Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
– Марк Борисович? - удивляюсь, распахнув дверь. - Так поздно… Что-то случилось?
Сердитый, взглядом прожигает насквозь.
– Откуда ты взялась? - бесцеремонно заходит внутрь и толкает меня к стене. - На кого работаешь?
Дверь с характерным щелчком закрывается, и я остаюсь с разъярённым мужчиной один на один.
– На вас.
Таращусь на него во все глаза. Страшно!
– Теперь правду, - дёргает за пояс халата и толкает на кровать. - На кого?!
Я так напугана, что не могу выговорить и слова.
– Ну! - он обхватывает мой подбородок, заставляя смотреть на себя.
Никогда не видела его таким! И никогда раньше он не позволял себе меня так трогать!
– Что вы делаете? - кричу, когда под тяжестью его веса прогибается матрас.
Босс зажимает мои ноги своими.
– Раз ты не хочешь отвечать по-хорошему, - нависает, и его горячая рука ложится на мое обнаженное бедро. - Сейчас будет по-плохому.
Мой босс решил, что я работаю на конкурентов! И требует компенсировать убытки. Натурой!
Сердитый, взглядом прожигает насквозь.
– Откуда ты взялась? - бесцеремонно заходит внутрь и толкает меня к стене. - На кого работаешь?
Дверь с характерным щелчком закрывается, и я остаюсь с разъярённым мужчиной один на один.
– На вас.
Таращусь на него во все глаза. Страшно!
– Теперь правду, - дёргает за пояс халата и толкает на кровать. - На кого?!
Я так напугана, что не могу выговорить и слова.
– Ну! - он обхватывает мой подбородок, заставляя смотреть на себя.
Никогда не видела его таким! И никогда раньше он не позволял себе меня так трогать!
– Что вы делаете? - кричу, когда под тяжестью его веса прогибается матрас.
Босс зажимает мои ноги своими.
– Раз ты не хочешь отвечать по-хорошему, - нависает, и его горячая рука ложится на мое обнаженное бедро. - Сейчас будет по-плохому.
Мой босс решил, что я работаю на конкурентов! И требует компенсировать убытки. Натурой!
— Скажу прямо, чтобы развеять твои иллюзии: мне всё понравилось, малыш. — Голос Власова становится тише. Он намеренно касается моего плеча, заставляя вжаться в кресло. — Поэтому сейчас ты выйдешь из машины, поднимешься наверх к своему мужу, соберёшь необходимые документы и скажешь ему, что подаёшь на развод.
Боже мой, нет… он ведь просто шутит?
Прячу пылающее лицо в ладонях и борюсь с желанием завыть.
Дверь с моей стороны распахивается с характерным щелчком:
— Видимо, и здесь тебе потребуется моя помощь. — В голосе друга отца звучат ироничные нотки.
И как же мне теперь исправить эту роковую ошибку?
Боже мой, нет… он ведь просто шутит?
Прячу пылающее лицо в ладонях и борюсь с желанием завыть.
Дверь с моей стороны распахивается с характерным щелчком:
— Видимо, и здесь тебе потребуется моя помощь. — В голосе друга отца звучат ироничные нотки.
И как же мне теперь исправить эту роковую ошибку?
— Смотри, куда едешь! — раздался недовольный голос. — Все мои цветы раздавила.
— Не тыкайте мне, мы на брудершафт не пили. И зачем вы цветы сажаете за двором? — огрызнулась я, осматривая царапины на машине.
— Это палисадник! Но тебе, похоже, не понять, — мужчина смерил меня презрительным взглядом и усмехнулся.
Вот нахал!
— Я в ландшафтном дизайне побольше вашего понимаю!
— Да? — он вскинул бровь и усмехнулся. — Ну, значит, восстановишь все, что раздавила.
Я приехала в деревню, чтобы залечить раны от развода и найти вдохновение, а вместо этого получила несносного мужчину в соседи! Он высмеивает меня при каждом удобном случае и не знает хороших манер. Я решила не обращать на него внимание, но сделать это сложнее, чем кажется…
— Не тыкайте мне, мы на брудершафт не пили. И зачем вы цветы сажаете за двором? — огрызнулась я, осматривая царапины на машине.
— Это палисадник! Но тебе, похоже, не понять, — мужчина смерил меня презрительным взглядом и усмехнулся.
Вот нахал!
— Я в ландшафтном дизайне побольше вашего понимаю!
— Да? — он вскинул бровь и усмехнулся. — Ну, значит, восстановишь все, что раздавила.
Я приехала в деревню, чтобы залечить раны от развода и найти вдохновение, а вместо этого получила несносного мужчину в соседи! Он высмеивает меня при каждом удобном случае и не знает хороших манер. Я решила не обращать на него внимание, но сделать это сложнее, чем кажется…
"— Я знаю, что ты скучала по мне, малыш, — отчётливо слышу, как мой муж говорит кому-то другому, когда я тихо нажимаю на ручку двери его кабинета.
Я останавливаюсь, как вкопанная.
Дверь бесшумно приоткрывается на небольшую щёлку, и я застываю на месте, не решаясь распахнуть её до конца.
— Только не говори, что не вспоминала обо мне все эти годы, как и я — о тебе. Ты забыла, как нам было хорошо вместе? Как мы занимались с тобой любовью? — его слова острой огненной молнией пронзают мой мозг..."
Я останавливаюсь, как вкопанная.
Дверь бесшумно приоткрывается на небольшую щёлку, и я застываю на месте, не решаясь распахнуть её до конца.
— Только не говори, что не вспоминала обо мне все эти годы, как и я — о тебе. Ты забыла, как нам было хорошо вместе? Как мы занимались с тобой любовью? — его слова острой огненной молнией пронзают мой мозг..."
Добавлен БУК! Открываю дверь и вижу ее. Стройную, в облегающем черном комбинезоне. От угловатой девчонки не осталось и следа. Гибкая, женственная и дерзкая.
- Тебе чего, Морозов? Заблудился?
- Света, нам надо поговорить!
- Мне не надо! – гордо вскидывает голову. – Дай пройти.
- Нет! Мы поговорим, и ты пойдешь! – втягиваю носом ее запах. Сквозь дорогой парфюм я явственно чувствую ее собственный. Он отложился на подкорке.
- Ты ничего не перепутал? С женой своей так разговаривай! – от злости переходит на шепот и сужает глаза. – Я тебе никто!
С достоинством меня обойти пытается, но я не сдаюсь. Хватаю ее за руку, к себе прижимаю.
- Я скучал по тебе!
Перевожу взгляд со сверкающих глаз на пухлые губы, накрашенные помадой. Как тогда, в день ее рождения. Красное платье и алая помада.
- Дай пройти!
- Нет!
- Я буду кричать! Скажу, что ты меня удерживаешь силой!
- Кричи!
Замолкает и смотрит в упор. Холодно, равнодушно. Но вздымающаяся грудь и закушенная нижняя губа выдают ее
- Тебе чего, Морозов? Заблудился?
- Света, нам надо поговорить!
- Мне не надо! – гордо вскидывает голову. – Дай пройти.
- Нет! Мы поговорим, и ты пойдешь! – втягиваю носом ее запах. Сквозь дорогой парфюм я явственно чувствую ее собственный. Он отложился на подкорке.
- Ты ничего не перепутал? С женой своей так разговаривай! – от злости переходит на шепот и сужает глаза. – Я тебе никто!
С достоинством меня обойти пытается, но я не сдаюсь. Хватаю ее за руку, к себе прижимаю.
- Я скучал по тебе!
Перевожу взгляд со сверкающих глаз на пухлые губы, накрашенные помадой. Как тогда, в день ее рождения. Красное платье и алая помада.
- Дай пройти!
- Нет!
- Я буду кричать! Скажу, что ты меня удерживаешь силой!
- Кричи!
Замолкает и смотрит в упор. Холодно, равнодушно. Но вздымающаяся грудь и закушенная нижняя губа выдают ее
Между нами, ничего общего, кроме одного. У моего сына, ее глаза.
Она не знает, об этом. И я молчу. Я не могу заставить ее остаться, но и отпустить не могу.
Я — бывший спортсмен, финансист, циничный прожигатель жизни. Моя жена, неизлечимо больна. Когда ее не стало, суррогатная мать, алчная стерва, исчезла и требует денег, шантажируя ребенком.
Разыскивая ее, я встретил ее подругу и узнал в ней, биологическую мать моего сына.
Она — мечтает только об одном, сбежать из города, до того, как из тюрьмы выйдет ее жестокий отчим, которого она посадила.
Она не знает, об этом. И я молчу. Я не могу заставить ее остаться, но и отпустить не могу.
Я — бывший спортсмен, финансист, циничный прожигатель жизни. Моя жена, неизлечимо больна. Когда ее не стало, суррогатная мать, алчная стерва, исчезла и требует денег, шантажируя ребенком.
Разыскивая ее, я встретил ее подругу и узнал в ней, биологическую мать моего сына.
Она — мечтает только об одном, сбежать из города, до того, как из тюрьмы выйдет ее жестокий отчим, которого она посадила.
‼РАССКАЗ‼
— Тим, я ничего не понимаю. Ты что, мне изменяешь?
— Изменять можно только тому, с кем делишь постель, — усмехается Тимур. — У нас же с тобой так ничего и не было. Хотя я просил. Умолял. Цветы тебе дарил, на море возил. Ждал хоть крохотную благодарность. Но нет.
— То есть так ты себя оправдываешь? — спрашиваю хрипло.
— Мне нет нужды оправдываться, — пожимает плечами Тимур.
— Ты изменил мне. Своей невесте! Жене!
— Не вижу препятствий. Я — мужчина. Мне необходима разрядка.
— Скотина! — задыхаюсь от возмущения. — Ты сделал ребёнка на стороне! Моей лучшей подруге!
— Всё! Поговорили и хватит. Никакого ребёнка не будет. Катька сделает аборт. Да и мало ли, с кем она путается. Пусть ищет другого лоха.
На свадебном банкете я узнала, что муж мне изменяет с моей лучшей подругой. Я не собираюсь это терпеть, но у окружающих другие планы. Потому что все, кому я доверяла, мне лгут. Кроме одного человека...
— Тим, я ничего не понимаю. Ты что, мне изменяешь?
— Изменять можно только тому, с кем делишь постель, — усмехается Тимур. — У нас же с тобой так ничего и не было. Хотя я просил. Умолял. Цветы тебе дарил, на море возил. Ждал хоть крохотную благодарность. Но нет.
— То есть так ты себя оправдываешь? — спрашиваю хрипло.
— Мне нет нужды оправдываться, — пожимает плечами Тимур.
— Ты изменил мне. Своей невесте! Жене!
— Не вижу препятствий. Я — мужчина. Мне необходима разрядка.
— Скотина! — задыхаюсь от возмущения. — Ты сделал ребёнка на стороне! Моей лучшей подруге!
— Всё! Поговорили и хватит. Никакого ребёнка не будет. Катька сделает аборт. Да и мало ли, с кем она путается. Пусть ищет другого лоха.
На свадебном банкете я узнала, что муж мне изменяет с моей лучшей подругой. Я не собираюсь это терпеть, но у окружающих другие планы. Потому что все, кому я доверяла, мне лгут. Кроме одного человека...
— Что за тупость, Дарина? Ты действительно думаешь, что я буду с тобой разводиться из-за какой-то ерунды? — усмехается Артур и провожает взглядом свою помощницу, с которой я застала его в его кабинете несколько минут назад.
— Это не ерунда, Артур и не тупость! Я видела тебя с ней, хватит играть в семью. — Мне сейчас так больно, но я не могу ему этого показать, пусть лучше меня считает чёрствой и бездушной, чем тряпкой. Хотя именно такой он меня и считает, раз вытер ноги и откинул в сторону.
— Ах, так вот оно что! Посмотри на себя, Дарина, ты так легко веришь в серьезность этих бессмысленных интриг? Ты думаешь, я серьезно отношусь к этой? — указывает на двери, за которыми скрылась та стерва. — Что у неё там интересного, кроме секса? Правильно, девочка моя, ничего! А ты моя жена и ею останешься.
— Это измена, Артур! Я не могу продолжать жить с человеком, который меня предал! — повышаю на него голос.
— Это не ерунда, Артур и не тупость! Я видела тебя с ней, хватит играть в семью. — Мне сейчас так больно, но я не могу ему этого показать, пусть лучше меня считает чёрствой и бездушной, чем тряпкой. Хотя именно такой он меня и считает, раз вытер ноги и откинул в сторону.
— Ах, так вот оно что! Посмотри на себя, Дарина, ты так легко веришь в серьезность этих бессмысленных интриг? Ты думаешь, я серьезно отношусь к этой? — указывает на двери, за которыми скрылась та стерва. — Что у неё там интересного, кроме секса? Правильно, девочка моя, ничего! А ты моя жена и ею останешься.
— Это измена, Артур! Я не могу продолжать жить с человеком, который меня предал! — повышаю на него голос.
Я подошла, и он тут же обхватил меня свободной лапищей за талию, притягивая к себе и заставляя сесть на колени. Он тоже уже успел освободиться от брюк, оставшись в одних семейных трусах в нелепую полоску. Стакан он держал в правой руке, и массивный перстень позвякивал о стекло, когда его пальцы дрожали.
— Я вообще тебя не знаю, твою невесту не знаю…
— Она не моя невеста!
— Да вообще плевать, мне больше нравилось не знать вообще всего этого, и жить своей спокойной жизнью. Не хочу ничего знать, ни о тебе, ни об одарённых, вообще ничего! Убирайся сейчас же!
— Ты не понимаешь, если всё вскроется, то разобраться с тобой должен буду я?
— Почему ты?
— Да потому что произошло это всё на землях моего клана. И меня, как наследника, совет обяжет решить этот вопрос!
Я стала свидетелем страшной тайны. На меня объявлена охота. Наследник клана одарённых должен убить меня. Но он пошёл против закона своего скрытого мира. Зачем он меня оберегает и пытается защитить? И почему я всё чаще думаю о нём?
— Она не моя невеста!
— Да вообще плевать, мне больше нравилось не знать вообще всего этого, и жить своей спокойной жизнью. Не хочу ничего знать, ни о тебе, ни об одарённых, вообще ничего! Убирайся сейчас же!
— Ты не понимаешь, если всё вскроется, то разобраться с тобой должен буду я?
— Почему ты?
— Да потому что произошло это всё на землях моего клана. И меня, как наследника, совет обяжет решить этот вопрос!
Я стала свидетелем страшной тайны. На меня объявлена охота. Наследник клана одарённых должен убить меня. Но он пошёл против закона своего скрытого мира. Зачем он меня оберегает и пытается защитить? И почему я всё чаще думаю о нём?
Выберите полку для книги