в поездке и на отдыхе ей не раз придётся проводить время с Адамом, человеком, который вызывает у неё острое раздражение и неприязнь.
Посмотрим что из этого выйдет
Подруга Геля (Ангелина) настойчиво уговаривает её поехать в поездку, видя в этом шанс для Евы перезагрузиться и начать жить полноценно.
Несмотря на страх и сопротивление, Ева под давлением подруги соглашается — но уже предчувствует сложности: в поездке и на отдыхе ей не раз придётся проводить время с Адамом, человеком, который вызывает у неё острое раздражение и неприязнь.
Посмотрим что из этого выйдет
Меня вышвырнули из стаи за то, что я посмела раскрыть пасть на альфу. Голодная, злая, готовая сдохнуть — я забрела на чужую территорию. И он меня нашёл. Наглый, сильный, уверенный, что весь мир лежит у его ног.
Он решил, что я буду его собственностью. Что сломает меня, запрёт в клетку, заставит подчиниться.
Но он не знает, что волчицу, пережившую предательство, сломать нельзя. Я буду царапаться, кусаться, рычать — и докажу ему, что истинная пара — это не про рабство. Это про битву. За равных. За любовь. За себя.
И пусть он — альфа. Я — его стихия, которую невозможно приручить.
Тёмное фэнтези.
Волчьи страсти.
Любовь через ненависть.
Он решил, что я буду его собственностью. Что сломает меня, запрёт в клетку, заставит подчиниться.
Но он не знает, что волчицу, пережившую предательство, сломать нельзя. Я буду царапаться, кусаться, рычать — и докажу ему, что истинная пара — это не про рабство. Это про битву. За равных. За любовь. За себя.
И пусть он — альфа. Я — его стихия, которую невозможно приручить.
Тёмное фэнтези.
Волчьи страсти.
Любовь через ненависть.
Тебе когда-нибудь говорили, что истинная пара — это дар судьбы? Врут. Это проклятие. Меня обручили с эльфом, которого я ненавижу. Он убил моего жениха. Он разрушил мою жизнь. И он же — единственный, кто сможет меня спасти. Я хочу прирезать его во сне. Но когда он целует меня — я забываю, как дышать….
Три года назад я отшила его на вписке. При всех.
Думала, он забыл.
Не забыл.
Теперь я перевелась в его университет. Даниил Барсов — сын декана, местный бог. Наглый, дерзкий, без тормозов. Девушки вешаются на него сами. Он берёт что хочет и не спрашивает разрешения.
В первый же день он зажал меня у стены и сказал: «Ты моя должница. И будешь платить».
Он следит за каждым моим шагом. Он ломает всех, кто ко мне приближается. Он врывается в мою комнату, трогает мои вещи, дышит в шею так, что подкашиваются колени. Я ненавижу его. Но когда он касается — я дрожу. И это не только страх.
Он сказал, что не отпустит, пока не получит своё.
Но я не та, кого можно сломать.
ХЭ. Очень эмоционально. Одержимый герой, от которого мурашки.
Думала, он забыл.
Не забыл.
Теперь я перевелась в его университет. Даниил Барсов — сын декана, местный бог. Наглый, дерзкий, без тормозов. Девушки вешаются на него сами. Он берёт что хочет и не спрашивает разрешения.
В первый же день он зажал меня у стены и сказал: «Ты моя должница. И будешь платить».
Он следит за каждым моим шагом. Он ломает всех, кто ко мне приближается. Он врывается в мою комнату, трогает мои вещи, дышит в шею так, что подкашиваются колени. Я ненавижу его. Но когда он касается — я дрожу. И это не только страх.
Он сказал, что не отпустит, пока не получит своё.
Но я не та, кого можно сломать.
ХЭ. Очень эмоционально. Одержимый герой, от которого мурашки.
Кулинарное шоу ─ на экране все красиво и беззаботно, а вот за кулисами полно интриг, сплетен и подстав. Ты не знаешь кому верить и стоит ли вообще делать это. А самое главное никто не предупреждал, что лучший повар страны пытается домогаться своих участниц и шантажирует их.
Он думал, что сможет отобрать мою мечту, чёрта с два! Гаврилов не знает на кого напал, я уже не та робкая девчонка, которая позволила обидеть себя несколько лет назад, теперь я готова идти до конца и победа точно будет за мной.
Плевать мне кто он, выведу на чистую воду и всем покажу истинное лицо этого невинного ягнёнка. Да и хорошо бы узнать кто же в итоге от моего имени послал заявку в этот кулинарный ад…
Он думал, что сможет отобрать мою мечту, чёрта с два! Гаврилов не знает на кого напал, я уже не та робкая девчонка, которая позволила обидеть себя несколько лет назад, теперь я готова идти до конца и победа точно будет за мной.
Плевать мне кто он, выведу на чистую воду и всем покажу истинное лицо этого невинного ягнёнка. Да и хорошо бы узнать кто же в итоге от моего имени послал заявку в этот кулинарный ад…
Меня зовут Регина Симонова, мне двадцать пять. Я не привыкла полагаться на папины деньги, я сама выгрызла красный диплом экономиста, а затем пришла в семейный бизнес.
Я строила карьеру на фирме отца, доказывая каждый день, что достойна своего места. Но судьба любит бить по самому больному: авария отняла у меня зрение, и весь мой мир погрузился во тьму. Чтобы я не сломалась окончательно, отец нанимает телохранителя, который становится моими глазами. Вот только этим человеком оказывается мой бывший однокурсник — тот, с кем мы когда-то дружили, и кто сейчас откровенно меня ненавидит, и наслаждается моей беспомощностью. Но если он действительно меня презирает — почему его руки так бережно ведут меня, а в голосе проскальзывает тревога?
К чему приведут наши с ним отношения: к любви или к разочарованию? А может, истина, как всегда, где-то посередине, и нам обоим придётся пересмотреть всё, во что мы верили?
Я строила карьеру на фирме отца, доказывая каждый день, что достойна своего места. Но судьба любит бить по самому больному: авария отняла у меня зрение, и весь мой мир погрузился во тьму. Чтобы я не сломалась окончательно, отец нанимает телохранителя, который становится моими глазами. Вот только этим человеком оказывается мой бывший однокурсник — тот, с кем мы когда-то дружили, и кто сейчас откровенно меня ненавидит, и наслаждается моей беспомощностью. Но если он действительно меня презирает — почему его руки так бережно ведут меня, а в голосе проскальзывает тревога?
К чему приведут наши с ним отношения: к любви или к разочарованию? А может, истина, как всегда, где-то посередине, и нам обоим придётся пересмотреть всё, во что мы верили?
Дождь хлестал по асфальту, будто пытался смыть с города всю его грязь, но город упрямо не смывался. В одном его конце, в дорогом районе с коваными оградами и камерами на каждом столбе, в особняке за высокими воротами сидел Виктор Стрельцов — человек, чьё имя в определённых кругах звучало как приговор.
А в другом конце, в светлом, почти стерильном кабинете прокуратуры, готовилась к заседанию его дочь, Лея Стрельцова.
Лея застёгивала пуговицу на строгом жакете, глядя в зеркало так, будто проверяла не наряд, а броню. В её взгляде была холодная собранность, но в пальцах, едва заметно, дрожала привычка — привычка прислушиваться к тишине, как к сигналу тревоги. Она знала: тишина в доме отца никогда не означала покоя. Она означала, что кто-то затаился.
Сегодня у неё было дело, которое могло стать поворотным: обвинение против крупной строительной компании, замешанной в отмывании денег. И Лея знала, что это дело — не просто строчка в карьере….
А в другом конце, в светлом, почти стерильном кабинете прокуратуры, готовилась к заседанию его дочь, Лея Стрельцова.
Лея застёгивала пуговицу на строгом жакете, глядя в зеркало так, будто проверяла не наряд, а броню. В её взгляде была холодная собранность, но в пальцах, едва заметно, дрожала привычка — привычка прислушиваться к тишине, как к сигналу тревоги. Она знала: тишина в доме отца никогда не означала покоя. Она означала, что кто-то затаился.
Сегодня у неё было дело, которое могло стать поворотным: обвинение против крупной строительной компании, замешанной в отмывании денег. И Лея знала, что это дело — не просто строчка в карьере….
Выберите полку для книги