Книги по тегу «общий ребенок»: ""
– Ясенька! – Варя подбежала к нам.
– Мама! – воскликнула Яся и потянулась к матери.
– Иди ко мне, солнышко мое, – Варя протянула руки и перехватила малышку.
Девочка прильнула к матери, а у меня внутри все перевернулось. Как же они похожи. Не зря в дочери я сразу узнал ее мать. Просто копия.
– Я не солнышко, я Ясноглазка! – девочка четко выговорила свое новое прозвище. Умница какая.
– Ничего себе, раньше меня так называли, – Варя дала понять, что ничего не забыла.
– Здравствуй, Варя. Нам надо поговорить, пройдем в мой кабинет.
Неожиданная травма моей дочери привела ее не просто к доктору, а к родному отцу. Бывший не забыл меня, и только он сможет мне помочь.
– Мама! – воскликнула Яся и потянулась к матери.
– Иди ко мне, солнышко мое, – Варя протянула руки и перехватила малышку.
Девочка прильнула к матери, а у меня внутри все перевернулось. Как же они похожи. Не зря в дочери я сразу узнал ее мать. Просто копия.
– Я не солнышко, я Ясноглазка! – девочка четко выговорила свое новое прозвище. Умница какая.
– Ничего себе, раньше меня так называли, – Варя дала понять, что ничего не забыла.
– Здравствуй, Варя. Нам надо поговорить, пройдем в мой кабинет.
Неожиданная травма моей дочери привела ее не просто к доктору, а к родному отцу. Бывший не забыл меня, и только он сможет мне помочь.
– Ты беременна, – не спрашивает, а утверждает мой бывший муж, глядя на мой объемный живот, который я прикрываю рукой, отчаянно желая защитить свою малышку…
– А у тебя, смотрю, новые отношения. Где же старая возлюбленная?
Бросаю взгляд на вульгарную спутницу моего бывшего мужа, которая смотрит на меня со всем своим высокомерием.
– Вообще-то, между мной и Львом все серьезно! – парирует девица.
Где-то внутри меня зарождаются слезы, но я их душу, а сама произношу с иронией:
– Ну раз все серьезно, поздравляю, а мне пора!
Разворачиваюсь и лечу вперед, выбегаю на улицу, где вовсю метель, и чувствую, как сердце выпрыгивает из груди, только я и шага ступить не успеваю, когда сильная рука ложится мне на плечо и меня разворачивают резко.
Сталкиваюсь взглядом с пронзительными голубыми глазами моего бывшего мужа, который цедит зло:
– Какой у тебя срок, Агата?! Это мой ребенок?!
Муж предал. Изменил. А я… я ушла, храня под сердцем тайну, о которой предатель никогда не должен был узнать...
– А у тебя, смотрю, новые отношения. Где же старая возлюбленная?
Бросаю взгляд на вульгарную спутницу моего бывшего мужа, которая смотрит на меня со всем своим высокомерием.
– Вообще-то, между мной и Львом все серьезно! – парирует девица.
Где-то внутри меня зарождаются слезы, но я их душу, а сама произношу с иронией:
– Ну раз все серьезно, поздравляю, а мне пора!
Разворачиваюсь и лечу вперед, выбегаю на улицу, где вовсю метель, и чувствую, как сердце выпрыгивает из груди, только я и шага ступить не успеваю, когда сильная рука ложится мне на плечо и меня разворачивают резко.
Сталкиваюсь взглядом с пронзительными голубыми глазами моего бывшего мужа, который цедит зло:
– Какой у тебя срок, Агата?! Это мой ребенок?!
Муж предал. Изменил. А я… я ушла, храня под сердцем тайну, о которой предатель никогда не должен был узнать...
— Что ты сделал?!
Вроде бы меня взглядом убить пытаются, а я кайф от этого ловлю.
— Всего лишь поженил нас.
Прохожу мимо застывшей Вари, захожу в её дом. Останавливаюсь и, словно вспомнив между делом, добавляю:
— Ах да, у Лизы в свидетельстве о рождении в графе «отец» больше не прочерк, а моё имя.
Оглядываюсь по сторонам.
— Так какую комнату мне можно занять?
***
Восемь лет назад я совершил фатальную ошибку: позволил ей сбежать. Судьба нас снова столкнула, и в этот раз я не собираюсь повторять своих ошибок. Варя может рвать и метать, но спать я сегодня буду в её доме. И завтра — тоже.
Вроде бы меня взглядом убить пытаются, а я кайф от этого ловлю.
— Всего лишь поженил нас.
Прохожу мимо застывшей Вари, захожу в её дом. Останавливаюсь и, словно вспомнив между делом, добавляю:
— Ах да, у Лизы в свидетельстве о рождении в графе «отец» больше не прочерк, а моё имя.
Оглядываюсь по сторонам.
— Так какую комнату мне можно занять?
***
Восемь лет назад я совершил фатальную ошибку: позволил ей сбежать. Судьба нас снова столкнула, и в этот раз я не собираюсь повторять своих ошибок. Варя может рвать и метать, но спать я сегодня буду в её доме. И завтра — тоже.
— Да, я сплю с ней. Изменяю… — пожав плечами, сказал муж после годовщины брака.
— Как? — я едва сдерживала подступившие слезы.
— Да просто. Она молода, дерзка. С ней я себя на тридцать чувствую. Тебя я слишком уважаю, чтобы развестись. Так что не думай даже. А любовница… Погреет мою постель пару месяцев или лет… — усмехнулся муж, цепляя меня недовольным взглядом.
Двадцать пять лет брака полетели коту под хвост. Но измену терпеть я не стала, и подала на развод.
Прошел год.
Я жила свою жизнь. С отцом общалась только дочь, сын же даже знать его не хотел.
С бывшим мы встретились на шестнадцатилетие дочери.
— Ольга, у нас с тобой такие чудесные дети получаются, что нам не стоит останавливаться на двоих. Бог любит троицу, — оскалившись, при всех гостях, выдал бывший муж и хлопнул меня пониже поясницы.
— Как? — я едва сдерживала подступившие слезы.
— Да просто. Она молода, дерзка. С ней я себя на тридцать чувствую. Тебя я слишком уважаю, чтобы развестись. Так что не думай даже. А любовница… Погреет мою постель пару месяцев или лет… — усмехнулся муж, цепляя меня недовольным взглядом.
Двадцать пять лет брака полетели коту под хвост. Но измену терпеть я не стала, и подала на развод.
Прошел год.
Я жила свою жизнь. С отцом общалась только дочь, сын же даже знать его не хотел.
С бывшим мы встретились на шестнадцатилетие дочери.
— Ольга, у нас с тобой такие чудесные дети получаются, что нам не стоит останавливаться на двоих. Бог любит троицу, — оскалившись, при всех гостях, выдал бывший муж и хлопнул меня пониже поясницы.
Три года назад мне принесли похоронку.
«Лейтенант Антропов Дмитрий Сергеевич погиб при исполнении воинского долга...»
Я не видела Диму мёртвым.
Игорь приходил. Каждый день.Он был другом Димы – боевым товарищем.
– Он просил меня о тебе позаботиться, – сказал Игорь однажды, если что-то случится.
Я не знаю, когда жалость переросла в привязанность. Мы поженились, потом родился Илья…
***
Я останавливаюсь у скамейки. Поправляю одеяло в коляске. Поднимаю взгляд – и замираю.
На соседней скамейке, метрах в пяти от меня, сидит Дима…. Мой Дима!
«Лейтенант Антропов Дмитрий Сергеевич погиб при исполнении воинского долга...»
Я не видела Диму мёртвым.
Игорь приходил. Каждый день.Он был другом Димы – боевым товарищем.
– Он просил меня о тебе позаботиться, – сказал Игорь однажды, если что-то случится.
Я не знаю, когда жалость переросла в привязанность. Мы поженились, потом родился Илья…
***
Я останавливаюсь у скамейки. Поправляю одеяло в коляске. Поднимаю взгляд – и замираю.
На соседней скамейке, метрах в пяти от меня, сидит Дима…. Мой Дима!
— Я усыновила детей твоей любовницы?
— Наших с Соней, — поправил муж.
— Соня… Моя лучшая подруга?
— Ты хотела стать матерью. Теперь ты мать. Что не так?
— А кем я была для тебя?
— Хорошей, тёплой нянькой.
— Ты специально дал мне их полюбить?
— Не начинай, Лина. Не нравится — уходи. Только дети останутся со мной.
— Ты решил, что ради них я проглочу твою измену?
— А разве нет?
— Одного ты не учёл, Макс. Я уже стала их мамой. И уходить из этой семьи придётся не мне...
— Наших с Соней, — поправил муж.
— Соня… Моя лучшая подруга?
— Ты хотела стать матерью. Теперь ты мать. Что не так?
— А кем я была для тебя?
— Хорошей, тёплой нянькой.
— Ты специально дал мне их полюбить?
— Не начинай, Лина. Не нравится — уходи. Только дети останутся со мной.
— Ты решил, что ради них я проглочу твою измену?
— А разве нет?
— Одного ты не учёл, Макс. Я уже стала их мамой. И уходить из этой семьи придётся не мне...
Я иду на кастинг, чтобы отобрать новое лицо для нашего узнаваемого молочного шоколада.
Но встречаю бывшую жену.
– Сейчас подождем ещё двух мам и начнем, - выдерживаю паузу, когда вижу ее на фоне белого полотна для фотосессии.
Я отобрал трёх маленьких девочек по фото среди сотен заявок от работников нашей фабрики. Все три “Аленки” стоят в белых сарафанах и алых платочках в горошек.
– Других мам не будет. Это все мои дочки, - произносит тихо, когда к ней прижимаются девочки.
– Сразу три? - вырывается у меня вопрос сам собой, а потом я задумываюсь. - Когда они появились на свет?
При покупке шоколадной фабрики, я думал, что самое простое это выбрать милое детское лицо, которое будет на обертке конфет. Но как сделать выбор, если все три претендентки дочки моей бывшей.
Они же могут быть моими детьми?
Но встречаю бывшую жену.
– Сейчас подождем ещё двух мам и начнем, - выдерживаю паузу, когда вижу ее на фоне белого полотна для фотосессии.
Я отобрал трёх маленьких девочек по фото среди сотен заявок от работников нашей фабрики. Все три “Аленки” стоят в белых сарафанах и алых платочках в горошек.
– Других мам не будет. Это все мои дочки, - произносит тихо, когда к ней прижимаются девочки.
– Сразу три? - вырывается у меня вопрос сам собой, а потом я задумываюсь. - Когда они появились на свет?
При покупке шоколадной фабрики, я думал, что самое простое это выбрать милое детское лицо, которое будет на обертке конфет. Но как сделать выбор, если все три претендентки дочки моей бывшей.
Они же могут быть моими детьми?
— Мам...
Арман стоит у панорамного окна, прижав ладошки к стеклу, и смотрит вниз, на людей.
— Да, солнышко?
— А у всех детей есть папы?
Замираю с чашкой в руках, боясь пошевелиться.
— Почему ты спрашиваешь?
— Просто... у Марка есть папа. У Тимура тоже. И у Саши! Они за ними в садик приходят... — сын поворачивается ко мне. — А мой папа где?
Мужчина, которого я любила больше жизни, однажды посмотрел мне в глаза и сказал, что никогда меня не любил. И исчез.
Он так и не узнал, что в тот день ушел не только от меня, но и от собственного сына.
А спустя годы возвращается снова, снося все, что я строила годами. Да только ему больше нет места в нашей жизни.
Арман стоит у панорамного окна, прижав ладошки к стеклу, и смотрит вниз, на людей.
— Да, солнышко?
— А у всех детей есть папы?
Замираю с чашкой в руках, боясь пошевелиться.
— Почему ты спрашиваешь?
— Просто... у Марка есть папа. У Тимура тоже. И у Саши! Они за ними в садик приходят... — сын поворачивается ко мне. — А мой папа где?
Мужчина, которого я любила больше жизни, однажды посмотрел мне в глаза и сказал, что никогда меня не любил. И исчез.
Он так и не узнал, что в тот день ушел не только от меня, но и от собственного сына.
А спустя годы возвращается снова, снося все, что я строила годами. Да только ему больше нет места в нашей жизни.
Арина?!
Нет, этого не может быть! Я просто вспоминал её, вот моё воображение и рисует картины маслом. Это просто похожая девушка.
Ее спутника со своего места я видел хорошо. Представительный такой, не молодой, видно, что состоятельный. Вот девушка опять повернулась в мою сторону. Она удивительно похожа на Арину, только совершенно другие манеры, жесты.
И тут девушка встала. Сейчас она пройдёт почти рядом со мной. Стройная, в красивом облегающем красном платье, на шее ожерелье и… Маленькая родинка на плече.
Это Арина! Она шла, как королева. Как снежная королева! Красивая и недоступная. У меня в душе всё перевернулось! Я смотрел ей вслед и понимал, почему я никак не могу найти себе девушку, почему у меня до сих пор нет серьёзных отношений. Видимо, где-то внутри, я сравнивал их всех с ней. С той моей самой первой и до сих пор единственной любовью в жизни.
Нет, этого не может быть! Я просто вспоминал её, вот моё воображение и рисует картины маслом. Это просто похожая девушка.
Ее спутника со своего места я видел хорошо. Представительный такой, не молодой, видно, что состоятельный. Вот девушка опять повернулась в мою сторону. Она удивительно похожа на Арину, только совершенно другие манеры, жесты.
И тут девушка встала. Сейчас она пройдёт почти рядом со мной. Стройная, в красивом облегающем красном платье, на шее ожерелье и… Маленькая родинка на плече.
Это Арина! Она шла, как королева. Как снежная королева! Красивая и недоступная. У меня в душе всё перевернулось! Я смотрел ей вслед и понимал, почему я никак не могу найти себе девушку, почему у меня до сих пор нет серьёзных отношений. Видимо, где-то внутри, я сравнивал их всех с ней. С той моей самой первой и до сих пор единственной любовью в жизни.
🧡🤍🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡🤍🧡
— Ты хоть представляешь, как я тебя искал?
— Представляю. Именно поэтому и уехала так далеко.
Семь лет назад я любила Дениса Багрицкого больше жизни.
А потом застала его с другой за три недели до нашей свадьбы.
Я сняла кольцо. Исчезла. И не сказала ему, что ношу под сердцем его ребёнка.
Теперь мой бывший снова стоит напротив меня.
Злой. Властный. Всё ещё уверенный, что это я предала его.
— На этот раз ты никуда не сбежишь. Я прослежу.
Не сбегу.
Я переживу эту свадьбу. Переживу его ненависть. Переживу даже то, как сердце сходит с ума от одного его прикосновения.
Только бы Денис не понял, почему моя шестилетняя дочь так сильно на него похожа.
Но он понимает.
И когда поднимает на меня глаза, я вижу: семь лет назад я разбила сердце Багрицкому.
А сейчас он собирается разбить мою жизнь.
— Ты хоть представляешь, как я тебя искал?
— Представляю. Именно поэтому и уехала так далеко.
Семь лет назад я любила Дениса Багрицкого больше жизни.
А потом застала его с другой за три недели до нашей свадьбы.
Я сняла кольцо. Исчезла. И не сказала ему, что ношу под сердцем его ребёнка.
Теперь мой бывший снова стоит напротив меня.
Злой. Властный. Всё ещё уверенный, что это я предала его.
— На этот раз ты никуда не сбежишь. Я прослежу.
Не сбегу.
Я переживу эту свадьбу. Переживу его ненависть. Переживу даже то, как сердце сходит с ума от одного его прикосновения.
Только бы Денис не понял, почему моя шестилетняя дочь так сильно на него похожа.
Но он понимает.
И когда поднимает на меня глаза, я вижу: семь лет назад я разбила сердце Багрицкому.
А сейчас он собирается разбить мою жизнь.
Выберите полку для книги