Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
– Это же Машенька, ты наверняка её знаешь! – говорит соседка.
Наглец с пятого этажа оглядывает меня с ног до головы.
– Да, я видел её раньше, только не узнал сейчас, потому что на ней одежда.
– Ч-ч-что?! – шиплю рассерженной гадюкой.
Весь из себя успешный и распрекрасный, сосед избалован женским вниманием. Не зря я дала ему прозвище «Данила-соблазнила».
Однако я не имею к нему никакого отношения. Ни к нему, ни к его внезапно появившемуся маленькому сыну.
Наглец с пятого этажа оглядывает меня с ног до головы.
– Да, я видел её раньше, только не узнал сейчас, потому что на ней одежда.
– Ч-ч-что?! – шиплю рассерженной гадюкой.
Весь из себя успешный и распрекрасный, сосед избалован женским вниманием. Не зря я дала ему прозвище «Данила-соблазнила».
Однако я не имею к нему никакого отношения. Ни к нему, ни к его внезапно появившемуся маленькому сыну.
Диана Астахова — «золотая» девочка, дочь криминального олигарха. Она считает, что все вокруг создано для нее, скрывая внутренний надлом за беспорядочными связями и маской холодной стервы. Она ненавидит всех, кто хотя бы мало-мальски похож на отца.
Андрей Шмелёв — СЕО крупной компании. Он считает, что миром правит цинизм, а все вокруг созданы для того, чтобы это доказывать. О своем одиночестве Андрей предпочитает не задумываться и ненавидит таких, как Диана.
Что будет, если эти двое однажды встретятся?
Катастрофа. Противостояние не на жизнь, а на смерть. И чувство, которое либо уничтожит обоих, либо…
Андрей Шмелёв — СЕО крупной компании. Он считает, что миром правит цинизм, а все вокруг созданы для того, чтобы это доказывать. О своем одиночестве Андрей предпочитает не задумываться и ненавидит таких, как Диана.
Что будет, если эти двое однажды встретятся?
Катастрофа. Противостояние не на жизнь, а на смерть. И чувство, которое либо уничтожит обоих, либо…
Как узнать, что ты невезучая? Очень просто. В канун 8 марта я устроилась на работу в офис, на меня возложили слишком много обязанностей. Кто-то перепутал заказ, а мне разгребать? Серьезно? А вишенкой на торте стало то, что мне пришлось стать няней капризного ребенка своего босса.
Он: Я не доверяю женщинам и никогда не позволю себе влюбиться. Но всё меняется, когда в мой кабинет, а затем и в сердце врывается рыжая чертовка, перевернувшая мой мир.
Она: В суровом мире мужчин я научилась выживать и приспосабливаться. В конце концов, все эти самодовольные самцы поддаются дрессировке и едят с ладони, виляя хвостиком. И для этого вовсе не обязательно с ними спать, как думают многие девчонки. Но мой новый босс — крепкий орешек, который я обязана расколоть и получить от него нужную информацию. Ведь от этого зависит жизнь младшего брата. Так что, босс, я разобью твоё сердце! И своё тоже...
Она: В суровом мире мужчин я научилась выживать и приспосабливаться. В конце концов, все эти самодовольные самцы поддаются дрессировке и едят с ладони, виляя хвостиком. И для этого вовсе не обязательно с ними спать, как думают многие девчонки. Но мой новый босс — крепкий орешек, который я обязана расколоть и получить от него нужную информацию. Ведь от этого зависит жизнь младшего брата. Так что, босс, я разобью твоё сердце! И своё тоже...
Муж умер, оставив кошмарное завещание: вдова обязана выйти снова замуж ровно за месяц, либо остаться без средств к существованию.
Что ж, охота на жениха начинается! Вот только что делать, если племянник мужа бракует всех кандидатов, а мое сердце замирает, как только встречаюсь с ним взглядом?!
Что ж, охота на жениха начинается! Вот только что делать, если племянник мужа бракует всех кандидатов, а мое сердце замирает, как только встречаюсь с ним взглядом?!
- Алекс, тебе лучше уйти!
- Мне лучше, чтобы ты помолчала, - хрипит он, дернув за плечо так, что я буквально впечатываюсь в его мощное тело. - Иначе я за себя не ручаюсь. Поняла?
Вижу, что взгляд Алекса снова становится янтарным. Опасным. Диким. Как у зверя.
- Я не стану… - пытаюсь освободиться из мужских рук, но все бесполезно.
- Станешь, - обрывает меня он, жадно вдыхая мой запах. - Ты моя, Мари. У меня на это все права. Ты - моя добыча.
После предательства жениха я ушла с головой в работу. Но одна случайная встреча с Алексом Коганом переворачивает мою жизнь. Он цинично преследует меня и не понимает слово “нет”. А еще он - оборотень, у которого есть опасный секрет. И когда я его узнаю, ловушка захлопывается.
Вот только и у меня есть тайна, о которой никто не должен узнать. Особенно Алекс.
- Мне лучше, чтобы ты помолчала, - хрипит он, дернув за плечо так, что я буквально впечатываюсь в его мощное тело. - Иначе я за себя не ручаюсь. Поняла?
Вижу, что взгляд Алекса снова становится янтарным. Опасным. Диким. Как у зверя.
- Я не стану… - пытаюсь освободиться из мужских рук, но все бесполезно.
- Станешь, - обрывает меня он, жадно вдыхая мой запах. - Ты моя, Мари. У меня на это все права. Ты - моя добыча.
После предательства жениха я ушла с головой в работу. Но одна случайная встреча с Алексом Коганом переворачивает мою жизнь. Он цинично преследует меня и не понимает слово “нет”. А еще он - оборотень, у которого есть опасный секрет. И когда я его узнаю, ловушка захлопывается.
Вот только и у меня есть тайна, о которой никто не должен узнать. Особенно Алекс.
— Ты такая простая, Вика. Теперь я буду твоим сводным братцем и не дам тебе спокойной жизни! — его хищная улыбка и своенравный взгляд, который охотно рассматривает меня с ног до головы, учащает мой пульс.
— Значит, ты вчера специально издевался надо мной на вечеринке?! Зная о том, что твоя мать выходит за моего отца! — сиплю я, в горле застревает ком, который не дает мне нормально говорить.
— А что ты думала, ты мне понравилась?! — смеётся он громко, и этот смех словно режет воздух. — Ты же серая мышь! Мне просто захотелось посмотреть на твою реакцию. А баб у меня для этих дел, поверь, достаточно.
Его насмешки разрывают моё сердце на клочья, а колкие фразочки о моей внешности утыкаются в достоинство, словно острые шипы.
— Какая же ты сволочь, Самсонов! — с горечью в голосе произношу я.
— Кстати, Алехина! Ты кое-что у меня забыла вчера в машине, — жёстко усмехается и достает из кармана мои трусы, я замираю от возмущения и его наглости…
— Значит, ты вчера специально издевался надо мной на вечеринке?! Зная о том, что твоя мать выходит за моего отца! — сиплю я, в горле застревает ком, который не дает мне нормально говорить.
— А что ты думала, ты мне понравилась?! — смеётся он громко, и этот смех словно режет воздух. — Ты же серая мышь! Мне просто захотелось посмотреть на твою реакцию. А баб у меня для этих дел, поверь, достаточно.
Его насмешки разрывают моё сердце на клочья, а колкие фразочки о моей внешности утыкаются в достоинство, словно острые шипы.
— Какая же ты сволочь, Самсонов! — с горечью в голосе произношу я.
— Кстати, Алехина! Ты кое-что у меня забыла вчера в машине, — жёстко усмехается и достает из кармана мои трусы, я замираю от возмущения и его наглости…
— Женишься на первой встречной! — заявляет мне дед.
Теперь я должен взять в жёны растяпу, что испачкала мою рубашку супом. Да ещё в придачу с ребёнком.
— Ты откажешься от этого предложения! — рычу ей зло. — Или я превращу твою жизнь в ад.
— Мне нужны деньги, и я согласилась, — отвечает эта нахалка. — Ну а чья жизнь станет адом, это мы ещё посмотрим.
Мой дед на старости лет окончательно выжил из ума. Решил сосватать мне в жёны первую встречную. Только я так просто не сдамся.
Хочет замуж?
Отлично!
Посмотрим, как долго она протянет?
Теперь я должен взять в жёны растяпу, что испачкала мою рубашку супом. Да ещё в придачу с ребёнком.
— Ты откажешься от этого предложения! — рычу ей зло. — Или я превращу твою жизнь в ад.
— Мне нужны деньги, и я согласилась, — отвечает эта нахалка. — Ну а чья жизнь станет адом, это мы ещё посмотрим.
Мой дед на старости лет окончательно выжил из ума. Решил сосватать мне в жёны первую встречную. Только я так просто не сдамся.
Хочет замуж?
Отлично!
Посмотрим, как долго она протянет?
- Отвали от меня, Стеф!-шиплю я, отступая назад маленькими шажками.
Сердце стучит как сумасшедшее при виде налитых злостью глаз цвета темного шоколада.
- А то что, позовешь нашего папочку?-иронично кривит губы парень, по-прежнему наступая на меня.
Лопатки упираются в шероховатую поверхность искусственного кирпича. Дальше отступать некуда!
- Мы же... брат и сестра!-последние попытки воззвать к его благоразумию, кажется, отскакивают от парня как упругий горох.
- Мы никто друг другу! - шепчет Стефан, оставляя между нами лишь миллиметры.
- Так нельзя... -тоже отчего-то шепчу я, боясь того, что сейчас произойдет.
- Кто тебе сказал такое? - его ухмылка касается моих губ, после чего я вижу, как он наклоняется еще ближе..
Сердце стучит как сумасшедшее при виде налитых злостью глаз цвета темного шоколада.
- А то что, позовешь нашего папочку?-иронично кривит губы парень, по-прежнему наступая на меня.
Лопатки упираются в шероховатую поверхность искусственного кирпича. Дальше отступать некуда!
- Мы же... брат и сестра!-последние попытки воззвать к его благоразумию, кажется, отскакивают от парня как упругий горох.
- Мы никто друг другу! - шепчет Стефан, оставляя между нами лишь миллиметры.
- Так нельзя... -тоже отчего-то шепчу я, боясь того, что сейчас произойдет.
- Кто тебе сказал такое? - его ухмылка касается моих губ, после чего я вижу, как он наклоняется еще ближе..
Для Эрика я была ничего не значащей влюбленной девчонкой, которая слепо доверилась практически незнакомому человеку. Способом получить желаемое, не приложив никаких усилий.
Для меня же он стал самым настоящим богом, снизошедшим до простой смертной.
Вот только за несколько дней абсолютного счастья, я расплатилась годами, проведенными в аду. Эрик же продолжал жить дальше, словно меня никогда не существовало.
Скоро мы встретимся снова, но теперь игра будет идти по моим правилам. Потому что ради свободы для себя и ребенка, я готова пойти на все что угодно.
Даже если придется убить того, кого когда-то считала богом.
Для меня же он стал самым настоящим богом, снизошедшим до простой смертной.
Вот только за несколько дней абсолютного счастья, я расплатилась годами, проведенными в аду. Эрик же продолжал жить дальше, словно меня никогда не существовало.
Скоро мы встретимся снова, но теперь игра будет идти по моим правилам. Потому что ради свободы для себя и ребенка, я готова пойти на все что угодно.
Даже если придется убить того, кого когда-то считала богом.
Выберите полку для книги