Книги по тегу «противостояние характеров»: ""
— Никакого развода не будет, Даша! — муж рычит так, что у меня закладывает уши. — Ты моя жена, и ничто этого не изменит.
— Да неужели? А любовницу куда денешь? В Сибирь сошлешь и сделаешь вид, что она мне померещилась?
— Никуда я ее девать не собираюсь. Она останется со мной, а ты примешь это как данность. Будете по бутикам и салонам вместе скакать, улыбаться друг другу да языки чесать за чашками кофе. И чтобы никаких склок, истерик и интриг не было, поняла меня?!
— Да ни за что! — выкрикиваю, задыхаясь от возмущения. — Я требую развод!
— Молчи, женщина! Все будет так, как я сказал!
***
Десять лет брака превратились в пепел ровно в тот момент, когда я застукала мужа с любовницей на нашей кухне.
И не просто застукала, а поняла, что он собирается жить на два дома.
Но Демид просчитался, решив, что я буду терпеть его двойную жизнь. Так что пусть катится со своей полигамной любовью на все четыре стороны.
— Да неужели? А любовницу куда денешь? В Сибирь сошлешь и сделаешь вид, что она мне померещилась?
— Никуда я ее девать не собираюсь. Она останется со мной, а ты примешь это как данность. Будете по бутикам и салонам вместе скакать, улыбаться друг другу да языки чесать за чашками кофе. И чтобы никаких склок, истерик и интриг не было, поняла меня?!
— Да ни за что! — выкрикиваю, задыхаясь от возмущения. — Я требую развод!
— Молчи, женщина! Все будет так, как я сказал!
***
Десять лет брака превратились в пепел ровно в тот момент, когда я застукала мужа с любовницей на нашей кухне.
И не просто застукала, а поняла, что он собирается жить на два дома.
Но Демид просчитался, решив, что я буду терпеть его двойную жизнь. Так что пусть катится со своей полигамной любовью на все четыре стороны.
Просто лишиться невинности со свободным, которого ненавижу. Просто кекс. Могу, умею, практикую.
— Только один раз, — ставлю ему условие.
— Одним разом все не закончится, — самоуверенно заявляет этот привлекательный до дрожи сводный гад.
— Не думаю, что ты меня так впечатлишь, — фыркаю, а сама разглядываю его обнаженное тело с грязными мыслишками.
— Спорим, что ты попросишь еще, после первого раза? — нависает надо мной. — Я слишком хорош в кексе.
— Давай так? Кто первый откажется выполнять хотелку другого, тот сваливает насовсем? Как раз и женщиной меня сделаем, и проблему проживания решим.
— Только один раз, — ставлю ему условие.
— Одним разом все не закончится, — самоуверенно заявляет этот привлекательный до дрожи сводный гад.
— Не думаю, что ты меня так впечатлишь, — фыркаю, а сама разглядываю его обнаженное тело с грязными мыслишками.
— Спорим, что ты попросишь еще, после первого раза? — нависает надо мной. — Я слишком хорош в кексе.
— Давай так? Кто первый откажется выполнять хотелку другого, тот сваливает насовсем? Как раз и женщиной меня сделаем, и проблему проживания решим.
- Там моя младшая сестра Кристина. Попробуешь залезть к ней под юбку, то я самолично выдерну твои кокушки с корнем и ничего мне за это не будет. Уловил?
- А если попробую залезть к тебе? – утробно рычу в ответ.
Её близость и угрозы неожиданно заводят, особенно холод голубых глаз, на дне которых адская пучина.
- Попробуй. Кто ж тебе запрещает, – ухмыляется Алмазова.
Стойкий шлейф её парфюма буквально пропитывает мой мозг... И не только его.
- А если попробую залезть к тебе? – утробно рычу в ответ.
Её близость и угрозы неожиданно заводят, особенно холод голубых глаз, на дне которых адская пучина.
- Попробуй. Кто ж тебе запрещает, – ухмыляется Алмазова.
Стойкий шлейф её парфюма буквально пропитывает мой мозг... И не только его.
- Ну и кто здесь у вас самый главный? Позовите его сейчас же!
- Иначе мы будем жаловаться! В этот, как его… Минздрав!
Все бы ничего, но голоса, которые угрожают мне расправой, принадлежат двум очаровательным девочкам.
- Нас какая-то злая тетька к маме в палату не пускает! Мы уже и халаты надели, в шлепки переобулись… А она все равно не пускает! Говорит, детям в реанимацию не положено!
- И еще, если мама через две недели не поправится, нас отдадут в приют! Как будто мы ничейные… А мы - чейные! Мамины!
- А еще у нас папа есть! Он большой и сильный. Работает главным врачом больницы скорой помощи!
- Ты - наш папа!
Ну, чтобы положительные тесты на беременность мне предъявляли - было. Но чтобы живых детей…
К тому же, есть нюанс. После тяжелой болезни отцом я больше стать не могу.
Буду разбираться что за аферистка мне их подсунула!
- Иначе мы будем жаловаться! В этот, как его… Минздрав!
Все бы ничего, но голоса, которые угрожают мне расправой, принадлежат двум очаровательным девочкам.
- Нас какая-то злая тетька к маме в палату не пускает! Мы уже и халаты надели, в шлепки переобулись… А она все равно не пускает! Говорит, детям в реанимацию не положено!
- И еще, если мама через две недели не поправится, нас отдадут в приют! Как будто мы ничейные… А мы - чейные! Мамины!
- А еще у нас папа есть! Он большой и сильный. Работает главным врачом больницы скорой помощи!
- Ты - наш папа!
Ну, чтобы положительные тесты на беременность мне предъявляли - было. Но чтобы живых детей…
К тому же, есть нюанс. После тяжелой болезни отцом я больше стать не могу.
Буду разбираться что за аферистка мне их подсунула!
— Ты слишком наивна, если думаешь, что эти мужики будут подчиняться тебе так же, как и офисные крысы, которыми ты привыкла управлять, — на меня посмотрели прожигающим взглядом, нагло облизывая с ног до головы.
— Ну ты же подчиняешься, — усмехнулась я и присела на край стола закидывая ногу на ногу. — И у ног моих сидишь, и из рук моих есть будешь.
Мужчина резко напрягся, а в следующий миг, я уже была придавлена его телом.
— Ты кем себя возомнила? — рыкнул он мне в губы.
— Боссом, — ответила всё так же уверенно, но внутри всё задрожало от предвкушения чего-то горяченького.
***
Мне пришлось бросить высокооплачиваемую должность, постоянного любовника, город и вернуться туда, куда клялась не возвращаться. И всё ради чего? Чтобы на первом же собрании встретить того, чьи глаза остались целы только потому, что у нас разные весовые категории.
И этот чудак решил, что ему всё можно. И меня! И отцовский бизнес! И землю в придачу! И кто сказал, что неженское это дело управлять?
— Ну ты же подчиняешься, — усмехнулась я и присела на край стола закидывая ногу на ногу. — И у ног моих сидишь, и из рук моих есть будешь.
Мужчина резко напрягся, а в следующий миг, я уже была придавлена его телом.
— Ты кем себя возомнила? — рыкнул он мне в губы.
— Боссом, — ответила всё так же уверенно, но внутри всё задрожало от предвкушения чего-то горяченького.
***
Мне пришлось бросить высокооплачиваемую должность, постоянного любовника, город и вернуться туда, куда клялась не возвращаться. И всё ради чего? Чтобы на первом же собрании встретить того, чьи глаза остались целы только потому, что у нас разные весовые категории.
И этот чудак решил, что ему всё можно. И меня! И отцовский бизнес! И землю в придачу! И кто сказал, что неженское это дело управлять?
Миша Светлый далеко не так светел, как его фамилия. Скорее, он — кромешная тьма в дорогом костюме: бандит, брутал, бабник, владелец внушительной коллекции машин и завидных усов, циник до мозга костей и балагур. Его жизнь – череда прибыльных «сделок», коротких романов и громких вечеринок.
Но однажды на его пути встречается Карловна...
Она совершенно не в его вкусе – ни грамма силикона, ни намёка на леопардовый принт. Но почему-то Миша и не думает отступать.
«- Вера Карловна… А может, хватит тут воздух сотрясать? Давайте я вас подвезу, а? Посидим где-нибудь, кофейку выпьем. В неформальной, так сказать, обстановке обсудим эту вашу педагогику.
- Спасибо, — цедит холодно. - Я не пользуюсь услугами сомнительных извозчиков. Займитесь лучше, воспитание племянника, Михаил. Разговор окончен.
Чёрт! Она даже уходит так, будто ставит двойку в журнал. Мол, «тема не раскрыта, идите, учите».
Но однажды на его пути встречается Карловна...
Она совершенно не в его вкусе – ни грамма силикона, ни намёка на леопардовый принт. Но почему-то Миша и не думает отступать.
«- Вера Карловна… А может, хватит тут воздух сотрясать? Давайте я вас подвезу, а? Посидим где-нибудь, кофейку выпьем. В неформальной, так сказать, обстановке обсудим эту вашу педагогику.
- Спасибо, — цедит холодно. - Я не пользуюсь услугами сомнительных извозчиков. Займитесь лучше, воспитание племянника, Михаил. Разговор окончен.
Чёрт! Она даже уходит так, будто ставит двойку в журнал. Мол, «тема не раскрыта, идите, учите».
Я — Алексей, нефтяной магнат. Жизнь у меня под контролем: нефть качается, деньги текут, нервы держатся на замке. Но Новый год решил проверить, насколько крепки эти нервы.
Сначала чуть не расщедрился на ёлку дороже моей первой буровой. На дороге меня почти соблазняет рыжая фурия — с темпераментом урагана и тормозами уровня «ноль».
А когда я уже думаю, что хуже быть не может, в моем чулане обнаружилась девчонка. И нет, она ни разу не моя.
Да ты, Дед Мороз, совсем с катушек слетел?!
Сначала чуть не расщедрился на ёлку дороже моей первой буровой. На дороге меня почти соблазняет рыжая фурия — с темпераментом урагана и тормозами уровня «ноль».
А когда я уже думаю, что хуже быть не может, в моем чулане обнаружилась девчонка. И нет, она ни разу не моя.
Да ты, Дед Мороз, совсем с катушек слетел?!
«Дарагой дедушка морос. Пажалуста падари мне на новый год папу»
По телу пробежала холодная дрожь. Я не знала, что у моей дочери есть заветное желание… Да ещё такое. Да, она как-то говорила, что хочет, чтобы у неё был папа, но разве я могла подумать, что дочка попросит его у Деда Мороза?..
И что мне теперь делать? Где я ей папу сейчас возьму? Ладно, придётся сказать, что Дедушка Мороз перепутал — старенький, что с него взять? — и принёс медведя вместо папы…
Надеюсь, дочь не сильно расстроится.
И тут домофон настойчиво зазвонил. Интересно, кого это принесло?
— Аглая Сергеевна, это Морозов. По срочному делу, — услышала я раздраженный чуть хрипловатый мужской голос.
Вот только его мне для полного счастья не хватало! Что ему понадобилось от меня в самый канун Нового года?..
По телу пробежала холодная дрожь. Я не знала, что у моей дочери есть заветное желание… Да ещё такое. Да, она как-то говорила, что хочет, чтобы у неё был папа, но разве я могла подумать, что дочка попросит его у Деда Мороза?..
И что мне теперь делать? Где я ей папу сейчас возьму? Ладно, придётся сказать, что Дедушка Мороз перепутал — старенький, что с него взять? — и принёс медведя вместо папы…
Надеюсь, дочь не сильно расстроится.
И тут домофон настойчиво зазвонил. Интересно, кого это принесло?
— Аглая Сергеевна, это Морозов. По срочному делу, — услышала я раздраженный чуть хрипловатый мужской голос.
Вот только его мне для полного счастья не хватало! Что ему понадобилось от меня в самый канун Нового года?..
🔥 Добавлен Эпилог + текст отредактирован
— Перед камерами ты будешь изображать мою девушку, — спокойно объясняет мажор, пока мой рот раскрывается от удивления.
— А если я откажусь?
— Такого варианта нет, — ухмыляется он.
— И что я должна делать?
Мажор самодовольно улыбается, его хищный взгляд не предвещает ничего хорошего:
— В контракте всё указано.
----------
В университете я Маруся — серая мышка на грани отчисления из-за неоплаченного семестра.
Но стоит мне надеть маску и вплести цветные пряди в косы, как я становлюсь Мару́ — дерзкой танцовщицей, которую никто не знает в лицо.
Одна пощёчина всё меняет.
Наглый мажор, которого я поставила на место, узнаёт мой секрет. Теперь я должна притвориться его девушкой. Иначе все университете узнают, кто скрывается за маской Мару.
ХЭ
— Перед камерами ты будешь изображать мою девушку, — спокойно объясняет мажор, пока мой рот раскрывается от удивления.
— А если я откажусь?
— Такого варианта нет, — ухмыляется он.
— И что я должна делать?
Мажор самодовольно улыбается, его хищный взгляд не предвещает ничего хорошего:
— В контракте всё указано.
----------
В университете я Маруся — серая мышка на грани отчисления из-за неоплаченного семестра.
Но стоит мне надеть маску и вплести цветные пряди в косы, как я становлюсь Мару́ — дерзкой танцовщицей, которую никто не знает в лицо.
Одна пощёчина всё меняет.
Наглый мажор, которого я поставила на место, узнаёт мой секрет. Теперь я должна притвориться его девушкой. Иначе все университете узнают, кто скрывается за маской Мару.
ХЭ
— Я с тобой развожусь, — с ледяным равнодушием произносит мой муж.
— Почему, Гамзат? — растерянно шепчу я.
На белоснежной простыне следы крови.
Доказательство моей невинности.
— У нас с тобой был временный брак, — шепчет он, обдавая горячим жаром мои губы, — Неужели ты думала, что я сделаю своей женой такую девку как ты?
— Но ты ведь взял меня в жены! — кричу я.
— Я просто взял тебя, — говорит он. — Попробовал. И мне не понравилось. Я с тобой развожусь и уже завтра женюсь на достойной девушке. А ты, если так сильно хочешь остаться в моей семье, то так уж и быть, станешь моей второй женой. Если заслужишь…
***
Гамзат Юсупов — брат моего бывшего мужа.
Мужчина, который спас меня от позора и приговора старейшин… чтобы самому стать моим палачом.
Уйти от него — подписать себе приговор.
А остаться… значит принадлежать только ему.
— Почему, Гамзат? — растерянно шепчу я.
На белоснежной простыне следы крови.
Доказательство моей невинности.
— У нас с тобой был временный брак, — шепчет он, обдавая горячим жаром мои губы, — Неужели ты думала, что я сделаю своей женой такую девку как ты?
— Но ты ведь взял меня в жены! — кричу я.
— Я просто взял тебя, — говорит он. — Попробовал. И мне не понравилось. Я с тобой развожусь и уже завтра женюсь на достойной девушке. А ты, если так сильно хочешь остаться в моей семье, то так уж и быть, станешь моей второй женой. Если заслужишь…
***
Гамзат Юсупов — брат моего бывшего мужа.
Мужчина, который спас меня от позора и приговора старейшин… чтобы самому стать моим палачом.
Уйти от него — подписать себе приговор.
А остаться… значит принадлежать только ему.
Выберите полку для книги