Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
— Выйди! Сейчас же! — громыхнул муж, прикрывая собой любовницу.
— Ч-что?.. — я онемела от шока
Как мой кошмар воплотился в реальность? Как стал правдой до таких пугающих мелочей?..
— Никуда я не пойду, — я стиснула дверную ручку. — Я в своём доме. А она тут —никто!
И я ткнула дрожащим пальцем в натянувшую на себя одеяло Светлану. Любовница мужа в ответ обожгла меня ненавидящим взглядом.
— Надежда, прекрати вести себя как базарная баба! — рявкнул муж. — Я попросил тебя выйти. Дай Светлане одеться, и позже поговорим.
— Я всё думала, почему ты на измену решился, — протянула Светлана. — Теперь понимаю. Не каждый выдержит такую жену.
— Ч-что?.. — я онемела от шока
Как мой кошмар воплотился в реальность? Как стал правдой до таких пугающих мелочей?..
— Никуда я не пойду, — я стиснула дверную ручку. — Я в своём доме. А она тут —никто!
И я ткнула дрожащим пальцем в натянувшую на себя одеяло Светлану. Любовница мужа в ответ обожгла меня ненавидящим взглядом.
— Надежда, прекрати вести себя как базарная баба! — рявкнул муж. — Я попросил тебя выйти. Дай Светлане одеться, и позже поговорим.
— Я всё думала, почему ты на измену решился, — протянула Светлана. — Теперь понимаю. Не каждый выдержит такую жену.
— Не брала мамочка у грымзы бусики. Они все врут. И ты должен найти настоящих преступников, — говорит девочка.
— Значит, должен? — я давлюсь смешком, но пытаюсь сохранять суровое выражение лица. Вот же заноза.
— Да, — кивает серьезно.
— Становится все интереснее. Уже чувствую, что будут проблемы.
— Не бойся, — заявляет Варюша. — Я тебе помогу.
— Чем же?
Не первый год в полиции. Десятки раскрытых преступлений. Допросы самых отбитых жуликов. И все это не подготовило меня к этому допросу с пристрастием от занозы с бантом.
— Я грымзе на платье томатную пасту вылила. Ох, как она кричала, — мелкая закрывает уши ладошками и зажмуривается. — Ты ведь спасешь мою маму? Ты ведь самый главный и сильный, — и ресничками хлоп, хлоп.
Разве я могу отказать ребенку? Вот только я не знал, что Варина мама это моя бывшая. Эх, Лиза Карамелькина, ну во что же ты вляпалась? И почему твоя дочь так сильно похожа на меня?
— Значит, должен? — я давлюсь смешком, но пытаюсь сохранять суровое выражение лица. Вот же заноза.
— Да, — кивает серьезно.
— Становится все интереснее. Уже чувствую, что будут проблемы.
— Не бойся, — заявляет Варюша. — Я тебе помогу.
— Чем же?
Не первый год в полиции. Десятки раскрытых преступлений. Допросы самых отбитых жуликов. И все это не подготовило меня к этому допросу с пристрастием от занозы с бантом.
— Я грымзе на платье томатную пасту вылила. Ох, как она кричала, — мелкая закрывает уши ладошками и зажмуривается. — Ты ведь спасешь мою маму? Ты ведь самый главный и сильный, — и ресничками хлоп, хлоп.
Разве я могу отказать ребенку? Вот только я не знал, что Варина мама это моя бывшая. Эх, Лиза Карамелькина, ну во что же ты вляпалась? И почему твоя дочь так сильно похожа на меня?
Вы верите, что можно влюбиться в соседского мальчишку, который младше на семь лет? Вот и я не верила. Пока не встретила ранней весной.
Моя жизнь после развода свернула не туда. Зря я не смогла перетерпеть расставание и в приступе вымораживающего одиночества позвала бывшего мужа обратно. Зря так жила четыре года. Терпела. Плакала в подушку от обиды и теряла себя.
И если бы не слепой случай, не шальная удача, то и не знала бы никогда, какое оно на вкус — весеннее счастье.
Моя жизнь после развода свернула не туда. Зря я не смогла перетерпеть расставание и в приступе вымораживающего одиночества позвала бывшего мужа обратно. Зря так жила четыре года. Терпела. Плакала в подушку от обиды и теряла себя.
И если бы не слепой случай, не шальная удача, то и не знала бы никогда, какое оно на вкус — весеннее счастье.
- Елена, я вас не отпускал! Немедленно вернитесь!
- Зачем? Чтоб слушать необоснованные обвинения? Вы же, Яромир Михайлович, уверены, что только вы всегда правы, - с вызовом бросила я своему боссу. - Даже тогда, когда неправы.
- Что за отвратительный характер! Почему я должен терпеть его!
- Можете не терпеть. Хотите, чтоб я написала заявление по собственному? Не дождётесь, - я не выдержала и показала боссу всем известную конфигурацию.
Державин, похоже, такого точно не ожидал.
Босс задохнулся от ярости, сжимая кулаки и рыкнул что-то невразумительное.
Мы сверлили друг друга взглядами - воздух искрился. Никто не хотел уступать...
Неуязвимый, бесстрастный и выдержанный впервые показал, что и он имеет слабые места. Я их найду! Это только самое начало.
Держись, Державин, я тебе не по зубам!
- Зачем? Чтоб слушать необоснованные обвинения? Вы же, Яромир Михайлович, уверены, что только вы всегда правы, - с вызовом бросила я своему боссу. - Даже тогда, когда неправы.
- Что за отвратительный характер! Почему я должен терпеть его!
- Можете не терпеть. Хотите, чтоб я написала заявление по собственному? Не дождётесь, - я не выдержала и показала боссу всем известную конфигурацию.
Державин, похоже, такого точно не ожидал.
Босс задохнулся от ярости, сжимая кулаки и рыкнул что-то невразумительное.
Мы сверлили друг друга взглядами - воздух искрился. Никто не хотел уступать...
Неуязвимый, бесстрастный и выдержанный впервые показал, что и он имеет слабые места. Я их найду! Это только самое начало.
Держись, Державин, я тебе не по зубам!
– У твоего мужа отношения.
Сестра словно обрушивает на меня ушат ледяной воды, и я во все глаза смотрю на Риту.
– Ты шутишь сейчас?! Какие такие отношения?!
Пожимает плечами и смотрит на меня с вызовом, испепеляет взглядом.
– У него любовница уже полгода. Так понятно?!
Сестра явно теряет терпение и бросает в меня слова, словно ядовитые дротики.
– Ты что такое говоришь?! Ты-то откуда знаешь? И откуда такое четкое «полгода»?! – сыплю вопросами на нервах, а сама буквально замираю, когда слышу страшный ответ:
– Я знаю. Сестра. Уж прости. Но у Ильи отношения со мной. Уже полгода.
Мне кажется, что где-то ударяет молнией и громом одновременно.
– Что?! – шепчу едва слышно.
– Это еще не все, - продолжает сестра добивая, - Я беременна. Беременна от твоего мужа, а ты… ты должна его отпустить и дать шанс нам с Ильей быть счастливыми, ты-то бесплодна и никогда не сможешь родить…
Сестра словно обрушивает на меня ушат ледяной воды, и я во все глаза смотрю на Риту.
– Ты шутишь сейчас?! Какие такие отношения?!
Пожимает плечами и смотрит на меня с вызовом, испепеляет взглядом.
– У него любовница уже полгода. Так понятно?!
Сестра явно теряет терпение и бросает в меня слова, словно ядовитые дротики.
– Ты что такое говоришь?! Ты-то откуда знаешь? И откуда такое четкое «полгода»?! – сыплю вопросами на нервах, а сама буквально замираю, когда слышу страшный ответ:
– Я знаю. Сестра. Уж прости. Но у Ильи отношения со мной. Уже полгода.
Мне кажется, что где-то ударяет молнией и громом одновременно.
– Что?! – шепчу едва слышно.
– Это еще не все, - продолжает сестра добивая, - Я беременна. Беременна от твоего мужа, а ты… ты должна его отпустить и дать шанс нам с Ильей быть счастливыми, ты-то бесплодна и никогда не сможешь родить…
Я толкнула неплотно закрытую дверь и замерла. На кровати лицом ко мне верхом на Эдике скакала эффектная брюнетка. Красная помада, дерзкая стрижка, маленькая подпрыгивающая грудь и прикрытые длинными ресницами глаза.
Через несколько секунд ресницы поднялись, и незнакомка увидела стоящую в дверях меня. Она вскрикнула и тут же слетела с Эдика, подхватывая тонкое одеяло и им прикрываясь. Растерянный Эдик сел на кровати.
– Мадлен, что происходит? – спросил он недовольно, проследил за взглядом брюнетки и увидел меня. Его глаза округлились, а губы задрожали. – Катя? Ты ведь должна быть на работе…
– А ты… На занятиях французским… Так вот что у тебя за занятия? Прости, только сейчас поняла, какой именно язык ты имел в виду…
Через несколько секунд ресницы поднялись, и незнакомка увидела стоящую в дверях меня. Она вскрикнула и тут же слетела с Эдика, подхватывая тонкое одеяло и им прикрываясь. Растерянный Эдик сел на кровати.
– Мадлен, что происходит? – спросил он недовольно, проследил за взглядом брюнетки и увидел меня. Его глаза округлились, а губы задрожали. – Катя? Ты ведь должна быть на работе…
– А ты… На занятиях французским… Так вот что у тебя за занятия? Прости, только сейчас поняла, какой именно язык ты имел в виду…
— Откроем брак на месяц. На тридцать дней... И если вдруг что-то пойдет не так, то вовремя это все...
— Прекратим?
— Да. Мы будем квиты.
На что я вообще согласилась? Для чего? Для спасения брака? Как можно спасти брак, подтолкнув себя и мужа к измене? Как? В голове не укладывается, но понимаю, что нужно попробовать, иначе развод, и правда, ждет через год...
— Хорошо. Только у меня одно условие...
Наш брак медленно, но верно катится в бездну, и единственное, что может помочь – открытый брак... Муж не против, а я боюсь потерять его, поэтому иду на этот сложный шаг.
— Прекратим?
— Да. Мы будем квиты.
На что я вообще согласилась? Для чего? Для спасения брака? Как можно спасти брак, подтолкнув себя и мужа к измене? Как? В голове не укладывается, но понимаю, что нужно попробовать, иначе развод, и правда, ждет через год...
— Хорошо. Только у меня одно условие...
Наш брак медленно, но верно катится в бездну, и единственное, что может помочь – открытый брак... Муж не против, а я боюсь потерять его, поэтому иду на этот сложный шаг.
— Потому что ты перестала бороться, — Марина откинулась на спинку стула. — Ты расслабилась. Перестала следить за собой. Посмотри на себя! Когда ты последний раз красила волосы? Ходила в спортзал? Носила что-то кроме этих мешковатых свитеров?
Ее слова обожгли, как кипяток.
— Ты думаешь, это я виновата? — голос мой дрожал.
— Не полностью, но частично — да, — она пожала плечами. — Мужчины — существа визуальные. Им нужна женщина, которая заставляет их чувствовать себя победителями. А ты… Ты превратилась в удобный тапочек.
Мой муж ушел от меня после десяти лет брака, а подруга, говорит что это я виновата.
Пять лет ада, страданий и я снова встречаю своего мужа. У него другая семья, он счастлив.
Но почему я все еще пересматриваю его фотографии с новой женой и слежу за их жизнью?
Ее слова обожгли, как кипяток.
— Ты думаешь, это я виновата? — голос мой дрожал.
— Не полностью, но частично — да, — она пожала плечами. — Мужчины — существа визуальные. Им нужна женщина, которая заставляет их чувствовать себя победителями. А ты… Ты превратилась в удобный тапочек.
Мой муж ушел от меня после десяти лет брака, а подруга, говорит что это я виновата.
Пять лет ада, страданий и я снова встречаю своего мужа. У него другая семья, он счастлив.
Но почему я все еще пересматриваю его фотографии с новой женой и слежу за их жизнью?
—Я не понял, ты что? — Кир надвигается на меня скалой, хмурит брови.
—Да, я тоже не догоняю, какого черта, Аня, ты сейчас ляпнула? Переезжаешь? С парнем? — Дэн следом за ним, перехватывает меня за руку и к стенке прижимает.
—Ребят, я…мне предложили…место в столице, это шанс…— Кир подходит впритык, отчего я перестаю дышать.
Дэн касается моего лица. Сталкиваемся телами. Разряд тока. Глаза в глаза.
—Ты с ним никуда не едешь, — цедят по слогам в унисон.
Мы были лучшими друзьями, но теперь наша дружба на троих омрачена ссорами и недомолвками. Я не понимаю, что мне делать дальше, потому что в присутствии своих друзей думаю совсем не о дружбе. И мне страшно, ведь у меня начались первые отношения с хорошим парнем.
—Да, я тоже не догоняю, какого черта, Аня, ты сейчас ляпнула? Переезжаешь? С парнем? — Дэн следом за ним, перехватывает меня за руку и к стенке прижимает.
—Ребят, я…мне предложили…место в столице, это шанс…— Кир подходит впритык, отчего я перестаю дышать.
Дэн касается моего лица. Сталкиваемся телами. Разряд тока. Глаза в глаза.
—Ты с ним никуда не едешь, — цедят по слогам в унисон.
Мы были лучшими друзьями, но теперь наша дружба на троих омрачена ссорами и недомолвками. Я не понимаю, что мне делать дальше, потому что в присутствии своих друзей думаю совсем не о дружбе. И мне страшно, ведь у меня начались первые отношения с хорошим парнем.
Она — дочь местного авторитета и цель, которую выбрали, чтобы ему отомстить.
Я — боец отряда Непобедимых и ее последняя надежда на спасение.
Моя миссия: защитить, уберечь и... не распускать руки.
И со всем этим я справляюсь на отлично… Ну-у, почти со всем!
Я — боец отряда Непобедимых и ее последняя надежда на спасение.
Моя миссия: защитить, уберечь и... не распускать руки.
И со всем этим я справляюсь на отлично… Ну-у, почти со всем!
Выберите полку для книги