Книги по тегу «принуждение»: ""
– Ты слишком молодая для училки. И слишком красивая, – говорит он порочным шёпотом. – Решила докопаться до моего сына, чтобы привлечь моё внимание? Что ж, у тебя получилось.
– Что вы себе позволяете?
– Я себе позволяю всё.
Он вдавливает меня в школьную доску. Внутри меня всё пылает так, что ноги подгибаются.
– Продолжим у меня дома, – хищно скалится Гордей. – И только попробуй в этот раз сбежать.
Я учительница. Он отец ученика.
Мне нельзя его хотеть. Ему нельзя меня трогать.
Но Гордей Усманов всегда нарушает правила первым.
Он загоняет меня в угол, говорит опасным голосом, смотрит так, будто уже знает, как я буду стонать.
Он хочет меня. Грязно. Ненасытно.
И мне всё труднее делать вид, что я к нему равнодушна.
А когда возвращается его бывшая жена, которую все считали умершей, становится ясно: это не любовный роман.
Это война за мужчину, который не знает слова «остановись».
– Что вы себе позволяете?
– Я себе позволяю всё.
Он вдавливает меня в школьную доску. Внутри меня всё пылает так, что ноги подгибаются.
– Продолжим у меня дома, – хищно скалится Гордей. – И только попробуй в этот раз сбежать.
Я учительница. Он отец ученика.
Мне нельзя его хотеть. Ему нельзя меня трогать.
Но Гордей Усманов всегда нарушает правила первым.
Он загоняет меня в угол, говорит опасным голосом, смотрит так, будто уже знает, как я буду стонать.
Он хочет меня. Грязно. Ненасытно.
И мне всё труднее делать вид, что я к нему равнодушна.
А когда возвращается его бывшая жена, которую все считали умершей, становится ясно: это не любовный роман.
Это война за мужчину, который не знает слова «остановись».
Снежный капкан. Стая волков. И дом, в котором лучше было бы не просыпаться.
Ника и её друзья искали укрытия от стихии, но попали во владения существа, чья сила не знает границ.
Он вежливый, гостеприимный, но его доброта имеет весьма горький привкус.
Он спас друзей от когтей хищников, но кто спасет Нику от него самого?
В качестве оплаты за спасение он заберет самое ценное.
И это не жизнь.
Ника и её друзья искали укрытия от стихии, но попали во владения существа, чья сила не знает границ.
Он вежливый, гостеприимный, но его доброта имеет весьма горький привкус.
Он спас друзей от когтей хищников, но кто спасет Нику от него самого?
В качестве оплаты за спасение он заберет самое ценное.
И это не жизнь.
Она вышла замуж за его сына.
Но попала во власть отца.
Одна ошибка.
Один взгляд.
И граница, которую нельзя было переступать, рушится безвозвратно.
Он — зрелый, опасно притягательный мужчина.
Она — слишком голодная до чувств, слишком слабая перед тем, кто знает, как брать.
Их тянет друг к другу вопреки разуму, морали и страху.
Когда желание становится навязчивым.
Когда запрет лишь разжигает пламя.
Когда остановиться уже невозможно.
Он не просит.
Он решает.
И если он сказал: «Я заберу тебя», — значит, так и будет.
Запретная страсть.
Турецкий темперамент.
Любовь, которая разрушает всё — кроме желания.
Но попала во власть отца.
Одна ошибка.
Один взгляд.
И граница, которую нельзя было переступать, рушится безвозвратно.
Он — зрелый, опасно притягательный мужчина.
Она — слишком голодная до чувств, слишком слабая перед тем, кто знает, как брать.
Их тянет друг к другу вопреки разуму, морали и страху.
Когда желание становится навязчивым.
Когда запрет лишь разжигает пламя.
Когда остановиться уже невозможно.
Он не просит.
Он решает.
И если он сказал: «Я заберу тебя», — значит, так и будет.
Запретная страсть.
Турецкий темперамент.
Любовь, которая разрушает всё — кроме желания.
Лидия, женщина из XXI века, приходит в себя в теле юной дворянки и почти сразу теряет всё: дом, семью, свободу. Набег. Плен. Дорога через кровь и страх — к невольничьим рынкам Крыма и дальше, в сердце Османской империи.
Её продают как товар. Ломают, оценивают, желают.
Но внутри — не покорная девица, а человек из будущего, который знает цену жизни и не собирается сдаваться.
Стамбул станет для неё клеткой… или началом опасной игры, где красота — оружие, ум — единственный шанс на выживание, а ошибка стоит слишком дорого.
Её продают как товар. Ломают, оценивают, желают.
Но внутри — не покорная девица, а человек из будущего, который знает цену жизни и не собирается сдаваться.
Стамбул станет для неё клеткой… или началом опасной игры, где красота — оружие, ум — единственный шанс на выживание, а ошибка стоит слишком дорого.
- Делайте, что хотите, но девка должна забеременеть! Мужика потом в расход. За его папашей мы отправимся, когда будет наследник.
- С первого раза может не получиться, - мнется тучная тетка в белом халате. – Возможно, нам придется повторять процедуру. И не раз.
- Мне пофиг! Я дал этой дуре три месяца на то, чтобы залететь. Если она за такой срок не смогла попасть к нему в кровать, то пусть теперь терпит.
История Германа Боровского, брата майора Егора Боровского
Однотомник. ХЭ
Очень горячо. Сильная героиня.
- С первого раза может не получиться, - мнется тучная тетка в белом халате. – Возможно, нам придется повторять процедуру. И не раз.
- Мне пофиг! Я дал этой дуре три месяца на то, чтобы залететь. Если она за такой срок не смогла попасть к нему в кровать, то пусть теперь терпит.
История Германа Боровского, брата майора Егора Боровского
Однотомник. ХЭ
Очень горячо. Сильная героиня.
Меня продали под видом выгодного брака.
Я бежала от жениха, которого никогда не видела.
Говорят, он жесток.
Говорят, слуги его боятся.
Говорят, он старый импотент.
В лесу я замёрзла почти насмерть…
И нашла дом.
Хозяин не назвал имени, только смотрел так, будто видел меня насквозь.
Я назвала его Красавчиком, чтобы не бояться.
– Ты понимаешь, что я не спасаю бесплатно? – его низкий шёпот обжигает мою шею.
– Но у меня совсем нет денег, – взволнованно отвечаю я.
– У тебя есть кое-что другое, – его ладонь скользит по моему бедру, задирая платье.
Его условия были ясны. Плата за спасение – я сама. Моя невинность, отданная не старому монстру в законном браке, а красивому и смертельно опасному хищнику в его лесной чаще.
Я бежала от жениха, которого никогда не видела.
Говорят, он жесток.
Говорят, слуги его боятся.
Говорят, он старый импотент.
В лесу я замёрзла почти насмерть…
И нашла дом.
Хозяин не назвал имени, только смотрел так, будто видел меня насквозь.
Я назвала его Красавчиком, чтобы не бояться.
– Ты понимаешь, что я не спасаю бесплатно? – его низкий шёпот обжигает мою шею.
– Но у меня совсем нет денег, – взволнованно отвечаю я.
– У тебя есть кое-что другое, – его ладонь скользит по моему бедру, задирая платье.
Его условия были ясны. Плата за спасение – я сама. Моя невинность, отданная не старому монстру в законном браке, а красивому и смертельно опасному хищнику в его лесной чаще.
Он – ректор Академии магии. Всесильный. Неприступный. Могущественный.
Она – студентка-первокурсница. Его наваждение и единственная слабость.
Их связь – это грех, за который придётся дорого заплатить. Когда правду раскрывает тот, кто жаждет мести, Лиане и Кассиану предстоит сделать выбор: разорвать порочную связь или вступить в опасный союз против всего мира. Даже если этот мир готов растоптать их.
Страсть, которая начинается как приказ. Власть, которая становится зависимостью. Любовь, которая рождается в пламени запрета.
Она – студентка-первокурсница. Его наваждение и единственная слабость.
Их связь – это грех, за который придётся дорого заплатить. Когда правду раскрывает тот, кто жаждет мести, Лиане и Кассиану предстоит сделать выбор: разорвать порочную связь или вступить в опасный союз против всего мира. Даже если этот мир готов растоптать их.
Страсть, которая начинается как приказ. Власть, которая становится зависимостью. Любовь, которая рождается в пламени запрета.
— Сначала я попробую твои блины, красавица. А потом попробую тебя.
Буквально час назад я дала по лицу этому наглому и опасному кавказцу за то, что распускал руки и пытался забраться мне под платье…
А сейчас от этого мерзавца зависит не только моя карьера, но и жизнь дорогого мне человека.
Едва делаю шаг назад, он отрезает мне выход из кабинета.
Прижимает меня к себе, едва не касается губами.
— Я знаю, что от меня зависит твоя жизнь, — усмехается мерзавец, — имей в виду, красавица, тебе придётся ОЧЕНЬ постараться, чтобы сохранить работу и спасти того, кто тебе дорог…
Буквально час назад я дала по лицу этому наглому и опасному кавказцу за то, что распускал руки и пытался забраться мне под платье…
А сейчас от этого мерзавца зависит не только моя карьера, но и жизнь дорогого мне человека.
Едва делаю шаг назад, он отрезает мне выход из кабинета.
Прижимает меня к себе, едва не касается губами.
— Я знаю, что от меня зависит твоя жизнь, — усмехается мерзавец, — имей в виду, красавица, тебе придётся ОЧЕНЬ постараться, чтобы сохранить работу и спасти того, кто тебе дорог…
Муж изменил, и я ушла. Приютил меня друг сына — молодой парень, который смотрит так, будто я — не мать его друга, а женщина, о которой он мечтал годами.
Иногда наступает момент, когда стоит бросить всё и начать жизнь с чистого листа. Одинокая деревенская изба тоже может стать уютным домом, особенно если в ней есть тёплая печка и в перспективе можно провести интернет.
Но, получая наследство, нельзя отказаться от его части, и приходится принимать не только дом и хлам, но и невыплаченные долги.
Жизнь в деревне могла бы стать тихой и приятной, но ошибка бабушки, допущенная в далёком прошлом, оставила в пространстве трещину, и теперь через неё пытается проникнуть нечто чудовищное и жуткое, чему здесь не место. И никто не сможет остановить его.
Но что, если на самом деле останавливать и не нужно? А нужно… помочь? Дать изучить и подарить шанс на новую жизнь не только себе, но и кому-то чуждому самой сути бытия?
Остаётся лишь вопрос: как не сойти с ума от кошмаров, через которые придётся пройти прежде, чем мир восстановит равновесие.
Но, получая наследство, нельзя отказаться от его части, и приходится принимать не только дом и хлам, но и невыплаченные долги.
Жизнь в деревне могла бы стать тихой и приятной, но ошибка бабушки, допущенная в далёком прошлом, оставила в пространстве трещину, и теперь через неё пытается проникнуть нечто чудовищное и жуткое, чему здесь не место. И никто не сможет остановить его.
Но что, если на самом деле останавливать и не нужно? А нужно… помочь? Дать изучить и подарить шанс на новую жизнь не только себе, но и кому-то чуждому самой сути бытия?
Остаётся лишь вопрос: как не сойти с ума от кошмаров, через которые придётся пройти прежде, чем мир восстановит равновесие.
Выберите полку для книги