Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
– Стой! – бросается ко мне.
Дергает дверь бани.
– Что?
– Ты нас тут заперла, – выдает младший брат мужа, которого я ненавижу.
– Что теперь делать? – становится жутко.
Так жарко, и я заперта тут с этим озабоченным зверем.
– Располагаться, – коварно произносит одно слово и прижимает меня к стенке. – Буду наказывать тебя за такое. Долго и жарко
Дергает дверь бани.
– Что?
– Ты нас тут заперла, – выдает младший брат мужа, которого я ненавижу.
– Что теперь делать? – становится жутко.
Так жарко, и я заперта тут с этим озабоченным зверем.
– Располагаться, – коварно произносит одно слово и прижимает меня к стенке. – Буду наказывать тебя за такое. Долго и жарко
Прежде я чинила трубы в Москве. Не своими руками, но разбиралась на практике, и создавала проекты коммуникаций. Теперь реально чиню саму магию в Ардинии. Я — служанка без магического дара, влюбившаяся в лорда. Он способен взглядом заморозить воду в кране. И считает меня всего лишь полезным инструментом. Два раза он почти меня поцеловал. Дважды я оказалась дурой! А потом рвануло так, что чинить пришлось полгорода. И его ледяное сердце — заодно.
Алиса смирилась с тем, что её личная жизнь — это кафе, кот Мурзик и вечерние булочки с корицей. Михаил убеждён, что его работа не позволяет иметь семью. Они случайно оказываются вдвоём на катере, который попадает в шторм, — и просыпаются на берегу необитаемого острова.
Выживание вдвоём — испытание не для слабых. Особенно когда ты привык к френч-прессу по утрам, а твой спутник разводит огонь голыми руками. Но посреди дикой природы, вдали от привычного мира, эти двое вдруг начинают видеть друг в друге то, чего не замечали раньше.
А находка в заброшенном доме — дневник женщины, которая ждала своего мужа двадцать лет, — заставляет обоих задать себе главный вопрос: что важнее — долг, привычки, страхи? Или любовь, которая приходит не по плану?
Выживание вдвоём — испытание не для слабых. Особенно когда ты привык к френч-прессу по утрам, а твой спутник разводит огонь голыми руками. Но посреди дикой природы, вдали от привычного мира, эти двое вдруг начинают видеть друг в друге то, чего не замечали раньше.
А находка в заброшенном доме — дневник женщины, которая ждала своего мужа двадцать лет, — заставляет обоих задать себе главный вопрос: что важнее — долг, привычки, страхи? Или любовь, которая приходит не по плану?
Они пришли тысячи лет назад. Бессмертные. Прекрасные. Безжалостные.
Арктики выбирают земных женщин — не для любви. Для обмена Ци. Для выживания. Девушки возвращаются домой через год. Если возвращаются.
Злата не хотела быть выбранной. Но Велигор Янчжун не спрашивал. Он забрал её из семьи, поселил в своём дворце и дал ей имя — таухуа. Наложница. Вещь.
Он не знал, что она — спящая. Единственная из людей, кто может видеть сквозь их иллюзии и сопротивляться их силе.
Он не знал, что она сбежит.
И что через двенадцать лет он всё ещё будет её искать.
Арктики выбирают земных женщин — не для любви. Для обмена Ци. Для выживания. Девушки возвращаются домой через год. Если возвращаются.
Злата не хотела быть выбранной. Но Велигор Янчжун не спрашивал. Он забрал её из семьи, поселил в своём дворце и дал ей имя — таухуа. Наложница. Вещь.
Он не знал, что она — спящая. Единственная из людей, кто может видеть сквозь их иллюзии и сопротивляться их силе.
Он не знал, что она сбежит.
И что через двенадцать лет он всё ещё будет её искать.
Александр Гордеев — миллиардер, любитель дорогих яхт и человек, который не привык слышать слово «нет». Наше знакомство началось с того, что он вытащил меня, промокшую «русалку» в шелковых брюках, из вод Невы, а продолжилось жестким шантажом на экономическом форуме.
Он заманил меня на свою яхту в Карелию, лишил интернета и связи, решив сыграть по своим правилам. Но я обыграла его в шахматы на честность и заставила примерить роль моего личного помощника.
Гордеев думал, что может просто купить мой перевод в Питер. Но назло ему я приняла предложение его злейшего врага — магната Ветрова. Теперь Алекс дрожит от ярости и ревности, а я веду свою собственную игру. Сможет ли избалованный мальчик наконец вырасти и доказать, что я нужна ему как женщина, а не как очередное ценное приобретение?
Он заманил меня на свою яхту в Карелию, лишил интернета и связи, решив сыграть по своим правилам. Но я обыграла его в шахматы на честность и заставила примерить роль моего личного помощника.
Гордеев думал, что может просто купить мой перевод в Питер. Но назло ему я приняла предложение его злейшего врага — магната Ветрова. Теперь Алекс дрожит от ярости и ревности, а я веду свою собственную игру. Сможет ли избалованный мальчик наконец вырасти и доказать, что я нужна ему как женщина, а не как очередное ценное приобретение?
Вдруг неожиданно чьи-то сильные руки схватили меня сзади, легко подняли на плечо и уверенно прижали ладонью подол платья, едва прикрывающего мою попу.
— Эй, ну-ка отпусти немедленно... — возмущённо пробормотала я, пока не поняла, чьё именно мускулистое тело держит меня так решительно.
Но Артура мои возражения ничуть не смутили. Он пошел на выход, под удивленные взгляды моих одногруппников.
Молча опустив меня на заднее сиденье своего роскошного авто, он рявкнул, хлопнув дверцей:
— Поехали!
Машина резко сорвалась с места, оставив позади шумную вечеринку и моих недоумевающих друзей. Ночная Москва мелькала мимо окон машины размытыми огнями фонарей, словно издеваясь над моей растерянностью. Испуганная и рассерженная одновременно, я попыталась возмутиться:
— Куда ты меня везёшь?! Немедленно остановись!
— Лучше молчи, Катя. Иначе я за себя не ручаюсь! — услышала сурово приглушённый шепот.
Его глаза сверкнули опасной искрой сквозь темноту салона, отражая ярость и решимость.
— Эй, ну-ка отпусти немедленно... — возмущённо пробормотала я, пока не поняла, чьё именно мускулистое тело держит меня так решительно.
Но Артура мои возражения ничуть не смутили. Он пошел на выход, под удивленные взгляды моих одногруппников.
Молча опустив меня на заднее сиденье своего роскошного авто, он рявкнул, хлопнув дверцей:
— Поехали!
Машина резко сорвалась с места, оставив позади шумную вечеринку и моих недоумевающих друзей. Ночная Москва мелькала мимо окон машины размытыми огнями фонарей, словно издеваясь над моей растерянностью. Испуганная и рассерженная одновременно, я попыталась возмутиться:
— Куда ты меня везёшь?! Немедленно остановись!
— Лучше молчи, Катя. Иначе я за себя не ручаюсь! — услышала сурово приглушённый шепот.
Его глаза сверкнули опасной искрой сквозь темноту салона, отражая ярость и решимость.
— Ты спросила, почему я к тебе придираюсь. Хочешь честный ответ?
— Да.
— Потому что ты единственная баба, которая сначала дала надежду, а потом кинула. Наверное, какой-то незакрытый гештальт. Есть только один способ всё исправить…
—
Семь лет назад мне пришлось расстаться с мужчиной, которого я любила.
Теперь он мой босс.
📚 она фанатка Шекспира, он КМС по тяжёлой атлетике
🔥 раны прошлого и неугасающая страсть
😎 IT-компания умных браслетов
❤️ от ненависти до любви
🔥 физические нагрузки в зале и в спальне
— Да.
— Потому что ты единственная баба, которая сначала дала надежду, а потом кинула. Наверное, какой-то незакрытый гештальт. Есть только один способ всё исправить…
—
Семь лет назад мне пришлось расстаться с мужчиной, которого я любила.
Теперь он мой босс.
📚 она фанатка Шекспира, он КМС по тяжёлой атлетике
🔥 раны прошлого и неугасающая страсть
😎 IT-компания умных браслетов
❤️ от ненависти до любви
🔥 физические нагрузки в зале и в спальне
✅️КНИГА ЗАКОНЧЕНА
Она хотела объявить ему войну, но Т9 всё решил за неё. От ненависти до страсти — всего одна опечатка, прорванная труба и чувства, которые невозможно отредактировать.
Она хотела объявить ему войну, но Т9 всё решил за неё. От ненависти до страсти — всего одна опечатка, прорванная труба и чувства, которые невозможно отредактировать.
КНИГА ЗАКОНЧЕНА
– Спать будешь в машине, – твердо говорю я. – И это максимум, что я могу предложить.
– В машине? – Максим вскидывает брови и окидывает взглядом мой двор. – Да ладно, Вика, не будь такой суровой. Может, найдется гостевая комната? Я не привередлив, сойдет и чулан, лишь бы крыша над головой.
Его тон выводит меня из себя.
– Гостевой комнаты нет, – чеканю я. – И чулана для незнакомцев тоже.
___________________
Мой бывший свалился мне на голову, как снег. А с ним и забытые чувства. Вот только он успешный бизнесмен с идеальным прессом, а я деревенская простушка с пышными формами. И между нами не может быть ничего общего. Или может?
– Спать будешь в машине, – твердо говорю я. – И это максимум, что я могу предложить.
– В машине? – Максим вскидывает брови и окидывает взглядом мой двор. – Да ладно, Вика, не будь такой суровой. Может, найдется гостевая комната? Я не привередлив, сойдет и чулан, лишь бы крыша над головой.
Его тон выводит меня из себя.
– Гостевой комнаты нет, – чеканю я. – И чулана для незнакомцев тоже.
___________________
Мой бывший свалился мне на голову, как снег. А с ним и забытые чувства. Вот только он успешный бизнесмен с идеальным прессом, а я деревенская простушка с пышными формами. И между нами не может быть ничего общего. Или может?
Я — Кукла для боли. Мой проклятый дар заставляет меня принимать чужие страдания как свои. Эльфийская знать использует меня как живой инструмент пыток: пытая других, они развлекаются моими криками. Я — вещь. У меня нет имени, нет прошлого, нет права на чувства.
Но однажды в мою темницу пришёл он. Верховный Инквизитор Империи, эльф, чья магия способна замедлять само время. Холодный, жестокий, сломленный собственной виной.
Но однажды в мою темницу пришёл он. Верховный Инквизитор Империи, эльф, чья магия способна замедлять само время. Холодный, жестокий, сломленный собственной виной.
Выберите полку для книги