Книги по тегу «от неприязни до любви»: ""
Эва Миллер мечтала о спокойном отдыхе на даче после болезненного расставания, но судьба подкинула ей нового "кошмара" — саркастичного соседа Эндрю, который то цветники выкосит, то скамейку сломает. Их война могла бы длиться вечно, если бы не бабушка Марта — бойкая старушка-блогер, которая видит в них идеальную пару и готова на всё, чтобы их свести.
Она поссорилась с женихом накануне свадьбы и уехала на две недели туда, где он точно никогда ее не найдет - в Ейск, на Азовское море. Но, кажется, спокойный отдых ей только снится. Один длинноволосый загорелый самоуверенный хам все время крутится рядом! И у нее есть две недели, чтобы не влюбиться в него...
— Послушайте! - напустилась она на мужчину, невольно разглядывая его загорелый, весь в татухах, торс. - Если вы сами не спите, то уважайте других людей, которые ночью спать хотят!
— Так и спите ночью, кто вам не дает? — с усмешкой ответил длинноволосый — Так вы и не даете! Врубили свою музыку на всю катушку!
— Но еще вроде как не ночь. Восемь вечера только.
— Пусть и не ночь, но все равно вы не дали мне выспаться, — прошипела она и повернулась, собираясь уйти.
— Да успеете еще выспаться. Пойдемте на море. Вода сейчас теплая, а народу в такое время мало.
— На море я схожу обязательно, благодарю. Да только без вас.
— Послушайте! - напустилась она на мужчину, невольно разглядывая его загорелый, весь в татухах, торс. - Если вы сами не спите, то уважайте других людей, которые ночью спать хотят!
— Так и спите ночью, кто вам не дает? — с усмешкой ответил длинноволосый — Так вы и не даете! Врубили свою музыку на всю катушку!
— Но еще вроде как не ночь. Восемь вечера только.
— Пусть и не ночь, но все равно вы не дали мне выспаться, — прошипела она и повернулась, собираясь уйти.
— Да успеете еще выспаться. Пойдемте на море. Вода сейчас теплая, а народу в такое время мало.
— На море я схожу обязательно, благодарю. Да только без вас.
Удар кинжалом предательства не добил ее – он разбудил львицу.
Преданная теми, кому доверяла больше всего, она осталась одна в звенящей тишине, но сдаваться – не в ее правилах.
В пышных садах и под сводами дворца шейха ее ждет испытание стойкости и... шанс на любовь, о которой можно лишь мечтать.
=============
— Поздравляю, наложница, — его голос звучал сладко, как испорченный мед, — Шейх приказал удвоить вашу охрану. Вы теперь… стали очень дороги всем нам.
Преданная теми, кому доверяла больше всего, она осталась одна в звенящей тишине, но сдаваться – не в ее правилах.
В пышных садах и под сводами дворца шейха ее ждет испытание стойкости и... шанс на любовь, о которой можно лишь мечтать.
=============
— Поздравляю, наложница, — его голос звучал сладко, как испорченный мед, — Шейх приказал удвоить вашу охрану. Вы теперь… стали очень дороги всем нам.
Музыка резко оборвалась - это Ваня Николаев, бурят с самой русской фамилией и именем, заведующий на данном этапе кухней, пригласил всех на застолье. Гурьбой мы ломанулись к столу, который, в отличие от фуршетного, был настоящий и находился на веранде, где обнаружили следующее: за накрытым столом мирно попивал нашу водочку какой-то старичок.
- Мужик, ты кто? – спросил я его.
- Вот, в гости к вам, зашел. Завидно, понимаете ли - веселитесь, а меня не зовете. Не по-соседски это! – старичок поднял рюмку в знак приветствия, выпил, и деловито пригласил нас разделить с ним трапезу.
- Если он такими темпами будет продолжать, - заржал Ваня, - нам ничего не останется!
Мы уселись за столом, а дед, благодушно улыбаясь, сказал:
- За что я люблю вас, молодежь, так это за то, что вы невредные и веселые! Не то, что моя грымза!
- Мужик, ты кто? – спросил я его.
- Вот, в гости к вам, зашел. Завидно, понимаете ли - веселитесь, а меня не зовете. Не по-соседски это! – старичок поднял рюмку в знак приветствия, выпил, и деловито пригласил нас разделить с ним трапезу.
- Если он такими темпами будет продолжать, - заржал Ваня, - нам ничего не останется!
Мы уселись за столом, а дед, благодушно улыбаясь, сказал:
- За что я люблю вас, молодежь, так это за то, что вы невредные и веселые! Не то, что моя грымза!
Все знают, что ведьмы – страшные и мерзкие старухи. Ведьмы летают на метлах, пакостят, проклинают, варят зелья и питаются жабами. Ведьмы – зло, их надо обходить стороной. А ещё все знают, что ведьм не существует.
Что скажет на это сама ведьма?
***
Я – Аглая Белая. Мне нравится моя жизнь, моя внешность и мои способности. А моим предкам не нравится отсутствие внуков. И потому они не придумали ничего лучше, как запереть меня в доме с очередным «подходящим кандидатом». А я взяла и обрадовалась. Знаете почему? Потому что я узнала парня, а он меня нет. Месть – это блюдо, которое подают холодным!
Что скажет на это сама ведьма?
***
Я – Аглая Белая. Мне нравится моя жизнь, моя внешность и мои способности. А моим предкам не нравится отсутствие внуков. И потому они не придумали ничего лучше, как запереть меня в доме с очередным «подходящим кандидатом». А я взяла и обрадовалась. Знаете почему? Потому что я узнала парня, а он меня нет. Месть – это блюдо, которое подают холодным!
Однажды холодным декабрьским вечером её жизнь раскололась на «до» и «после».
Арина, уставшая от предпраздничной суеты, спешила домой, мечтая о тихом новогоднем вечере в одиночестве. Короткий путь через тёмный переулок обернулся кошмаром: детский плач, испуганные глаза маленькой девочки и стремительная вспышка фар…
Очнулась она в неволе. Её обвиняют в чудовищном преступлении, в котором она не виновата. Её тюремщик — могущественный и озлобленный мужчина, убежденный в её вине. Он не верит её слезам и отчаянным мольбам. Для него она — лишь средство достичь цели, объект для мести.
Он ищет правду. Она борется за жизнь. Их связала роковая случайность, которая может стоить им обоим всего.
Арина, уставшая от предпраздничной суеты, спешила домой, мечтая о тихом новогоднем вечере в одиночестве. Короткий путь через тёмный переулок обернулся кошмаром: детский плач, испуганные глаза маленькой девочки и стремительная вспышка фар…
Очнулась она в неволе. Её обвиняют в чудовищном преступлении, в котором она не виновата. Её тюремщик — могущественный и озлобленный мужчина, убежденный в её вине. Он не верит её слезам и отчаянным мольбам. Для него она — лишь средство достичь цели, объект для мести.
Он ищет правду. Она борется за жизнь. Их связала роковая случайность, которая может стоить им обоим всего.
– Соловьев, у нас здесь кухня, а не цирк. Имей в виду. Оставь свои штучки.
Ухмыляюсь и вразвалочку двигаюсь к ней.
– Мои штучки помогут твоей скучной программе выйти на новый уровень. Не знаю, кто вообще тебя смотрит. Пироги, кексики… скука смертная, – показательно зеваю.
– Если ты думаешь, что сможешь превратить мое шоу в балаган… – начинает она.
– То что? – перебиваю. – Уж скорее я сделаю твое шоу хитом, вот увидишь. Так что тебе лучше проявить уважение.
Она сжимает половник до белых пальцев. В какой-то момент мне кажется, что Грушева запустит мне его в голову.
Я вынужден сотрудничать с ведущей популярной кулинарной программы Дианой Грушевой. Задиристая толстушка не дает мне спуску, очаровывая меня все больше. Соперничество вдруг превращается в настоящие чувства. Сможет ли Диана увидеть за маской наглого мажора кого-то большего?
Ухмыляюсь и вразвалочку двигаюсь к ней.
– Мои штучки помогут твоей скучной программе выйти на новый уровень. Не знаю, кто вообще тебя смотрит. Пироги, кексики… скука смертная, – показательно зеваю.
– Если ты думаешь, что сможешь превратить мое шоу в балаган… – начинает она.
– То что? – перебиваю. – Уж скорее я сделаю твое шоу хитом, вот увидишь. Так что тебе лучше проявить уважение.
Она сжимает половник до белых пальцев. В какой-то момент мне кажется, что Грушева запустит мне его в голову.
Я вынужден сотрудничать с ведущей популярной кулинарной программы Дианой Грушевой. Задиристая толстушка не дает мне спуску, очаровывая меня все больше. Соперничество вдруг превращается в настоящие чувства. Сможет ли Диана увидеть за маской наглого мажора кого-то большего?
Нахамил. Украл мое любимое полотенце в бассейне. Ах да, еще он сын маминой подруги, которого мне сватают. И подающий большие надежды хирург. А значит, будет пропадать на работе. Мне такое не надо. Точно нет. Неа...
Юный Митиар успел побывать на войне и отучиться в колледже. А теперь нанялся в Вайльскую коллегию, где молодых, отважных и сообразительных воспитанников готовят к противостоянию с тварями Граттонского леса. Но Митиару не повезло — его ментором стала женщина. И не просто женщина, а аристократка с непростым характером. Она не верит, что Митиар действительно побывал на войне. Ему приходится терпеть её нападки, пока он не выяснит её тайну. Оказывается, у неё свои личные счёты с ужасными существами лесной чащи Граттона. Кому она собирается мстить и за что? И какую роль сыграет в её личной борьбе Митиар?
Он приехал в Турцию за оружием, а нашел свою погибель.
Винченцо Манфреди — наследник итальянской мафии. Холодный, расчетливый, беспощадный. Его стихия — власть и контроль. Он никогда не ошибался. Пока не увидел Айлин.
Молодая турецкая художница с душой из света и красок. Один взгляд на нее — и Винченцо понимает: он должен ею обладать. Любовь? Для таких, как он, не существует этого слова. Только право сильного. Только желание — жестокое и безграничное.
Винченцо Манфреди — наследник итальянской мафии. Холодный, расчетливый, беспощадный. Его стихия — власть и контроль. Он никогда не ошибался. Пока не увидел Айлин.
Молодая турецкая художница с душой из света и красок. Один взгляд на нее — и Винченцо понимает: он должен ею обладать. Любовь? Для таких, как он, не существует этого слова. Только право сильного. Только желание — жестокое и безграничное.
Выберите полку для книги