Книги по тегу «разница в возрасте»: ""
Я всю жизнь скрывала свою суть. В нашей стае жестокие законы: если рождается самка с даром Лунной магии, она обязана принадлежать двум самым сильным воинам. Я думала, что смогу обмануть природу, блокируя свой запах зельями. Но во время Дикого Гона мой щит рухнул.
Теперь на меня открыта охота, и победителями стали они. Альфа стаи — безжалостный, пугающий до дрожи доминант, не терпящий отказов. И его Бета — опасный, грациозный хищник, чья нежность обжигает сильнее огня.
Они лучшие друзья и смертоносные воины, которые привыкли делить поле боя. Теперь им предстоит разделить меня. Я думала, что стану их пленницей, но они решили сделать меня своей Богиней. Вот только выдержит ли мое тело ту всепоглощающую, первобытную страсть, которую обрушат на меня два диких зверя?
Теперь на меня открыта охота, и победителями стали они. Альфа стаи — безжалостный, пугающий до дрожи доминант, не терпящий отказов. И его Бета — опасный, грациозный хищник, чья нежность обжигает сильнее огня.
Они лучшие друзья и смертоносные воины, которые привыкли делить поле боя. Теперь им предстоит разделить меня. Я думала, что стану их пленницей, но они решили сделать меня своей Богиней. Вот только выдержит ли мое тело ту всепоглощающую, первобытную страсть, которую обрушат на меня два диких зверя?
– В машину сядешь сама или тебе помочь, принцесса?
Мой отец – генерал решил, что мне, взрослой и самостоятельной девушке, срочно нужна нянька. И приставил ко мне этого… ворчливого опера, который умеет только рычать и командовать. Мы терпеть друг друга не можем, но вынуждены быть вместе.
Опереныш думает, я буду играть по его правилам? Наивный. Я планирую свести его с ума! Но что делать, если его хочется не только придушить, но и поцеловать?
🔥 Он – суровый опер УГРО, у которого «залет» – второе имя.
🔥 Она – дерзкая дочка генерала и его личное наказание.
🔥 Они – играют с огнём. И кому-то точно придётся обжечься.
Его работа – охранять. Ее цель – украсть его сердце.
Мой отец – генерал решил, что мне, взрослой и самостоятельной девушке, срочно нужна нянька. И приставил ко мне этого… ворчливого опера, который умеет только рычать и командовать. Мы терпеть друг друга не можем, но вынуждены быть вместе.
Опереныш думает, я буду играть по его правилам? Наивный. Я планирую свести его с ума! Но что делать, если его хочется не только придушить, но и поцеловать?
🔥 Он – суровый опер УГРО, у которого «залет» – второе имя.
🔥 Она – дерзкая дочка генерала и его личное наказание.
🔥 Они – играют с огнём. И кому-то точно придётся обжечься.
Его работа – охранять. Ее цель – украсть его сердце.
(Книга автора завершена и представляет собой цельное произведение)
Я рванула к своему письменному столу и, порывшись в ящике, достала конверт с фотографиями, вывалила их на стол и, перебрав половину из них, достала нужную, отдала мужчине.
— Вот, вам надо вот так сделать, — сказала я, тыкая пальцем в его лицо на снимке.
— Что именно?
— Волосы покрасить, и вы будете моложе.
— Зачем?
— Ну как зачем? — я забрала фотографию у него из рук и посмотрела на неё снова. — Ну тут вы намного моложе, ну лет тридцать пять, а сейчас, — я снова посмотрела на его лицо и покрутила рукой в воздухе, — сейчас вам лет пятьдесят.
— Я так плохо выгляжу? — расстроенно спросил собеседник.
— Неплохо, просто седина вас старит.
— Вы считаете меня старым?
— Ну не-е-ет, просто лучше сходить к профессионалу и сбрить лишнее.
— Борода вам тоже не нравится? — нахмурился мужчина.
Я нагло потрогала его жёсткую щетину, а потом и щёку.
— Это сексуально, но лучше перекрасить хотя бы.
— Сексуально?
Я рванула к своему письменному столу и, порывшись в ящике, достала конверт с фотографиями, вывалила их на стол и, перебрав половину из них, достала нужную, отдала мужчине.
— Вот, вам надо вот так сделать, — сказала я, тыкая пальцем в его лицо на снимке.
— Что именно?
— Волосы покрасить, и вы будете моложе.
— Зачем?
— Ну как зачем? — я забрала фотографию у него из рук и посмотрела на неё снова. — Ну тут вы намного моложе, ну лет тридцать пять, а сейчас, — я снова посмотрела на его лицо и покрутила рукой в воздухе, — сейчас вам лет пятьдесят.
— Я так плохо выгляжу? — расстроенно спросил собеседник.
— Неплохо, просто седина вас старит.
— Вы считаете меня старым?
— Ну не-е-ет, просто лучше сходить к профессионалу и сбрить лишнее.
— Борода вам тоже не нравится? — нахмурился мужчина.
Я нагло потрогала его жёсткую щетину, а потом и щёку.
— Это сексуально, но лучше перекрасить хотя бы.
— Сексуально?
Мира — лучший эксперт по антиквариату, москвичка со стальными зубами, ледяным самообладанием и пронзительно-зелеными глазами.
Руслан Тороев — не привык к возражениям, а тем более — к критике. Нарушая все её личные границы, он заставляет её дышать чаще от опасной близости:
— Подделка, говоришь? — тихо, с опасной хрипотцой пророкотал он, делая стремительный шаг вперед. — Зато ты, москвичка, кажешься мне весьма... подлинной. Скажи, а твоя гордость имеет свою цену? Может, ты сама хочешь пополнить мою личную коллекцию?
— Боюсь, господин миллиардер, ваша коллекция слишком пресная для меня, — дерзко выдохнула она ему прямо в губы. — Я привыкла работать с настоящими раритетами, а не с мужчинами, у которых из подлинного — только строчка в Forbes и раздутое эго.
Она думала, что защищена контрактом. Он думал, что сломает её гордость.
Что победит — её обжигающий сарказм или его дикая, властная страсть, готовая пролить реки крови за один её взгляд?
Руслан Тороев — не привык к возражениям, а тем более — к критике. Нарушая все её личные границы, он заставляет её дышать чаще от опасной близости:
— Подделка, говоришь? — тихо, с опасной хрипотцой пророкотал он, делая стремительный шаг вперед. — Зато ты, москвичка, кажешься мне весьма... подлинной. Скажи, а твоя гордость имеет свою цену? Может, ты сама хочешь пополнить мою личную коллекцию?
— Боюсь, господин миллиардер, ваша коллекция слишком пресная для меня, — дерзко выдохнула она ему прямо в губы. — Я привыкла работать с настоящими раритетами, а не с мужчинами, у которых из подлинного — только строчка в Forbes и раздутое эго.
Она думала, что защищена контрактом. Он думал, что сломает её гордость.
Что победит — её обжигающий сарказм или его дикая, властная страсть, готовая пролить реки крови за один её взгляд?
— Просто оставь меня в покое! Отпусти! Не делай этого, — прошу уже в сотый раз.
Он придвигается вплотную, пятерней берет за скулы.
— Ты теперь моя жена. Будь послушной, птичка, и все будет хорошо, а иначе… Я обломаю тебе крылья, чтобы ты больше не смогла летать. У нас впереди брачная ночь.
Берк Темирханов страшный человек.
Опасный, непредсказуемый, беспринципный. Он привык, что все вокруг ему подчиняются.
От таких, как он, не уходят.
Я ненавижу его и боюсь.
Но у меня есть тайна, о которой он не должен узнать…
Он не простит.
Никогда.
Он придвигается вплотную, пятерней берет за скулы.
— Ты теперь моя жена. Будь послушной, птичка, и все будет хорошо, а иначе… Я обломаю тебе крылья, чтобы ты больше не смогла летать. У нас впереди брачная ночь.
Берк Темирханов страшный человек.
Опасный, непредсказуемый, беспринципный. Он привык, что все вокруг ему подчиняются.
От таких, как он, не уходят.
Я ненавижу его и боюсь.
Но у меня есть тайна, о которой он не должен узнать…
Он не простит.
Никогда.
Артур смыкает зубы на мочке моего уха, сминая остатки сопротивления, как бумажный кораблик.
— Больше не получается меня игнорить? — улыбается он, — Ну же, оттолкните. Скажите “Артур, отвали”. Не можете?
Желания отпрянуть от его ладони и одновременно прижаться к ней рвут меня на части.
Он бабник. Он – брат моей ученицы, ему двадцать едва исполнилось, тут бежать надо! Но я не могу пошевелиться. Я вдыхаю его запах. Приоткрываю губы, чтобы попробовать его дыхание на вкус.
— Бедная девочка, — Артур трётся носом о мою щёку, — Неприступная, никем не тронутая. Я просто обязан это исправить.
— Больше не получается меня игнорить? — улыбается он, — Ну же, оттолкните. Скажите “Артур, отвали”. Не можете?
Желания отпрянуть от его ладони и одновременно прижаться к ней рвут меня на части.
Он бабник. Он – брат моей ученицы, ему двадцать едва исполнилось, тут бежать надо! Но я не могу пошевелиться. Я вдыхаю его запах. Приоткрываю губы, чтобы попробовать его дыхание на вкус.
— Бедная девочка, — Артур трётся носом о мою щёку, — Неприступная, никем не тронутая. Я просто обязан это исправить.
Я жена главного прокурора города. Он – не просто криминальный авторитет. Он глава крупнейшего криминального клана.
Наши пути не должны были пересечься, если бы не одно «но». Я должна его уничтожить.
Наши пути не должны были пересечься, если бы не одно «но». Я должна его уничтожить.
– Отвали от меня, – толкаю сына подруги в грудь. – Я замужем.
– Да пофиг мне, – хватает меня за запястья. – Ты моя. Собственность. Игрушка. И я буду делать с тобой, что пожелаю, Лиз.
***
Подруга предложила погостить в ее загородном доме. Вот только не сказала, что там будет ее повзрослевший сын. Я ехала туда, чтоб возродить отношения со своим неверным мужем, но попала в ловушку. Теперь я его. Грязная девчонка дерзкого молодняка. Игра началась, и она крайне пошлая. Выхода нет. От него никуда не деться.
– Да пофиг мне, – хватает меня за запястья. – Ты моя. Собственность. Игрушка. И я буду делать с тобой, что пожелаю, Лиз.
***
Подруга предложила погостить в ее загородном доме. Вот только не сказала, что там будет ее повзрослевший сын. Я ехала туда, чтоб возродить отношения со своим неверным мужем, но попала в ловушку. Теперь я его. Грязная девчонка дерзкого молодняка. Игра началась, и она крайне пошлая. Выхода нет. От него никуда не деться.
Где находят детей?
Правильно, в капусте. А внуков? А внуков находят в клубнике.
И не важно, чьи они на самом деле. Видимо, тут срабатывает правило «Кто первым нашел, тот и дед».
Это потом уже я узнал, что к ненужным внукам прилагается их нерадивая мамаша и абсолютно необучаемая кошка.
***-***
- Так и будешь здесь жить? – Гаврилов стоит в дверном проеме, загородив солнце и пути отступления.
Хотя, куда мне отступать? Этот сарай – единственное место, где я могу спрятаться от всего того, что на меня навалилось. И ничего, что старый вояка видеть меня тут не желает.
Главное, что дети считают его своим дедом.
- Так и буду! – бурчу я, прикрывая на груди разорванное платье.
Единственное, что осталось у меня от прежней жизни.
- Только иголку с ниткой принесите.
- Может, тебе еще и машинку швейную притаранить? – ворчит Гаврилов.
А сам уже поворачивается и идет к дому.
Хотя… может, и не такой уж он и нелюдимый?.. Просто, одичавший…
Правильно, в капусте. А внуков? А внуков находят в клубнике.
И не важно, чьи они на самом деле. Видимо, тут срабатывает правило «Кто первым нашел, тот и дед».
Это потом уже я узнал, что к ненужным внукам прилагается их нерадивая мамаша и абсолютно необучаемая кошка.
***-***
- Так и будешь здесь жить? – Гаврилов стоит в дверном проеме, загородив солнце и пути отступления.
Хотя, куда мне отступать? Этот сарай – единственное место, где я могу спрятаться от всего того, что на меня навалилось. И ничего, что старый вояка видеть меня тут не желает.
Главное, что дети считают его своим дедом.
- Так и буду! – бурчу я, прикрывая на груди разорванное платье.
Единственное, что осталось у меня от прежней жизни.
- Только иголку с ниткой принесите.
- Может, тебе еще и машинку швейную притаранить? – ворчит Гаврилов.
А сам уже поворачивается и идет к дому.
Хотя… может, и не такой уж он и нелюдимый?.. Просто, одичавший…
Её свёкор Андрей видел её всегда. С первого дня, когда Сергей привёл её в этот дом. Властный, опасный, он молчал пять лет, но смотрел так, что хотелось провалиться сквозь землю — или броситься в огонь.
А потом появились Борис и Семён. Трое мужчин, которые решили, что она будет их. Им не нужно её согласие. Они просто берут то, что хотят.
А потом появились Борис и Семён. Трое мужчин, которые решили, что она будет их. Им не нужно её согласие. Они просто берут то, что хотят.
Выберите полку для книги