Книги по тегу «сводные»: ""

Она рехнулась?
Поднять руку?
На меня?!
Ярость разливается внутри, как мазут. Вязкая, удушливая, замедляющая движения.
Я стискиваю зубы. Моя рука сама собой тянется к её шее и смыкает на ней пальцы.
А эта дрянь даже не отстраняется. Смотрит на меня с этим сводящим с ума вызовом, хотя слёзы уже прочертили дорожки на щеках.
– Действие, – рычу я. – Я выбрал за тебя. Хотя… это ты выбрала, когда посмела меня ударить.
В её взгляде на мгновение мелькает страх.
Мне нужно больше.
Нужно, чтобы её затопило страхом, стыдом, ненавистью. Нужно залезть ей под кожу, чтобы она никогда не смогла смыть с себя мои следы.
– Раздевайся, Любимцева.

Илья – молодой, успешный ветврач. Он знает, чего хочет. Ставит цели и добивается их. Его сексуальная жизнь активна и несдержанна.
Катя – юная девушка, которая никак не может справиться с обидой на весь мир. Она старается казаться взрослой, активно ищет приключений на свою… голову.
Их пути пересекутся. Только вот Илья видит в Кате досадную помеху его планам, а Катя изо всех сил старается не показать, что Илья ее зацепил.
Что из этого получится и узнаем на страницах новой истории.
Максимально горячо сразу. 21+

— Ты не посмеешь.
— Не посмею? — он смеётся. Почти беззвучно. — Ты ещё не поняла? Мне нравится, когда люди думают, что я не посмею. Но я смею всё.
Он прижимает меня к холодильнику. Настойчиво, почти грубо. Я чувствую его тело — горячее, твёрдое. Моя футболка тонкая, я без белья, и я знаю, что он видит это. И я совершенно не хочу его отталкивать.

Мой наглый сводный брат. От которого у меня кругом шла голова. Но я не готова сдаваться – не так просто. Еще посмотрим, кто победит в этой схватке.

Я люблю его. Не как сводного брата, а как мужчину. Отчаянно. Давно. Он — моя несбыточная мечта и проклятие. И я уже свыклась с тем, что не нужна ему, лишь бы оставался рядом. А потому точно не ожидала, что когда-то всё настолько перевернется...

— Ты берега попутала, детка. Думаешь, папаша тебя прикрыл? Думаешь, натянула гордую мину и стала ровней?
— Мне плевать на твоего папашу и на моего отца тоже.
— Врешь, — он наклоняется ниже. Черные пряди падают ему на лоб. Горячее дыхание касается моей щеки. — Тебе жрать нечего. Мать сбагрила тебя чужому мужику ради турецкого хахаля, а ты стоишь тут и корчишь королеву.

Злость взрывается внутри раскаленной магмой. Замахиваюсь, метя ладонью прямо в его перебитый нос.

Тимур перехватывает мое запястье на лету. Сжимает сустав стальными тисками, выворачивая руку за спину, прижимает меня грудью к холодному дереву письменного стола. Вторая его ладонь падает мне на затылок, пальцы зарываются в волосы, фиксируя голову.
— Отпусти, урод.
— Слушай правила, Соколова. Слушай внимательно, повторять дважды я не стану. В бокс вниз ты нос не суешь. Твоя тропа — наружная железка во двор и калитка на стану. В бокс вниз ты нос не суешь. Твоя тропа — наружная железка во двор и калитка на станцию.

Все в унике знают: Лиля Шолохова моя. Только сама Лиля, похоже, пропустила это объявление.
Почти год она меня отшивает, требует каких-то философов и окружает себя книжными клещами, которых приходится регулярно отгонять. Я уже почти разработал идеальную стратегию захвата, когда отец сообщает, что собирается жениться на ее матери.
Теперь Лиля живет со мной под одной крышей. Спит за соседней дверью. Ходит по дому в коротких шортах. И официально называется моей сводной сестрой.
Она думает, это меня остановит.
Наивная.
Проблема в другом: впервые в жизни мало просто получить женщину. Нужно, чтобы она сама меня выбрала. А я, кажется, совершенно не умею просить.

Игнат не был хорошим парнем. Большие деньги отца и отсутствие матери сделали его распущенным и бесчувственным прожигателем жизни. Не считаясь ни с чьим мнением, Игнат наживает себе врагов с невероятной скоростью.
Появление же в его доме будущей мачехи Ольги Игоревны и сводной сестры Алёны, стирает у Игната в сознании все разумные грани. Жестокий спор становится началом катастрофы, но Игнат настроен решительно, а Алёна поддаётся, не подозревая о том, что стала всего лишь очередной игрушкой в его руках.

Чтобы спасти маму от тюрьмы, я должна заключить фиктивный брак с тем, кого ненавижу всей душой.

— Послушай меня, Яна, — его голос упал до опасного, леденящего шепота. — Мне плевать на твои девичьи обиды и гордость. Твоя мать прямо сейчас едет в автозаке. Если ты не наденешь мое кольцо, завтра утром у неё не будет даже денег на нормального адвоката. А ты вылетишь из своего престижного института. Этого хочешь? Поиграть в гордую и бедную?

— Я ненавижу тебя, — прошептала я, задыхаясь от боли и бессилия. — Ненавижу каждой клеточкой своего тела.
— Взаимно, — Даня жестко ухмыльнулся и вложил в мою ладонь ручку. — Подписывай. У нас мало времени.

- Нина – моя девушка. Бывшая. Мы встречались с ней два года.
- Я это слышала!
- Не перебивай, Соня. В начале декабря мы приняли решение расстаться. Нина старше меня на три года и безумно хотела семью. Но я был не готов. Так как цели у нас были разными, мы и решили разойтись.
- Но она беременна?
- Мы не общались почти месяц. Я не обманывал тебя и никому не изменял. Мои чувства к тебе были искренними. – продолжает Слава. – Вечером она сделала тест при мне. Там две полоски, Соф.
- Вы не предохранялись? – замерев, спрашиваю. Мое лицо мокрое от слез, ничего не могу с собой поделать.
- Прерванный половой акт, как оказалось, не защищает от нежелательной беременности.
- И что дальше?
- Я не могу ее бросить в такой момент, зай. Прости! Мне было очень хорошо с тобой. Но, наверное, так будет лучше.
Я закусываю сразу две губы и шумно выдыхаю через нос. Что ж, такая у меня судьба, видимо. Любить на расстоянии.

Я почувствовала его взгляд, еще до того, как увидела его.
Максим Львович.
Мы не виделись три года. Тогда мне было пятнадцать и я была безумно влюблена в него. Но для него я была лишь ребенком, за которым нужно присматривать.
Тогда я была худеньким, нескладным подростком. Я не могла похвастаться ни выдающимися формами, ни женскими чарами.
Я развивалась очень медленно и в свои пятнадцать выглядела лет на 12.
Когда мне стукнуло шестнадцать, моя фигура вдруг резко начала меняться.
Сейчас мне 18, я — другая. Молодые парни и взрослые мужчины пускают слюни, глядя на меня.
Те девчонки, что раньше смеялись надо мной, теперь завистливо смотрят на мой третий размер груди и покатые бедра.
И теперь он снова здесь.
И снова смотрит на меня.
Но уже не как на ребёнка.