Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
- Дрянь, - прошипел он, и этот шепот был страшнее крика. - Думаешь, что если тебя прислали сюда с бантом на шее, то у тебя есть право лезть мне в душу?!
- Ты - вещь, - чеканил он каждое слово, наклоняясь к самому моему лицу. Его глаза сузились до ледяных щелей. - Кусок мяса, присланный Императором, чтобы мозолить мне глаза. Очередная шлюха, решившая, что может поиграть в сострадание? Или ты пришла поглазеть на урода?
Я вскрикнула, закрывая лицо руками, и, не помня себя от страха, бросилась вон из кабинета.
- Если еще раз увижу, как ты задерживаешь на мне свой взгляд, я лично вышвырну тебя со скалы! Вон отсюда, падаль! – Орал он мне вслед.
- Ты - вещь, - чеканил он каждое слово, наклоняясь к самому моему лицу. Его глаза сузились до ледяных щелей. - Кусок мяса, присланный Императором, чтобы мозолить мне глаза. Очередная шлюха, решившая, что может поиграть в сострадание? Или ты пришла поглазеть на урода?
Я вскрикнула, закрывая лицо руками, и, не помня себя от страха, бросилась вон из кабинета.
- Если еще раз увижу, как ты задерживаешь на мне свой взгляд, я лично вышвырну тебя со скалы! Вон отсюда, падаль! – Орал он мне вслед.
— Мой дед умер недавно. Месяц назад. — Он произнёс это ровно, без всякой скорби в голосе, будто сообщал сводку погоды. — На оглашении завещания выяснилась интересная деталь: свой контрольный пакет акций он завещал мне, но с условием. Я получу их только после женитьбы. Старик хотел, чтобы я остепенился, завёл семью, стал серьёзным человеком.
Он сделал паузу, и на его лице появилась кривая усмешка.
— Отец, разумеется, в восторге от этой идеи. Он всегда считал меня безответственным прожигателем жизни. Теперь у него есть рычаг: либо я женюсь и получаю акции, либо остаюсь никем при семейном бизнесе. Мне нужно срочно жениться. И показать отцу, что я остепенился...
Взамен я оплачиваю лечение твоей сестры. Полностью. Реабилитация, операция, если понадобится — за границей. ..
Он сделал паузу, и на его лице появилась кривая усмешка.
— Отец, разумеется, в восторге от этой идеи. Он всегда считал меня безответственным прожигателем жизни. Теперь у него есть рычаг: либо я женюсь и получаю акции, либо остаюсь никем при семейном бизнесе. Мне нужно срочно жениться. И показать отцу, что я остепенился...
Взамен я оплачиваю лечение твоей сестры. Полностью. Реабилитация, операция, если понадобится — за границей. ..
У Виктора Лучинского есть раздражающая черта: он уверен, что знает о женщинах всё. Хуже — он думает, что знает всё обо мне! Но я больше не та девочка на конкурсе стартапов, где он сидит в жюри: теперь в моих руках бюджет большой компании, а он — лишь один из списка кандидатов на рекламный контракт. Три года назад я пообещала себе, что окажусь сверху, и теперь я наконец-то поставлю его на место. Только вот удача не на моей стороне: Лучинскому в руки попадает пульт от одной вибрирующей штучки, о которой ему даже знать не положено.
Отец проиграл меня в карты. Не деньги. Не квартиру. Меня.
Теперь я должна шесть месяцев прожить в доме самого опасного бандита города и выполнять его условия.
Я готовилась к жестокости, унижениям и страху. Но никак не к тому, что мой похититель будет смотреть на меня так, словно я — его самая большая слабость.
Почему мужчина, который может получить меня силой, каждый раз останавливается сам?
И какую тайну он скрывает за своей ледяной маской?
Теперь я должна шесть месяцев прожить в доме самого опасного бандита города и выполнять его условия.
Я готовилась к жестокости, унижениям и страху. Но никак не к тому, что мой похититель будет смотреть на меня так, словно я — его самая большая слабость.
Почему мужчина, который может получить меня силой, каждый раз останавливается сам?
И какую тайну он скрывает за своей ледяной маской?
Попав в жуткую аварию, я думал, что на этом все. Но жизнь преподнесла мне сюрприз. Я очнулся в теле двадцатипятилетнего монстра. У меня есть красавица-жена, которая до одури меня боится, маленькая дочь с потухшим взглядом и чужие, мрачные воспоминания о годах жестокости.
Не знаю, почему мне дали второй шанс. Но упускать я его не собираюсь. Пора выбросить старую мебель, накрыть стол и начать самую трудную битву в моей новой жизни — битву за доверие и любовь собственной семьи.
Не знаю, почему мне дали второй шанс. Но упускать я его не собираюсь. Пора выбросить старую мебель, накрыть стол и начать самую трудную битву в моей новой жизни — битву за доверие и любовь собственной семьи.
“Срочные новости! Ее Высочество Силения похищена. Тот, кто вернет ее во дворец, не смотря на статус, станет супругом принцессы!”
Смяла газету и, посмотрев на своего похитителя, столкнулась с прожигающим взглядом…
И что он на меня так смотрит? Вообще-то, я обычная попаданка, угодившая в тело той самой принцессы. Кто же виноват, что у нее был заклятый враг и именно его трофеем я стала? Думает, что победил и сможет сделать меня покорной? А вот и не угадал! Он просто еще не знает, с кем связался!
Смяла газету и, посмотрев на своего похитителя, столкнулась с прожигающим взглядом…
И что он на меня так смотрит? Вообще-то, я обычная попаданка, угодившая в тело той самой принцессы. Кто же виноват, что у нее был заклятый враг и именно его трофеем я стала? Думает, что победил и сможет сделать меня покорной? А вот и не угадал! Он просто еще не знает, с кем связался!
В день весеннего бала я умерла. Дальше мне предстояло выяснить, куда отправляются души погибших студентов живой академии Астрарум, но я внезапно проснулась в своей постели. В день весеннего бала! Меня забросило во временную петлю и вернёт обратно, если не найти убийцу. Кандидат один: мой заклятый противник Ро́ман Блэкторн. И я выведу его на чистую воду.
Одна случайная встреча. Один пролитый кофе. Одно слово, брошенное в лицо, — и война началась. Они встретились — и разнесли друг друга в щепки. Она не из тех, кто прощает. Он не из тех, кто извиняется. Но им придется работать вместе, даже если каждый мечтает об обратном. Но их прошлое уже пересеклось — задолго до знакомства. Правда окажется страшнее любой вражды.Между ними — пропасть, глубже которой, кажется, не бывает. Но иногда пропасть — единственное, что отделяет ненависть от любви.
— Ты теперь моя.
Он должен был убить меня. Вместо этого сделал своей пленницей.
Я ненавижу его.
Он — опасный преступник, который привык получать всё, что захочет.
А он уверен, что совсем скоро я сама буду умолять его не отпускать.
Только я скорее сгорю в этой войне, чем добровольно ему покорюсь.
Он должен был убить меня. Вместо этого сделал своей пленницей.
Я ненавижу его.
Он — опасный преступник, который привык получать всё, что захочет.
А он уверен, что совсем скоро я сама буду умолять его не отпускать.
Только я скорее сгорю в этой войне, чем добровольно ему покорюсь.
Один мощный тропический тайфун. Остров, отрезанный от цивилизации. И одно роскошное бунгало на двоих, где главная фишка интерьера — душевая кабина с абсолютно прозрачными стеклянными стенами. Садиться на чужую половину кровати — запрещено. Заглядывать в душ — преступление. Но как соблюдать договор «40 на 60», если соперник чертовски умен, а ночная жара заставляет сбросить всю лишнюю одежду?
Они ненавидят друг друга с первой секунды и готовы делить территорию с блокнотом в руках. Но когда на кону оказывается ледяное шампанское, интеллектуальная дуэль на пляже и наглое пари, условия сделки резко меняются. Свидание в Москве. В роскошном платье. И абсолютно без белья под ним.
Кто победит в этой войне нервов и сарказма: ледяная королева или самоуверенный варвар? И что делать, если поддельный контракт внезапно превращается в настоящую любовь?
Они ненавидят друг друга с первой секунды и готовы делить территорию с блокнотом в руках. Но когда на кону оказывается ледяное шампанское, интеллектуальная дуэль на пляже и наглое пари, условия сделки резко меняются. Свидание в Москве. В роскошном платье. И абсолютно без белья под ним.
Кто победит в этой войне нервов и сарказма: ледяная королева или самоуверенный варвар? И что делать, если поддельный контракт внезапно превращается в настоящую любовь?
Выберите полку для книги