Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
— Правила, — начинает он без предисловий. — Первое: никаких личных средств связи. Телефона у тебя нет, и не будет. Второе: выход за периметр — под запретом. Территория охраняется, попытка уйти будет расценена как враждебный акт. Третье: беспрекословное подчинение мне и Борису в вопросах безопасности. Твоя задача — быть невидимой, но находиться в пределах моей досягаемости. Ты теперь не помощница. Ты — обязательный атрибут моей безопасности. Живой щит, если угодно. Выхода, Сидорова, нет. Пока я не выясню, кто и как нас сегодня пытался размазать по асфальту.
Ярость поднимается во мне такой горячей волной, что на секунду перебивает страх.
— Вы не имеете права! Я не вещь! Я…
— Имею, — спокойно перебивает он. — Потому что в тот момент, когда ты села в мою машину, ты стала мишенью. Так же, как и я. Твоя «свобода» сейчас — это верная смерть где-нибудь в канаве. Здесь у тебя есть шанс. Хочешь им воспользоваться — слушайся. Нет — дверь на улицу открыта. Но учти, они уже знают твое лицо.
Ярость поднимается во мне такой горячей волной, что на секунду перебивает страх.
— Вы не имеете права! Я не вещь! Я…
— Имею, — спокойно перебивает он. — Потому что в тот момент, когда ты села в мою машину, ты стала мишенью. Так же, как и я. Твоя «свобода» сейчас — это верная смерть где-нибудь в канаве. Здесь у тебя есть шанс. Хочешь им воспользоваться — слушайся. Нет — дверь на улицу открыта. Но учти, они уже знают твое лицо.
— Ты встретил другую? — спрашиваю прямо.
Я боялась выпустить этот вопрос наружу, но я сильная, и я уже, кажется, знаю ответ.
— Да. Мы вместе уже год, — обескураживает муж. — Сегодня у нас годовщина.
Годовщина.
А мы вместе семь лет, и у нас сегодня тоже годовщина…
— Я ее люблю, Мир. Уж прости. У нее, кстати, сын есть…
— И ты… уходишь к ним? К женщине с чужим ребенком?
«Или… не с чужим?», — возникает мысль, которую я быстро отгоняю.
— Да. Я просто спал с тобой, но любил ее. Я часто у нее ночевал, когда не хотел идти домой. Прости.
Я смотрю на него. Просто спал?
— Это, кстати, Вика. Наша соседка, — шокирует муж. — Ты часто присматривала за ее сыном, помнишь? За что мы тебе очень благодарны. Если хочешь, можем взять тебя няней для сына, он к тебе уже привык. Что скажешь?
Скажу, что пришло время платить по счетам!
Что скажешь милый?
Я боялась выпустить этот вопрос наружу, но я сильная, и я уже, кажется, знаю ответ.
— Да. Мы вместе уже год, — обескураживает муж. — Сегодня у нас годовщина.
Годовщина.
А мы вместе семь лет, и у нас сегодня тоже годовщина…
— Я ее люблю, Мир. Уж прости. У нее, кстати, сын есть…
— И ты… уходишь к ним? К женщине с чужим ребенком?
«Или… не с чужим?», — возникает мысль, которую я быстро отгоняю.
— Да. Я просто спал с тобой, но любил ее. Я часто у нее ночевал, когда не хотел идти домой. Прости.
Я смотрю на него. Просто спал?
— Это, кстати, Вика. Наша соседка, — шокирует муж. — Ты часто присматривала за ее сыном, помнишь? За что мы тебе очень благодарны. Если хочешь, можем взять тебя няней для сына, он к тебе уже привык. Что скажешь?
Скажу, что пришло время платить по счетам!
Что скажешь милый?
Милена долгие годы мечтала о поездке в Домбай — сказочное место, где заснеженные вершины встречаются с небесной лазурью. Но путь к этим горам оказался куда сложнее, чем она представляла.
После болезненного разрыва с Игорем, который разрушил её мечты и оставил после себя лишь долги и угрозы, Милена решается на путешествие, способное стать точкой отсчёта новой жизни. В компании верных друзей она наконец оказывается в Домбае — но судьба готовит ей испытание: курорт накрывает лавина, и группа оказывается в снежном плену.
В экстремальных условиях раскрывается истинный характер людей. Именно тогда Милена встречает Кирилла — местного спасателя, который поначалу кажется ей самодовольным красавчиком. Между ними вспыхивает противостояние, но общая беда сближает их, заставляя увидеть друг в друге то, что было скрыто за первыми впечатлениями.
Смогут ли герои выбраться из снежного плена? И что ждёт Милену после того, как спадут оковы прошлого? Ответы — среди заснеженных вершин Домбая.
После болезненного разрыва с Игорем, который разрушил её мечты и оставил после себя лишь долги и угрозы, Милена решается на путешествие, способное стать точкой отсчёта новой жизни. В компании верных друзей она наконец оказывается в Домбае — но судьба готовит ей испытание: курорт накрывает лавина, и группа оказывается в снежном плену.
В экстремальных условиях раскрывается истинный характер людей. Именно тогда Милена встречает Кирилла — местного спасателя, который поначалу кажется ей самодовольным красавчиком. Между ними вспыхивает противостояние, но общая беда сближает их, заставляя увидеть друг в друге то, что было скрыто за первыми впечатлениями.
Смогут ли герои выбраться из снежного плена? И что ждёт Милену после того, как спадут оковы прошлого? Ответы — среди заснеженных вершин Домбая.
— Отец говорил, вы едете в отпуск… — замолкаю на секунду, встречая его взгляд. Он кивает, не перебивая. — Возьмите меня с собой.
Слова повисают в воздухе. Я сама осознаю их абсурдность: взрослая девушка просит чужого мужчину увезти её подальше от семьи, словно ребёнок, который хочет сбежать от наказания. Но в этот момент для меня это — единственный выход.
Арсений останавливается у окна. За стеклом — городской пейзаж, суетящиеся люди, машины, спешащие по своим делам. Он долго смотрит вдаль, будто ищет там ответ.
— Ты понимаешь, что это… нестандартное предложение? — наконец говорит он, не оборачиваясь. Голос звучит ровно, но в нём проскальзывает что‑то новое — не осуждение, а скорее осторожное любопытство.
— Понимаю, — отвечаю твёрдо, выпрямляя спину. — Но если я останусь, меня заставят выйти замуж. А я не хочу. Не могу.
Он медленно поворачивается. В его глазах — не жалость, а что‑то более ценное: понимание. Он подходит к столу, опирается на него, склоняет голову.
Слова повисают в воздухе. Я сама осознаю их абсурдность: взрослая девушка просит чужого мужчину увезти её подальше от семьи, словно ребёнок, который хочет сбежать от наказания. Но в этот момент для меня это — единственный выход.
Арсений останавливается у окна. За стеклом — городской пейзаж, суетящиеся люди, машины, спешащие по своим делам. Он долго смотрит вдаль, будто ищет там ответ.
— Ты понимаешь, что это… нестандартное предложение? — наконец говорит он, не оборачиваясь. Голос звучит ровно, но в нём проскальзывает что‑то новое — не осуждение, а скорее осторожное любопытство.
— Понимаю, — отвечаю твёрдо, выпрямляя спину. — Но если я останусь, меня заставят выйти замуж. А я не хочу. Не могу.
Он медленно поворачивается. В его глазах — не жалость, а что‑то более ценное: понимание. Он подходит к столу, опирается на него, склоняет голову.
Одна роковая ночь в покере и жизнь Есении летит под откос. Муж ставит на кон свою жену. И проигрывает. Три месяца в качестве живой расплаты и долг будет забыт. Но когда её привозят в огромный дом, она понимает, что это не случайность. Это ловушка, расставленная Саидом. Мужчиной из её прошлого, которого она когда-то любила до безумия и от которого она когда-то сбежала. У него есть три месяца, чтобы заставить ее вспомнить каждую секунду их прошлого и заплатить за предательство.
Тонкая граница между лютой ненавистью и всепоглощающей страстью.
Тонкая граница между лютой ненавистью и всепоглощающей страстью.
Инга, лишившаяся ребёнка и зрения, цепляется за мужа, который отдаляется с каждым днём. Её одиночество и уязвимость становятся мишенью для доброго соседа, чья навязчивая "забота" быстро перерастает в опасную одержимость. Сможет ли Инга, ослеплённая горем и обманом, разглядеть опасность, пока не стало слишком поздно?
Бывший присел на корточки. Его взгляд, властный и пронзительный, мгновенно приковал к себе мою маленькую дочь.
– Привет, меня зовут Влад.
– А я Мальвина.
Он не сводил глаз с малышки.
– Какая у тебя родинка интересная над верхней губой…
– Как у папы! – воскликнула дочка.
Если у Влада еще были хоть какие-то сомнения, то сейчас их не осталось.
– Интересно… – мужчина медленно выпрямился, и его глаза, полные новой, опасной искры, обратились ко мне. – А где твой папа, Мальвина?
В прошлом я любила Влада Орлова больше жизни, а он с легкостью променял меня на другую. А я в отместку скрыла свою беременность и исчезла из его жизни.
И вот спустя пять лет мы случайно встретились...
Моя озорная Мальвина... она так на него похожа... Эта родинка над верхней губой...
Я должна ненавидеть его... но... его появление пробудило вновь забытые чувства.
– Привет, меня зовут Влад.
– А я Мальвина.
Он не сводил глаз с малышки.
– Какая у тебя родинка интересная над верхней губой…
– Как у папы! – воскликнула дочка.
Если у Влада еще были хоть какие-то сомнения, то сейчас их не осталось.
– Интересно… – мужчина медленно выпрямился, и его глаза, полные новой, опасной искры, обратились ко мне. – А где твой папа, Мальвина?
В прошлом я любила Влада Орлова больше жизни, а он с легкостью променял меня на другую. А я в отместку скрыла свою беременность и исчезла из его жизни.
И вот спустя пять лет мы случайно встретились...
Моя озорная Мальвина... она так на него похожа... Эта родинка над верхней губой...
Я должна ненавидеть его... но... его появление пробудило вновь забытые чувства.
Он ворвался в мою квартиру с раной после перестрелки. Я хотела лишь помочь, но стоило ему снять рубашку, и стало ясно, что опасность исходит не только от тех, кто ищет его с оружием. Теперь в моей квартире живёт мужчина, втянутый во что-то смертельно серьёзное… и смотрящий на меня так, будто знает все мои тайные желания.
У меня остаётся только один вопрос: спасла ли я его… или впустила беду в обличии своего тайного Санты?
У меня остаётся только один вопрос: спасла ли я его… или впустила беду в обличии своего тайного Санты?
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ🔥
— Виталина вернулась, и я её не упущу, — спокойно произносит муж, держа любовницу за талию прямо в нашем доме. — Посмотри на себя. Вечно растрёпанная, уставшая, неинтересная. Ты уже давно не женщина, Агата. Ты просто скучная, потрёпанная вещь, которая давно потеряла свой вид и ценность. Такая, знаешь, которую жалко выбросить, но и пользоваться больше невозможно.
Эти слова он бросает прямо мне в лицо, даже не скрывая презрения. На руках испуганно всхлипывает сын. Наш сын. А он даже не замечает.
В одно мгновение рушится всё: дом, семья, любовь и вера в себя. Моя жизнь рассыпается, превращаясь в пепел, а я стою и не знаю, как дышать дальше.
Что делать, когда мужчина, ради которого ты жила, прямо на твоих глазах выбирает другую?
— Виталина вернулась, и я её не упущу, — спокойно произносит муж, держа любовницу за талию прямо в нашем доме. — Посмотри на себя. Вечно растрёпанная, уставшая, неинтересная. Ты уже давно не женщина, Агата. Ты просто скучная, потрёпанная вещь, которая давно потеряла свой вид и ценность. Такая, знаешь, которую жалко выбросить, но и пользоваться больше невозможно.
Эти слова он бросает прямо мне в лицо, даже не скрывая презрения. На руках испуганно всхлипывает сын. Наш сын. А он даже не замечает.
В одно мгновение рушится всё: дом, семья, любовь и вера в себя. Моя жизнь рассыпается, превращаясь в пепел, а я стою и не знаю, как дышать дальше.
Что делать, когда мужчина, ради которого ты жила, прямо на твоих глазах выбирает другую?
Не было печали, пока Верховной невесте местного божества сердобольная бабушка не сделала роскошный подарок к виде невероятно красивого, многому обученного раба. Рядом с таким, будет куда сложнее сохранить клятву, и остаться чистой для своего бога.
— Ладно, скажи, чему тебя обучали? Возможно, я смогу найти для тебя дело.
— Меня обучали ублажать женщин, госпожа.
— Ладно, скажи, чему тебя обучали? Возможно, я смогу найти для тебя дело.
— Меня обучали ублажать женщин, госпожа.
Выберите полку для книги