Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
— Не трогай меня! Никогда! — цежу сквозь зубы, тыкая в него пальцем.
Он смотрит на меня, дерзко ухмыляется и… обхватывает мой палец губами.
— Ты маньяк?! — выдыхаю.
— Может быть. С тех пор, как тебя увидел, у меня проснулись маниакальные наклонности.
— Не приближайся ко мне, иначе...
— Иначе что, Снежинка? — он делает шаг вперёд.
Я пятюсь и упираюсь в подоконник.
— Я на тебя заявление напишу.
— Это даже интересно. — он усаживает меня на край, вжимается между ног.
— Ты…ты...
— Не волнуйся. Девушки часто теряют дар речи при мне.
Она выворачивает его наизнанку.
Он рушит её границы.
Она не хочет чувств.
Он не верит в любовь.
Но между ними — не просто искры.
Между ними — пожар.
Он смотрит на меня, дерзко ухмыляется и… обхватывает мой палец губами.
— Ты маньяк?! — выдыхаю.
— Может быть. С тех пор, как тебя увидел, у меня проснулись маниакальные наклонности.
— Не приближайся ко мне, иначе...
— Иначе что, Снежинка? — он делает шаг вперёд.
Я пятюсь и упираюсь в подоконник.
— Я на тебя заявление напишу.
— Это даже интересно. — он усаживает меня на край, вжимается между ног.
— Ты…ты...
— Не волнуйся. Девушки часто теряют дар речи при мне.
Она выворачивает его наизнанку.
Он рушит её границы.
Она не хочет чувств.
Он не верит в любовь.
Но между ними — не просто искры.
Между ними — пожар.
Она: Мажор поспорил на меня, поставив на кон свою крутую тачку. Я узнала про спор, и могла бы помочь ему "проиграть". Но у меня свой интерес, я поверну пари в свою сторону. Ну ты попал, мажор!
Он: Я проиграл спор уже на стадии его заключения. Но это моя тайна. Теона Син, сладкая добыча, которая еще не знает, что угодила в капкан. Она будет моей!
Он: Я проиграл спор уже на стадии его заключения. Но это моя тайна. Теона Син, сладкая добыча, которая еще не знает, что угодила в капкан. Она будет моей!
Я избегаю таких, как она. Обычная девчонка из бедной семьи. Настолько обычная, насколько и дикая, безбашенная, она сметает все на своём пути, словно ураган. Я дал себе слово никогда ни в кого не влюбляться. Но каждый раз, когда я вижу мелкую, залипаю на ней так, что не могу оторваться...
♥️ХЭ
♥️однотомник
♥️любовьвопреки
♥️противоположности
♥️разныехарактеры
♥️ХЭ
♥️однотомник
♥️любовьвопреки
♥️противоположности
♥️разныехарактеры
- Пошевеливайся, - чеканит холодный голос. - У меня времени нет с тобой возиться.
«Возиться». Вот так этот жестокий человек называет то, что хочет сделать со мной… Я снимаю блузку и роняю ее на пол. Смотрю в лицо своему мучителю - и не вижу ни жалости, ни сомнения. Легкая издевка на губах, ирония в светлых глазах. Наверное, таких, как я, тут побывало немало…
- Так. Будешь тянуть — сам с тебя всё посдираю к чертовой матери, - рычит он. - Быстрее! - А сам снимает через голову рубашку.
Он похитил меня. Он безжалостен. Он не привык слышать "нет". Его зовут Яр, и это всё, что я узнаЮ о нем в тот день, когда моя жизнь изменяется навсегда...
«Возиться». Вот так этот жестокий человек называет то, что хочет сделать со мной… Я снимаю блузку и роняю ее на пол. Смотрю в лицо своему мучителю - и не вижу ни жалости, ни сомнения. Легкая издевка на губах, ирония в светлых глазах. Наверное, таких, как я, тут побывало немало…
- Так. Будешь тянуть — сам с тебя всё посдираю к чертовой матери, - рычит он. - Быстрее! - А сам снимает через голову рубашку.
Он похитил меня. Он безжалостен. Он не привык слышать "нет". Его зовут Яр, и это всё, что я узнаЮ о нем в тот день, когда моя жизнь изменяется навсегда...
- Серьезно?
И показательно подцепляю средним пальцем ажурный лоскут, что обнаруживаю под подушкой.
- Это не мое.
- Да ладно? А ты попробуй! Вдруг подойдут!
Растягиваю стрейчевый клочок непотребства и стреляю им в сводного.
Эх, жаль, ловит.
- Пойду узнаю. Может это моя кошка, или псина потеряли, - продолжает издеваться.
- Ха-ха-ха, - морщусь, поспешно вытирая о штанины джинсов свои ладони.
В них только что побывало чье-то нижнее белье. Фу! Гадость какая!
Ну нет! Я здесь не останусь.
- Эй! А теперь куда собралась? - летит уже в спину по моему поспешному выходу из квартиры.
За кофе, гранатометом и печенькой! Куда же еще?
Она: Когда-то я сбежала от него. Но жизнь снова нас столкнула. И повод нашла не самый приятный. Теперь у меня большие неприятности! Единственный, кто может с ними помочь - мой мажористый сводный братец. Но что он попросит взамен?
И показательно подцепляю средним пальцем ажурный лоскут, что обнаруживаю под подушкой.
- Это не мое.
- Да ладно? А ты попробуй! Вдруг подойдут!
Растягиваю стрейчевый клочок непотребства и стреляю им в сводного.
Эх, жаль, ловит.
- Пойду узнаю. Может это моя кошка, или псина потеряли, - продолжает издеваться.
- Ха-ха-ха, - морщусь, поспешно вытирая о штанины джинсов свои ладони.
В них только что побывало чье-то нижнее белье. Фу! Гадость какая!
Ну нет! Я здесь не останусь.
- Эй! А теперь куда собралась? - летит уже в спину по моему поспешному выходу из квартиры.
За кофе, гранатометом и печенькой! Куда же еще?
Она: Когда-то я сбежала от него. Но жизнь снова нас столкнула. И повод нашла не самый приятный. Теперь у меня большие неприятности! Единственный, кто может с ними помочь - мой мажористый сводный братец. Но что он попросит взамен?
Прошло десять лет, с тех пор, как она была зашуганной, жёстко загноблённой и бесправной студенткой. Вообще, если взять все вводные, для Лили, с тех пор, прошла целая и, перенасыщенная событиями, жизнь!
Но стоило столкнуться с жуткой перспективой снова погрузиться в общество этого морального урода, все страхи, все фобии, все ужасы снова всколыхнулись!
И теперь ей гораздо сложнее! Во-первых, не хотелось бы потерять столь вожделенную работу, во-вторых, на горизонте маячит, воспитавший такого отборного подонка, папа, а в-третьих, Лиля теперь не очень свободна! У неё есть сын, о котором надо заботиться, и которого должна опекать сильная и самодостаточная мама!
А она - одна!!! Беззащитна и совершенно одна!..
Но стоило столкнуться с жуткой перспективой снова погрузиться в общество этого морального урода, все страхи, все фобии, все ужасы снова всколыхнулись!
И теперь ей гораздо сложнее! Во-первых, не хотелось бы потерять столь вожделенную работу, во-вторых, на горизонте маячит, воспитавший такого отборного подонка, папа, а в-третьих, Лиля теперь не очень свободна! У неё есть сын, о котором надо заботиться, и которого должна опекать сильная и самодостаточная мама!
А она - одна!!! Беззащитна и совершенно одна!..
Порой всё не то, чем кажется...
«Я не могу тебя отпустить, Рит. Только не так. Нам нужно поговорить».
Я сразу удалила эту смс. Как и двадцать два предыдущих.
А ведь всё начиналось так радужно. Ильдар Гумеров, красавец, глава семейного бизнеса, увлечённый филантроп, бездетный вдовец, богатый, умный, воспитанный... патологический собственник с замашками психопата. Когда я решила, что с меня хватит, Ильдар этого не принял.
Я сбежала. Чтобы осесть на ферме под Краснодаром и под другим именем устроится на работу к её владельцу — молодому суровому молчуну, который явно тоже что-то скрывает.
Сбежавшая от тирана и затворник, спасающийся от прошлого. Он спас её. Она вернёт ему веру в любовь. Что будет, когда прошлое настигнет их обоих?
«Я не могу тебя отпустить, Рит. Только не так. Нам нужно поговорить».
Я сразу удалила эту смс. Как и двадцать два предыдущих.
А ведь всё начиналось так радужно. Ильдар Гумеров, красавец, глава семейного бизнеса, увлечённый филантроп, бездетный вдовец, богатый, умный, воспитанный... патологический собственник с замашками психопата. Когда я решила, что с меня хватит, Ильдар этого не принял.
Я сбежала. Чтобы осесть на ферме под Краснодаром и под другим именем устроится на работу к её владельцу — молодому суровому молчуну, который явно тоже что-то скрывает.
Сбежавшая от тирана и затворник, спасающийся от прошлого. Он спас её. Она вернёт ему веру в любовь. Что будет, когда прошлое настигнет их обоих?
Саша сбежала от очередного сватовства и приехала к тете в самый солнечный город - Астрахань. Она рассчитывала на легкий отпуск, но попала в отделение полиции! Там она встретила грозного капитана Климова. Степан решил проучить злостную нарушительницу порядка, но Александру так просто не запугать. Что из этого получится?
— Ты что мне со штанами натворила, вредительница! Как я такое надену? — кричал капитан, размахивая у её носа штанами расшитыми звездами.
— Ну красиво же? — издевалась Саша.
— Как я буду в этом ходить по управлению? Мы же не в детском саду, сидим в песочнице!
– Ой, да ладно тебе, генерал хмурость! – парировала хулиганка, закинув ногу на стол и кокетливо поправляя выбившийся локон. – Немного милоты никому не помешает.
— Да ты издеваешься!
Степан с трудом сдержал рвущийся наружу крик.
— Разве? Ты сказал, я выполнила.
— Ты что мне со штанами натворила, вредительница! Как я такое надену? — кричал капитан, размахивая у её носа штанами расшитыми звездами.
— Ну красиво же? — издевалась Саша.
— Как я буду в этом ходить по управлению? Мы же не в детском саду, сидим в песочнице!
– Ой, да ладно тебе, генерал хмурость! – парировала хулиганка, закинув ногу на стол и кокетливо поправляя выбившийся локон. – Немного милоты никому не помешает.
— Да ты издеваешься!
Степан с трудом сдержал рвущийся наружу крик.
— Разве? Ты сказал, я выполнила.
*** тебе, Лизавета! - прилетает мне в спину ругательство.
А мне даже не обидно. Мне - некогда. Потому что Морозов - здоровый, до предела разозленный мною мужик.
И я как раз в этот момент перескакиваю через шезлонг.
В банном халате... В жару... В такую - хорошую, турецкую жару.
- Стой! - несется мне вслед.
- Ага! Нашел дуру! - огрызаюсь я.
- Ко-о-о- оти-и-и-ик! - раздается передо мной изумленный возглас.
Я едва не врезаюсь в брюнетку в белом, но делаю маневр и проскакиваю между нею и её спутником. Солидным мужчиной сильно за пятьдесят.
- Это что?! - спрашивает он, пристально разглядывая Морозова.
Посмотреть там есть на что... Я старалась. На лбу у Морозова красуется мишень, нарисованная зеленкой, а его каштановые раньше волосы завязаны в мелкие хвостики, выкрашенные всеми цветами радуги...
- Тимофей Дмитриевич, пожалуй, о вашей свадьбе с Викой рано говорить... - следующая фраза мужчины повергает меня в шок.
Свадьбе? С Викой? А я?!
- Он - не котик! Он - кобель! - заявляю я
А мне даже не обидно. Мне - некогда. Потому что Морозов - здоровый, до предела разозленный мною мужик.
И я как раз в этот момент перескакиваю через шезлонг.
В банном халате... В жару... В такую - хорошую, турецкую жару.
- Стой! - несется мне вслед.
- Ага! Нашел дуру! - огрызаюсь я.
- Ко-о-о- оти-и-и-ик! - раздается передо мной изумленный возглас.
Я едва не врезаюсь в брюнетку в белом, но делаю маневр и проскакиваю между нею и её спутником. Солидным мужчиной сильно за пятьдесят.
- Это что?! - спрашивает он, пристально разглядывая Морозова.
Посмотреть там есть на что... Я старалась. На лбу у Морозова красуется мишень, нарисованная зеленкой, а его каштановые раньше волосы завязаны в мелкие хвостики, выкрашенные всеми цветами радуги...
- Тимофей Дмитриевич, пожалуй, о вашей свадьбе с Викой рано говорить... - следующая фраза мужчины повергает меня в шок.
Свадьбе? С Викой? А я?!
- Он - не котик! Он - кобель! - заявляю я
— Значит, ты всё-таки разбогател, — говорю, складывая руки на груди, с холодной усмешкой.
Он только криво улыбается. Уверенно. Самодовольно. Как будто всё это — награда за то, что избавился от «балласта».
— Успех мужчины — заслуга женщины, которая рядом, — раздаётся чуть приторный голос у меня за спиной.
Я оборачиваюсь, ну конечно, его невеста тут как тут, и цитирует мою бывшую свекровь.
— Что, теперь кусаешь локти? — влезает он, склоняясь ближе, почти шепчет, но с той самой мерзкой насмешкой, что раньше выводила меня из себя. — Не думала, что без тебя я поднимусь, да? А вот поднялся. Пока ты — всё там же.
Сердце стучит, как у загнанной, но я не дам им этого увидеть. Поднимаю подбородок, в глазах — лёд.
— Знаешь, я не жалею, что мы разошлись, — говорю медленно, внятно. — Я жалею, что когда-то поверила, будто ты вообще был мне ровней.
Молчание. Его улыбка гаснет на секунду. Я поворачиваюсь и ухожу, не оглядываясь. Не потому что легко — а потому что больно, очень больно.
Он только криво улыбается. Уверенно. Самодовольно. Как будто всё это — награда за то, что избавился от «балласта».
— Успех мужчины — заслуга женщины, которая рядом, — раздаётся чуть приторный голос у меня за спиной.
Я оборачиваюсь, ну конечно, его невеста тут как тут, и цитирует мою бывшую свекровь.
— Что, теперь кусаешь локти? — влезает он, склоняясь ближе, почти шепчет, но с той самой мерзкой насмешкой, что раньше выводила меня из себя. — Не думала, что без тебя я поднимусь, да? А вот поднялся. Пока ты — всё там же.
Сердце стучит, как у загнанной, но я не дам им этого увидеть. Поднимаю подбородок, в глазах — лёд.
— Знаешь, я не жалею, что мы разошлись, — говорю медленно, внятно. — Я жалею, что когда-то поверила, будто ты вообще был мне ровней.
Молчание. Его улыбка гаснет на секунду. Я поворачиваюсь и ухожу, не оглядываясь. Не потому что легко — а потому что больно, очень больно.
Выберите полку для книги