Подборка книг по тегу: "новая жизнь"
Когда муж бросил меня с младенцем и оставил записку «Я больше не могу», я вернулась в родной город — просто пережить боль и начать сначала.
Но судьба столкнула меня с мужчиной, которого я когда-то любила сильнее жизни.
С тем, кто ушёл семь лет назад.
И с тем, кто теперь готов бороться за меня и моего сына так, как не смог родной отец.
Первая любовь вернулась.
Вопрос один: хватит ли мне сил поверить снова?
Но судьба столкнула меня с мужчиной, которого я когда-то любила сильнее жизни.
С тем, кто ушёл семь лет назад.
И с тем, кто теперь готов бороться за меня и моего сына так, как не смог родной отец.
Первая любовь вернулась.
Вопрос один: хватит ли мне сил поверить снова?
Анна — хозяйка небольшого клинингового агентства. Она не ищет приключений и не верит в чудеса: её задача — навести порядок там, где это нужно. Но постепенно Анна замечает: в некоторых домах происходят странные, необъяснимые вещи.
То в углу гостиной сама по себе скапливается прохлада, то на чистом стекле вдруг появляется едва заметный след, то в старом шкафу слышится тихий шорох, будто кто-то перекладывает вещи. Эти мелочи не пугают, но создают лёгкий дискомфорт — и именно с ними Анна умеет работать лучше всего.
Она не использует заговоры и не владеет магией. Её инструменты — тёплая вода, мягкая тряпка, сушёные травы и главное — внимание. Анна чувствует, где нужно чуть дольше протереть подоконник, куда поставить букет лаванды, как переставить мебель, чтобы в комнате стало легче дышать. Её работа — не изгнать «нечистое», а вернуть дому покой и уют.
То в углу гостиной сама по себе скапливается прохлада, то на чистом стекле вдруг появляется едва заметный след, то в старом шкафу слышится тихий шорох, будто кто-то перекладывает вещи. Эти мелочи не пугают, но создают лёгкий дискомфорт — и именно с ними Анна умеет работать лучше всего.
Она не использует заговоры и не владеет магией. Её инструменты — тёплая вода, мягкая тряпка, сушёные травы и главное — внимание. Анна чувствует, где нужно чуть дольше протереть подоконник, куда поставить букет лаванды, как переставить мебель, чтобы в комнате стало легче дышать. Её работа — не изгнать «нечистое», а вернуть дому покой и уют.
— А ты что хотела? — Коля смотрел на нее не как на жену, а как на неудачную покупку. — У тебя же ни сисек, ни жопы. Ухватиться даже не за что.
Слова прозвучали так буднично, что Татьяна на секунду онемела. Воздух в их спальне стал густым и липким, как сироп. Она не плакала. Она просто перестала дышать.
А через неделю записалась на консультацию к лучшему пластическому хирургу города, Даниилу Дроздову.
— Ну что, Зайцева, рассказывайте, что будем исправлять? — врач вошел в кабинет, пахнущий морозным воздухом и антисептиком. Его взгляд был профессионально-доброжелательным.
Таня, краснея до кончиков ушей, пробормотала:
— Грудь... Хочу увеличить.
Даниил сел напротив, откинул белую врачебную мантию, под которой виднелась обычная футболка.
— План по груди принимается. Но для начала давайте без этих «исправлять». Мне, как специалисту, важно понять — вы это для кого? Для бывшего, который идиот? Или для себя, любимой?
Таня сжала кулаки. «Какой наглый!» — подумала она.
Слова прозвучали так буднично, что Татьяна на секунду онемела. Воздух в их спальне стал густым и липким, как сироп. Она не плакала. Она просто перестала дышать.
А через неделю записалась на консультацию к лучшему пластическому хирургу города, Даниилу Дроздову.
— Ну что, Зайцева, рассказывайте, что будем исправлять? — врач вошел в кабинет, пахнущий морозным воздухом и антисептиком. Его взгляд был профессионально-доброжелательным.
Таня, краснея до кончиков ушей, пробормотала:
— Грудь... Хочу увеличить.
Даниил сел напротив, откинул белую врачебную мантию, под которой виднелась обычная футболка.
— План по груди принимается. Но для начала давайте без этих «исправлять». Мне, как специалисту, важно понять — вы это для кого? Для бывшего, который идиот? Или для себя, любимой?
Таня сжала кулаки. «Какой наглый!» — подумала она.
– Я не понял, ты что, вот так легко хочешь порвать со мной? – выдавил из себя пока еще муж, возмущенно приподняв брови.
И честно, я чуть не рассмеялась от подобной реакции на крах нашей семьи.
– Ты ожидал чего-то другого? Думал, что я брошу Кате вызов и отвоюю тебя в честном бою? Или упаду к твоим ногам, умоляя бросить любовницу?
– Так, успокойся уже! Ты явно не в себе и не соображаешь, какую хрень ты сейчас творишь!
Резко подскочив ко мне, Рома вырвал из моих рук второй ботинок, который я уже собиралась запустить в него, и схватил за предплечья, удерживая на месте.
– Отпусти!
– Только когда ты успокоишься и перестанешь делать глупости. И вообще, Алина, а с какой это радости ты собираешь именно мои вещи?
И честно, я чуть не рассмеялась от подобной реакции на крах нашей семьи.
– Ты ожидал чего-то другого? Думал, что я брошу Кате вызов и отвоюю тебя в честном бою? Или упаду к твоим ногам, умоляя бросить любовницу?
– Так, успокойся уже! Ты явно не в себе и не соображаешь, какую хрень ты сейчас творишь!
Резко подскочив ко мне, Рома вырвал из моих рук второй ботинок, который я уже собиралась запустить в него, и схватил за предплечья, удерживая на месте.
– Отпусти!
– Только когда ты успокоишься и перестанешь делать глупости. И вообще, Алина, а с какой это радости ты собираешь именно мои вещи?
— Ты зачем вернулась? Я же сказал — полежи у мамы.
— Чтобы застать тебя в своей спальне. С ней.
— Инга, ты больна. Тебе нельзя нервничать. Мы просто… давно так живём.
Я болела. Сердце, приступы, слабость — я думала, он рядом, чтобы поддержать. Что переживает.
А он в это время спал со своей ассистенткой. Прямо у нас дома. Прямо тогда, когда мне было хуже всего. Я вошла в комнату, держась за стену, чтобы не упасть. А он посмотрел на меня так, будто я им мешаю. И тогда я решила… больше не останусь ни одной минуты с этим человеком…
— Чтобы застать тебя в своей спальне. С ней.
— Инга, ты больна. Тебе нельзя нервничать. Мы просто… давно так живём.
Я болела. Сердце, приступы, слабость — я думала, он рядом, чтобы поддержать. Что переживает.
А он в это время спал со своей ассистенткой. Прямо у нас дома. Прямо тогда, когда мне было хуже всего. Я вошла в комнату, держась за стену, чтобы не упасть. А он посмотрел на меня так, будто я им мешаю. И тогда я решила… больше не останусь ни одной минуты с этим человеком…
Элина — обычная девушка из современного города, которая находит утешение в рукоделии: она создаёт трогательные мягкие игрушки, вкладывая в каждую частичку души. Но её размеренная жизнь рушится в один миг, когда, подобрав странную иголку из лужи, она оказывается в ином мире.
И теперь ей предстоит осознать, её дар — не просто хобби, а особая форма магии, способная изменить мир вокруг
Это история о том, как самые простые вещи и искренние чувства могут стать источником невероятного волшебства. Это сказка о поиске себя, о силе творчества и о том, что настоящий дом — там, где твоё сердце находит своё предназначение.
И теперь ей предстоит осознать, её дар — не просто хобби, а особая форма магии, способная изменить мир вокруг
Это история о том, как самые простые вещи и искренние чувства могут стать источником невероятного волшебства. Это сказка о поиске себя, о силе творчества и о том, что настоящий дом — там, где твоё сердце находит своё предназначение.
— Что ты здесь делаешь, Лера?
— Смотрю, как мой муж развлекается в нашей спальне.
— И что? Подумаешь, новость. Я давно тебе изменяю.
Он говорил спокойно. Уверенно. Будто измена — норма, а я обязана с этим смириться.
После этого вечера я не плакала — я искала, кто сможет его напугать. Проверяла адреса, спрашивала знакомых, искала отморозков, готовых “поговорить” по-мужски. Я хотела, чтобы он дрожал так же, как дрожала я. Развод — только первый шаг. Дальше — месть. Холодная, продуманная, точная.
— Смотрю, как мой муж развлекается в нашей спальне.
— И что? Подумаешь, новость. Я давно тебе изменяю.
Он говорил спокойно. Уверенно. Будто измена — норма, а я обязана с этим смириться.
После этого вечера я не плакала — я искала, кто сможет его напугать. Проверяла адреса, спрашивала знакомых, искала отморозков, готовых “поговорить” по-мужски. Я хотела, чтобы он дрожал так же, как дрожала я. Развод — только первый шаг. Дальше — месть. Холодная, продуманная, точная.
- Это не измена! С бывшей же не считается… - бросает муж нагло, застегивая рубашку. - И вообще, ты зачем пришла? Только все испортила.
- Я испортила? - у меня перехватывает дыхание от возмущения. - Ты сейчас всерьез пытаешься объяснить свою измену тем, что это… не считается?!
- С бывшей - это другое, - он смотрит на меня так, будто я нарушила какой-то его план. - Это было ради нас. Ты ничего не понимаешь...
Муж переспал с бывшей, оставив мне долги, кредиты, пустые обещания... и наглое оправдание своей измены.
Теперь мне придется научиться жить заново.
Вот только как вытащить себя из долговой ямы и не утонуть в одиночку?
- Я испортила? - у меня перехватывает дыхание от возмущения. - Ты сейчас всерьез пытаешься объяснить свою измену тем, что это… не считается?!
- С бывшей - это другое, - он смотрит на меня так, будто я нарушила какой-то его план. - Это было ради нас. Ты ничего не понимаешь...
Муж переспал с бывшей, оставив мне долги, кредиты, пустые обещания... и наглое оправдание своей измены.
Теперь мне придется научиться жить заново.
Вот только как вытащить себя из долговой ямы и не утонуть в одиночку?
— Марина, ты войдёшь и будешь молчать. Я — мэр этого города. Мне можно всё.
— Даже любовницу в моей спальне?
— Не перегибай. Ты — моя жена. Сиди красиво и не мешай.
Он ошибся. Сильно.
В тот момент, когда он сказал мне «молчи», я решила одно: если он не пожалел меня — значит, почувствует боль сам. А когда я заговорила вслух, он сразу сбросил маску мэра: угрозы, шантаж, давление, попытки дожать меня до пола.
Но было поздно. Я уже поднялась — и меня не остановить.
— Даже любовницу в моей спальне?
— Не перегибай. Ты — моя жена. Сиди красиво и не мешай.
Он ошибся. Сильно.
В тот момент, когда он сказал мне «молчи», я решила одно: если он не пожалел меня — значит, почувствует боль сам. А когда я заговорила вслух, он сразу сбросил маску мэра: угрозы, шантаж, давление, попытки дожать меня до пола.
Но было поздно. Я уже поднялась — и меня не остановить.
Он – дух, олицетворение мороза и холода, а она хрупкая смертная. Их миры пересекаются лишь на один единственный день в году – в Рождество. И чтобы быть рядом с той, что стала светом в его вечной зиме, Ледяной Джек должен разорвать оковы своей природы.
Выберите полку для книги