Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
— Ты была больна! А я молодой мужчина, который нуждается в нежности! — муж смотрит на меня как на врага народа.
— Это не оправдание! Я проходила длительный курс реабилитации... — в ужасе шепчу.
— И я был рядом, Даша! Всегда! — Максим не собирается признавать вину.
— Потому что из-за тебя я разбилась в той аварии, сломала позвоночник! — теперь я испытываю не физическую боль, а моральную... и она намного сильнее.
— Даша, я искупил свою вину, когда целый год сидел у твоей постели! — парирует муж.
— И изменял! — зло добавляю я. — Целый год!
— Потому что я — МУЖЧИНА! Мне можно! — упрямо отвечает Максим.
— Это не оправдание! Я проходила длительный курс реабилитации... — в ужасе шепчу.
— И я был рядом, Даша! Всегда! — Максим не собирается признавать вину.
— Потому что из-за тебя я разбилась в той аварии, сломала позвоночник! — теперь я испытываю не физическую боль, а моральную... и она намного сильнее.
— Даша, я искупил свою вину, когда целый год сидел у твоей постели! — парирует муж.
— И изменял! — зло добавляю я. — Целый год!
— Потому что я — МУЖЧИНА! Мне можно! — упрямо отвечает Максим.
— Ты мне больше не нужна, Надя. Мы разводимся. Я полюбил другую.
Ни паузы. Ни «прости». Ни слов, чтобы смягчить удар.
Просто отрезал, как хирург.
А я сидела с вилкой в руке, и у меня дрожали пальцы. Не от шока. От осознания — я ведь чувствовала, что между нами пусто. Просто боялась это признать.
— Я подумал, — продолжал он, так, будто читает список покупок, — я оставлю тебе ту квартиру, что была нашей, в центре. Немного денег на первое время. Всё-таки ты столько лет была рядом.
— Великодушно, — выдохнула я. Но голос предал меня — он звучал, как у сломавшейся куклы.
А потом пришёл юрист. И я вспомнила про брачный договор, подписанный мной с глупой влюблённой улыбкой, перед браком много лет назад.
Он уже тогда был с состоянием. А я — с мечтой.
Теперь — он с новой женой и яхтой.
А я — в старой квартире, без будущего и с остатками иллюзий, которые не знаешь, куда деть.
После развода я думала, что всё — точка.
Но все изменила авария и мой приговор от врачей...
Ни паузы. Ни «прости». Ни слов, чтобы смягчить удар.
Просто отрезал, как хирург.
А я сидела с вилкой в руке, и у меня дрожали пальцы. Не от шока. От осознания — я ведь чувствовала, что между нами пусто. Просто боялась это признать.
— Я подумал, — продолжал он, так, будто читает список покупок, — я оставлю тебе ту квартиру, что была нашей, в центре. Немного денег на первое время. Всё-таки ты столько лет была рядом.
— Великодушно, — выдохнула я. Но голос предал меня — он звучал, как у сломавшейся куклы.
А потом пришёл юрист. И я вспомнила про брачный договор, подписанный мной с глупой влюблённой улыбкой, перед браком много лет назад.
Он уже тогда был с состоянием. А я — с мечтой.
Теперь — он с новой женой и яхтой.
А я — в старой квартире, без будущего и с остатками иллюзий, которые не знаешь, куда деть.
После развода я думала, что всё — точка.
Но все изменила авария и мой приговор от врачей...
— Удачи, милая, буду скучать… — вздыхает муж, с трудом передвигая костылями. — Прости меня за всё! За то, что твой мужик теперь немощный инвалид!
— Перестань, ты же не виноват, что попал в аварию. Выздоравливай, увидимся в среду.
Обнимаю любимого и уезжаю в командировку.
Контракт удалось подписать быстрее, чем я планировала.
Возвращаюсь раньше, а в квартире творится это…
Какая-то наглая девка плещется в моей ванной, пользуется моей косметикой, выкрикивая дурацкие песни про меня, а муж задорно пританцовывает перед ней, исполняя такие пируэты, что у меня темнеет в глазах.
— Зайка, ты офигенная! — орёт он. — Давай ещё раз про деньги!
— Все деньги клуши будут мои, а её вышвырнем мы в окно! — хихикает стерва, и я понимаю — это конец.
***
Пока я работала день и ночь, муж развлекался с любовницей и хотел отобрать у меня всё.
У них сговор. А у меня план.
Шикарный план отомстить голубкам и начать новую жизнь!
— Перестань, ты же не виноват, что попал в аварию. Выздоравливай, увидимся в среду.
Обнимаю любимого и уезжаю в командировку.
Контракт удалось подписать быстрее, чем я планировала.
Возвращаюсь раньше, а в квартире творится это…
Какая-то наглая девка плещется в моей ванной, пользуется моей косметикой, выкрикивая дурацкие песни про меня, а муж задорно пританцовывает перед ней, исполняя такие пируэты, что у меня темнеет в глазах.
— Зайка, ты офигенная! — орёт он. — Давай ещё раз про деньги!
— Все деньги клуши будут мои, а её вышвырнем мы в окно! — хихикает стерва, и я понимаю — это конец.
***
Пока я работала день и ночь, муж развлекался с любовницей и хотел отобрать у меня всё.
У них сговор. А у меня план.
Шикарный план отомстить голубкам и начать новую жизнь!
— А вас плавда Килилл зовут? — спрашиваю Великана.
— Да, — улыбается он. — Кирилл.
— Плямо как моего папу! — объявляю я громко и гордо. - Аксинья Килилловна я.
Мама тут же опускает глаза в свой кофе, аж носом почти касается пенки. Щёки у нее уже не как персики, а как свекла.
***
Нанял новую ассистентку. Надеялся, что эта скромная девушка не доставит проблем. Только вот не ожидал, что к тихой маме прилагается разбойница с косичками и жуками…
— Да, — улыбается он. — Кирилл.
— Плямо как моего папу! — объявляю я громко и гордо. - Аксинья Килилловна я.
Мама тут же опускает глаза в свой кофе, аж носом почти касается пенки. Щёки у нее уже не как персики, а как свекла.
***
Нанял новую ассистентку. Надеялся, что эта скромная девушка не доставит проблем. Только вот не ожидал, что к тихой маме прилагается разбойница с косичками и жуками…
— Найди себе подходящую пару, а меня оставь в покое.
— Ты сводишь меня с ума, девочка. Ты и есть моя пара.
— Твоя семья не примет меня.
— Главное, что тебя принимаю я. На остальное — плевать.
Он — друг моего отца. Намного старше. Его семья религиозна и ждёт от него "правильную" женщину: свою, покорную, чистую.
Я же… сломана. Не верю в мужчин. Уверена, никому не по силам исправить это.
Вот только он не из тех, кто отступает.
— Ты сводишь меня с ума, девочка. Ты и есть моя пара.
— Твоя семья не примет меня.
— Главное, что тебя принимаю я. На остальное — плевать.
Он — друг моего отца. Намного старше. Его семья религиозна и ждёт от него "правильную" женщину: свою, покорную, чистую.
Я же… сломана. Не верю в мужчин. Уверена, никому не по силам исправить это.
Вот только он не из тех, кто отступает.
Я пришла к мужу на работу — в кружевном белье и тренче — чтобы взбодрить наш брак.
Но, как оказалось, супруг — предатель, негодяй и лжец, который занимается сексом со студентками прямо на рабочем месте.
В тот момент что-то во мне умерло. Но что-то и проснулось.
И уже не имеет значения, сколько лет мы были вместе, сколько «мы» я пыталась спасти.
Потому что королевы не бегают за мужчинами.
Королевы не просят любви.
Королевы не возвращаются.
***
– Что ты здесь делаешь? У меня работа.
– Ах, вот как. Значит, ты работаешь, любимый. Интересная у тебя форма отчетности.
– Не ерничай, Аня, – отрезает он резко, застегивая ширинку. Его лицо становится жестким. – Это не то, о чем ты подумала.
– Не то?
– Давай обсудим сколько раз в неделю я могу с ней видеться? Два? Три? Чтобы это не мешало… семье. Тебе же главное – чтобы все было прилично?
Но, как оказалось, супруг — предатель, негодяй и лжец, который занимается сексом со студентками прямо на рабочем месте.
В тот момент что-то во мне умерло. Но что-то и проснулось.
И уже не имеет значения, сколько лет мы были вместе, сколько «мы» я пыталась спасти.
Потому что королевы не бегают за мужчинами.
Королевы не просят любви.
Королевы не возвращаются.
***
– Что ты здесь делаешь? У меня работа.
– Ах, вот как. Значит, ты работаешь, любимый. Интересная у тебя форма отчетности.
– Не ерничай, Аня, – отрезает он резко, застегивая ширинку. Его лицо становится жестким. – Это не то, о чем ты подумала.
– Не то?
– Давай обсудим сколько раз в неделю я могу с ней видеться? Два? Три? Чтобы это не мешало… семье. Тебе же главное – чтобы все было прилично?
- Держи вора-а-а-а-а!
Вздрогнув, оборачиваюсь. На меня несется… Рыжее безумие.
Девчонка с копной длинных рыжих волос в зеленой тряпке. Босыми ногами пылит по земле, а в руках у нее здоровенная палка.
Которая спустя секунду летит прямо мне в лоб.
- Ты зачем украл Аристотеля? - требовательно спрашивает девчонка.
- Какой еще Аристотель? - уточняю на всякий случай, ощупывая лоб.
Шишка уже наливается. Девчонка показывает пальцем на белый пушистый комок, который сидит, жует шнурок на моем брендовом ботинке. Дергаю ногой, но мелкий не отпускает, зубы сжал и едет на попе по пыли.
- Я его в кустах нашел, недалеко от деревни. Вернуть хотел. Я вообще сюда по делу. Мне надо с кем-то взрослым поговорить. Познакомишь меня с родителями?
- Папы у меня нет, а мама уехала. Может, ты со мной поживешь пока?
Вздрогнув, оборачиваюсь. На меня несется… Рыжее безумие.
Девчонка с копной длинных рыжих волос в зеленой тряпке. Босыми ногами пылит по земле, а в руках у нее здоровенная палка.
Которая спустя секунду летит прямо мне в лоб.
- Ты зачем украл Аристотеля? - требовательно спрашивает девчонка.
- Какой еще Аристотель? - уточняю на всякий случай, ощупывая лоб.
Шишка уже наливается. Девчонка показывает пальцем на белый пушистый комок, который сидит, жует шнурок на моем брендовом ботинке. Дергаю ногой, но мелкий не отпускает, зубы сжал и едет на попе по пыли.
- Я его в кустах нашел, недалеко от деревни. Вернуть хотел. Я вообще сюда по делу. Мне надо с кем-то взрослым поговорить. Познакомишь меня с родителями?
- Папы у меня нет, а мама уехала. Может, ты со мной поживешь пока?
— А ты думала, я забуду? За всё в жизни надо платить! Я пришёл забрать то, что ты мне задолжала, — до сознания донёсся грубый мужской голос. — Или ты забыла про нашу сделку? Задрожав от первобытного ужаса, я попыталась вырваться, но сильные руки вернули меня на место.
Всё будто в кошмарном сне… Меня выкрали с собственной свадьбы и заперли в жуткой каморке. Я должна была выйти замуж за Марка, а вместо этого оказалась в плену банды, которая держит в страхе весь город. Вместо белого платья — красное… Их пятеро, а я одна. Теперь мне предстоит выбираться из этого логова живой.
Всё будто в кошмарном сне… Меня выкрали с собственной свадьбы и заперли в жуткой каморке. Я должна была выйти замуж за Марка, а вместо этого оказалась в плену банды, которая держит в страхе весь город. Вместо белого платья — красное… Их пятеро, а я одна. Теперь мне предстоит выбираться из этого логова живой.
(2703)
ЗАВЕРШЕННАЯ ПОВЕСТЬ!
— Договор подошёл к концу. Я больше не нуждаюсь в фиктивной жене.
Сердце пропускает удар. Я смотрю на любимого мужчину и не понимаю ни слова.
Ещё утром Рома нежно целовал и шептал глупости в спальне, а сейчас он бросает меня? В нашем любимом ресторане, где когда-то началась наша история?
Где я хотела рассказать ему о счастье, которое ношу под сердцем?
— Ты отлично выполнила свою роль. Думаю, каждый получил от брака то, что хотел.
— Я не понимаю, о чём ты...
— Достаточно, Люба. Мы взрослые люди, подписавшие бумаги.
Вступай в группу автора! https://vk.com/gera_liders
— Договор подошёл к концу. Я больше не нуждаюсь в фиктивной жене.
Сердце пропускает удар. Я смотрю на любимого мужчину и не понимаю ни слова.
Ещё утром Рома нежно целовал и шептал глупости в спальне, а сейчас он бросает меня? В нашем любимом ресторане, где когда-то началась наша история?
Где я хотела рассказать ему о счастье, которое ношу под сердцем?
— Ты отлично выполнила свою роль. Думаю, каждый получил от брака то, что хотел.
— Я не понимаю, о чём ты...
— Достаточно, Люба. Мы взрослые люди, подписавшие бумаги.
Вступай в группу автора! https://vk.com/gera_liders
— Ты забыла, что я тебя на руках носил? Забыла, как ты по ночам молила меня помочь, когда кофейни твои на грани банкротства были?
Я усмехнулась.
— А ты забыл, как я спасла их сама. Ты вообще хоть раз спросил, как у меня дела?
— У тебя дела? — его голос стал другим. Резким. Рвущимся. — У тебя, Алиса, дела только потому, что ты — Антипова. Сама ты — ноль. Пустое место. Без меня ты бы кофейник не включила.
— Серьёзно?
Он резко схватил меня за волосы. Не сильно, но достаточно, чтобы выдернуть из равновесия. Потянул назад, заставляя смотреть в лицо.
— Посмотри на меня, — процедил сквозь зубы. — Посмотри и запомни. Всё, что у тебя есть — это я. Я сделал тебя. Я содержу тебя.
— Ты больной?! — в голосе — не крик. Лёд. Чистый, отточенный. — Кто ты такой, чтобы руки распускать?
— Ты без меня, милая, ничто. Скучная баба с кофемашиной. И будь честной: кому ты нужна? В сорок два, с уставшими глазами и комплексами?
Я усмехнулась.
— А ты забыл, как я спасла их сама. Ты вообще хоть раз спросил, как у меня дела?
— У тебя дела? — его голос стал другим. Резким. Рвущимся. — У тебя, Алиса, дела только потому, что ты — Антипова. Сама ты — ноль. Пустое место. Без меня ты бы кофейник не включила.
— Серьёзно?
Он резко схватил меня за волосы. Не сильно, но достаточно, чтобы выдернуть из равновесия. Потянул назад, заставляя смотреть в лицо.
— Посмотри на меня, — процедил сквозь зубы. — Посмотри и запомни. Всё, что у тебя есть — это я. Я сделал тебя. Я содержу тебя.
— Ты больной?! — в голосе — не крик. Лёд. Чистый, отточенный. — Кто ты такой, чтобы руки распускать?
— Ты без меня, милая, ничто. Скучная баба с кофемашиной. И будь честной: кому ты нужна? В сорок два, с уставшими глазами и комплексами?
Выберите полку для книги