Книги по тегу «рукописи_не_горят»: ""
Выжить среди неведомых зелий, редких трав и древних пирамид.
Студентка филологического факультета, специалист по древним языкам, сдавала чужой экзамен по алхимии. Помогала по-братски, ну, то есть по-сестрински. Все шло неплохо, пока она не перешла к практике. Как результат, вся комиссия в ожогах, преподаватель временно парализован, а ей ставят ультиматум. Либо немедленное отчисление, либо… практика в диких джунглях, где уже исчезли двое ученых. Аборигены обходят эти места за три дороги. А в ее распоряжении только ржавый паровой экзоскелет, старый алхимический справочник с погрызенными краями и привычка все анализировать.
Вас ждут древние ритуалы, которые лучше не повторять дома, ядовитые растения и взрывные настойки, механические ловушки, обиженные на прогресс, и любовь, которая начинается с фразы: «А ты точно в этом разбираешься?»
Сможет ли девушка, учившая древние языки, понять древнюю магию? Или тайна пирамиды окажется страшнее, чем любой заваленный экзамен?
Студентка филологического факультета, специалист по древним языкам, сдавала чужой экзамен по алхимии. Помогала по-братски, ну, то есть по-сестрински. Все шло неплохо, пока она не перешла к практике. Как результат, вся комиссия в ожогах, преподаватель временно парализован, а ей ставят ультиматум. Либо немедленное отчисление, либо… практика в диких джунглях, где уже исчезли двое ученых. Аборигены обходят эти места за три дороги. А в ее распоряжении только ржавый паровой экзоскелет, старый алхимический справочник с погрызенными краями и привычка все анализировать.
Вас ждут древние ритуалы, которые лучше не повторять дома, ядовитые растения и взрывные настойки, механические ловушки, обиженные на прогресс, и любовь, которая начинается с фразы: «А ты точно в этом разбираешься?»
Сможет ли девушка, учившая древние языки, понять древнюю магию? Или тайна пирамиды окажется страшнее, чем любой заваленный экзамен?
— Ты очень пожалеешь, если сейчас со мной разведешься.
— Ну, значит, мне придётся рискнуть, Белов. Я подаю на развод, — повторяю я.
Муж подходит ближе. Я чувствую запах его одеколона. И меня от него мутит.
— Мы оставим все как есть, — говорит Белов почти мне на ухо. — До выборов точно. Слышишь?
— Тебе тоже следует меня услышать, — шиплю я, как рассерженная гадюка. — Черта с два я буду изображать счастливую жену по твоей указке! Черта с два буду стоять рядом с тобой на мероприятиях и улыбаться в камеру.
— Я сказал, прекрати. Не надо так все это утрировать. Дело не только в должности и моей карьере! Аня, я не хочу тебя терять. Я люблю тебя.
Эти слова падают между нами, фальшивые и липкие, хочется придавить их каблуком и растереть по больничному линолеуму.
— Не сработает, Белов. После сегодняшнего вечера я скорее поверю в Деда Мороза, чем в твою любовь.
— Ну, значит, мне придётся рискнуть, Белов. Я подаю на развод, — повторяю я.
Муж подходит ближе. Я чувствую запах его одеколона. И меня от него мутит.
— Мы оставим все как есть, — говорит Белов почти мне на ухо. — До выборов точно. Слышишь?
— Тебе тоже следует меня услышать, — шиплю я, как рассерженная гадюка. — Черта с два я буду изображать счастливую жену по твоей указке! Черта с два буду стоять рядом с тобой на мероприятиях и улыбаться в камеру.
— Я сказал, прекрати. Не надо так все это утрировать. Дело не только в должности и моей карьере! Аня, я не хочу тебя терять. Я люблю тебя.
Эти слова падают между нами, фальшивые и липкие, хочется придавить их каблуком и растереть по больничному линолеуму.
— Не сработает, Белов. После сегодняшнего вечера я скорее поверю в Деда Мороза, чем в твою любовь.
Два года назад я думала, что между нами уже окончательно всё кончено. Дважды даже.
Сначала когда меня бросили, посчитав аферисткой, а потом, когда после нашей ночи, я нашла ту злочастную записку…
Потом когда поняла, что беременна, я стала сильнее и не стала их искать.
Но они вернулись сами в мою жизнь. Перевернули и снова вернули в меня жизнь…
И так вовремя, ведь мне так нужно узнать кто отец моей малышки и спасти ей жизнь…
Сначала когда меня бросили, посчитав аферисткой, а потом, когда после нашей ночи, я нашла ту злочастную записку…
Потом когда поняла, что беременна, я стала сильнее и не стала их искать.
Но они вернулись сами в мою жизнь. Перевернули и снова вернули в меня жизнь…
И так вовремя, ведь мне так нужно узнать кто отец моей малышки и спасти ей жизнь…
Волшебные кошки привели меня в другой мир, где у женщин нет магии. Но моя магия пробудилась! Теперь мне предстоит поступить в академию, где я стану единственной девушкой-адепткой и личной ученицей декана архимага Каэлана Вейна. Но что если женская магия исчезла не просто так? И отныне я угроза для того, кто за этим стоит. Будет непросто, но я не привыкла сдаваться. Вперёд, попаданка, этот мир готов к переменам!
Что вас ждёт:
🔥 Неунывающая попаданка с уникальным даром.
🔥 Властный архимаг.
🔥 Загадочные кошки.
🔥 Вредные адепты и один прекрасный принц.
🔥 Романтика и приключения.
ОДНОТОМНИК
Что вас ждёт:
🔥 Неунывающая попаданка с уникальным даром.
🔥 Властный архимаг.
🔥 Загадочные кошки.
🔥 Вредные адепты и один прекрасный принц.
🔥 Романтика и приключения.
ОДНОТОМНИК
А потом случилось то, чего они оба боялись.
Сначала — треск. Тонкий, хрустальный, почти музыкальный. Потом — короткий вскрик, и веревка рванулась вперед с такой силой, что Яну сбило с ног и поволокло по снегу.
— Срыв! — успела крикнуть она, вбивая ледоруб.
Лезвие вошло в лед, ее дернуло, протащило еще полметра — и остановило. Веревка натянулась как струна.
Впереди, там, где только что был Марат, зияла черная пасть трещины.
— Марат! — крикнула она в пустоту.
Тишина.
— Марат, твою мать, ответь!
Тишина.
У нее внутри все оборвалось. Холодный ужас — не тот, что бывает от страха, а тот, от которого немеют руки и останавливается время, — затопил сознание. «Он в трещине. Он сорвался. Он…»
Сначала — треск. Тонкий, хрустальный, почти музыкальный. Потом — короткий вскрик, и веревка рванулась вперед с такой силой, что Яну сбило с ног и поволокло по снегу.
— Срыв! — успела крикнуть она, вбивая ледоруб.
Лезвие вошло в лед, ее дернуло, протащило еще полметра — и остановило. Веревка натянулась как струна.
Впереди, там, где только что был Марат, зияла черная пасть трещины.
— Марат! — крикнула она в пустоту.
Тишина.
— Марат, твою мать, ответь!
Тишина.
У нее внутри все оборвалось. Холодный ужас — не тот, что бывает от страха, а тот, от которого немеют руки и останавливается время, — затопил сознание. «Он в трещине. Он сорвался. Он…»
— Я предлагаю вам обоим то, что вы хотите, но с условием. Вы прекращаете войну за «Вектор-Групп». Я становлюсь вашей общей. Через месяц я выбираю, кто из вас получает компанию полностью. Или вы продолжаете делить её вместе, но уже на моих условиях.
— А если вы через месяц пошлёте нас обоих?
— У вас есть моё слово.
— Слово женщины, которую я знаю меньше суток. Недостаточно.
— Тогда что достаточно?
Он поставил бокал и поднялся. Медленно приблизился, как зверь, который не хочет спугнуть добычу раньше времени.
— Доказательство. Прямо сейчас. Здесь. Я хочу увидеть, что вы не блефуете.
— А если вы через месяц пошлёте нас обоих?
— У вас есть моё слово.
— Слово женщины, которую я знаю меньше суток. Недостаточно.
— Тогда что достаточно?
Он поставил бокал и поднялся. Медленно приблизился, как зверь, который не хочет спугнуть добычу раньше времени.
— Доказательство. Прямо сейчас. Здесь. Я хочу увидеть, что вы не блефуете.
Простым девочкам нельзя влюбляться в мажоров. Я знала об этом, но всё равно вляпалась по уши в Диму Волкова, сына нефтяного магната. Он говорил, что любит, и я верила. А потом выяснилось, что у него есть невеста…- Помолвка расторгнута, - заявляет Дима в надежде вернуть моё расположение. - Если я женюсь, то только на тебе.- Мой парень будет очень зол, если узнает, что ты пристаёшь ко мне.- Парень? Только не говори, что…- Я встречаюсь с Лёшей, - гордо озвучиваю факт, который должен убить Волкова.
***
Продолжение книги "Ты моя люболь"
***
Продолжение книги "Ты моя люболь"
– Если тебе некуда идти, то можешь переночевать у меня, – неожиданно говорит сосед, с которым познакомилась полчаса назад.
– Не переживай. Мой парень не оставит меня на улице.
– С чего такая уверенность?
– Ну, он любит меня…
– Губит? – задирает бровь. - Прости, не расслышал.
Я усмехаюсь, потупив взгляд.
– Ты просто не любил по-настоящему, поэтому так рассуждаешь.
– Как раз таки наоборот. Любил. Слишком сильно. И на собственном опыте могу заявить, что любовь – это синоним боли и разочарования.
***
Он больше не верит в любовь – его сердце покрыто шрамами. Она – заложница отношений, где боль стала привычным делом. Два сломанных человека. Одна случайная встреча. Что она принесёт – шанс на исцеление или… роковую ошибку, которая разрушит их окончательно.
История Лёши Сокола из цикла "Любовь+боль"
– Не переживай. Мой парень не оставит меня на улице.
– С чего такая уверенность?
– Ну, он любит меня…
– Губит? – задирает бровь. - Прости, не расслышал.
Я усмехаюсь, потупив взгляд.
– Ты просто не любил по-настоящему, поэтому так рассуждаешь.
– Как раз таки наоборот. Любил. Слишком сильно. И на собственном опыте могу заявить, что любовь – это синоним боли и разочарования.
***
Он больше не верит в любовь – его сердце покрыто шрамами. Она – заложница отношений, где боль стала привычным делом. Два сломанных человека. Одна случайная встреча. Что она принесёт – шанс на исцеление или… роковую ошибку, которая разрушит их окончательно.
История Лёши Сокола из цикла "Любовь+боль"
Они пили какао, ели булочки, и Лика вдруг поймала себя на мысли, что это и есть «мы». Настоящие люди. Не какая-то идеальная картинка, не глянцевая сцена из фильма, а вот так: на скамейке, с бумажными стаканчиками, с крошками на коленях.
— Ты его береги, — вдруг тихо сказала бабушка Лике, наклонившись к ней, так, чтобы Стас не услышал. — Он не из тех, кто будет тебя ломать, чтобы под себя подогнать.
Лика кивнула, чувствуя, как внутри что-то теплеет.
— Я постараюсь, — прошептала она.
Они шли обратно, не торопясь, и Лика вдруг почувствовала, как внутри неё что-то меняется. Не резко, не громко, а тихо, как наступает рассвет: она больше не боялась быть «недостаточно хорошей» рядом с ним. Потому что он не мерил её никакими мерками. Он просто видел её настоящей.
— Ты его береги, — вдруг тихо сказала бабушка Лике, наклонившись к ней, так, чтобы Стас не услышал. — Он не из тех, кто будет тебя ломать, чтобы под себя подогнать.
Лика кивнула, чувствуя, как внутри что-то теплеет.
— Я постараюсь, — прошептала она.
Они шли обратно, не торопясь, и Лика вдруг почувствовала, как внутри неё что-то меняется. Не резко, не громко, а тихо, как наступает рассвет: она больше не боялась быть «недостаточно хорошей» рядом с ним. Потому что он не мерил её никакими мерками. Он просто видел её настоящей.
Я попала в чужой мир, в незнакомое тело, а уже через пару часов стала супругой мужчины, который прямо у алтаря сказал единственную фразу: "Я сожалею". Как выжить в навязанном браке и не сойти с ума, если супруг прекрасен как модель, но холоден как айсберг? А я как-то странно на него реагирую...
Выберите полку для книги