Книги по тегу «сводные»: ""

— Так, ну всё, хватит. Дальше я сама, — прохожу вперёд и пытаюсь выдернуть из руки сводного свой чемодан.
А Данил смотрит на меня так, словно это не он, а я в край обнаглела.
— Ну чего ты стоишь? Все, давай езжай! — взмахиваю рукой, изображая жест а-ля «проваливай ко всем чертям».
Но братец продолжает стоять на пороге, ещё и ухмыляется так ехидно. Бесит.
— Ладно. Я поняла. Спасибо вам огромное за помощь, великий господин, — откровенно язвлю я, догадываясь, что этот гад ждёт от меня благодарности за то, что помог донести чемодан до моей новой квартиры.
— Отец тебе разве не говорил? — лениво хмыкает он. — Ту квартиру, в которой ты должна была жить, затопили соседи. Теперь там нужен ремонт. Так что скажи спасибо, что я соизволил впустить тебя к себе.
— Что?!
Это конец, товарищи. Занавес. Такой подставы я себе даже в самом страшном сне не могла представить.

Она должна была стать им сестрой. Но они хотят её совсем иначе...
После смерти отца Аня оказывается в роскошном особняке своей мачехи Ирины и встречает их — Марка и Кирилла. Они — полные противоположности. Но в одном их желание одинаково: Аня должна принадлежать им. Девушка разрывается между страстью и стыдом, но чем дальше она пытается убежать, тем её больше затягивает. Выбор? Его нет. Потому что братья не спрашивают...

Самостоятельная история Марка Мейера❤️
Она та, кого я никогда не воспринимал всерьёз: тихушница и заучка, а ещё плакса и ябеда. Девчонка со странным взглядом, которую не видел последние пять лет. Та, что была отослана учиться в закрытую элитную школу и, лишь совсем недавно, вернулась в родительский дом. Повзрослевшей. Совершеннолетней. И, вроде привычной для меня Кнопкой, но... Непривычно красивой. Веселой. Родной.

Мила Мейер. Терпеть не могу её с детства. Моя названная младшая сестра, для которой, по случайности, я стал первым.
Как теперь с этим быть? И как объяснить наши тёрки отцу?
© Марк Мейер-Баженов.

Именно здесь вас ждёт:
🔥Молодёжка🔥Слишком эмоционально
🔥Сводные или не очень?🔥От ненависти до...

—Возвращаешься?
Одно слово. И слишком глубокий смысл. Смотрю вниз. Не могу на него. Итак. Слишком близко. После всего. Слишком чувствую. Аж колотит. Ад. На земле. Это Мейер. Марк.
— Да.
Подтверждаю всё, что кружится в мыслях. Его пальцы на моих плечах ощутимо сжим

🔥БЕСПЛАТНО
"С его картин на меня смотрела совсем другая я".
Он появился в моей жизни с легкой улыбкой и холодным взглядом. Сводный брат. Чужой. Запретный. Я ненавидела его с первой минуты. Ненавидела за то, что он занял место в моем доме, в моей жизни, в моих мыслях.
Я пыталась бежать. Прятаться за шутками красавца Макса, за спинами одногруппников, за ненавистью к собственному телу. Но его тихое «Алиса» звучало громче любого смеха. Его пальцы, касаясь случайно, оставляли на коже ожоги. А его взгляд... его взгляд видел меня. Настоящую. Ту, что я сама боялась увидеть в зеркале.

— Как завуча зовут? — спрашиваю своего сына-первоклассника.
За две первых недели учёбы меня вызывают в школу третий раз. Первые два обошлись малой кровью, классная у сына — мировая тётка. Что ждать от завуча, я не знаю.
— Анна Богдановна.
Алан переминается с ноги на ногу, значит, точно виноват, а мою грудь неожиданно пробивает импульс от сочетания имени и отчества. Анна Богдановна…
— Да не бойся, пап. Баян не злая. Нормальная она. Чуть-чуть только строгая.
— Баян? Какой баян? — торможу я.
— Фамилия у неё Баяндина, — поясняет сын, а мне в грудину прилетает новый удар.
Совпадение? — нет. В этот же момент я вижу её. Анька идёт к учительской и смотрит на меня непроницаемо, как будто не узнала. Красивая какая стала, женственная.
Мы не виделись почти девять лет. Первая любовь, которую я по глупости и молодости предал. Да что там первая. Единственная и, кажется, ничуть не прошедшая.
— Сынок, это фиаско…

— Это не твой дом, — сухо отрезает мажор, сверля меня взглядом, в котором полыхает огонь чистейшей ненависти.
— Раз уж я здесь… Значит, все-таки мой, — пожимаю плечами, выдавливая на лице дерзкую ухмылку. Я далеко не в восторге от этого внезапного переезда, но так хочется позлить наглого мерзавца, который считает, что весь мир должен лежать у его ног.
— Это не надолго. Я превращу твою жизнь в ад. Бежать будешь так, что пятки засверкают, — сужает взгляд, цедя каждое слово с такой угрозой, что и в самом деле становится немного не по себе. Но и я сдаваться не собираюсь.
— И это все твои угрозы, братишка?
Наблюдаю, как Демьян от злости готов огнем дышать. Зацепило.
— Следи за словами, нищебродка. Никакой я тебе не братишка, — сурово чеканит гад, очерчивая меня брезгливым взглядом. Это он ещё не знает, что вряд ли ему так просто удастся выставить нас с матерью из своего дома. Ведь она беременна от его отца. Пожалуй, оставлю эту новость на десерт.

Его боятся все студенты престижного университета, где мне предстоит учиться. Своенравный, дерзкий и опасный. Мой сводный брат. Я радовалась, когда он за меня заступился и спас от позора, но тогда я еще не знала, что взамен он потребует все, что у меня есть. Тело, душу и… сердце.

- Я всегда добиваюсь того, чего хочу! - нагло усмехнулся Артур.
- Да, да, помню. Ты крутой хоккеист, привык побеждать и ненавидишь поражения, - я даже не пыталась скрыть язвительный тон и насмешливую улыбку.
- Умница, память у тебя хорошая. Ну так что? К тебе или ко мне едем? – он собирался меня обнять, но я вывернулась и, тяжело дыша, отступила назад.
- Ты издеваешься, Дементьев? Руки от меня убери!
- Могу поспорить на что угодно, скоро сама ко мне прибежишь.
- Ошибаешься. Я не твоя фанатка, не люблю хоккей, ты мне совсем не интересен, а еще...
Он не дал договорить, все-таки обхватил меня обеими руками, крепко прижал к своему телу и, обжигая дыханием кожу, проговорил:
- А еще ты шикарно умеешь врать.

— Можно подумать, ты чем-то поможешь мне? — Женя в отчаянии мотнула головой в сторону груды бесполезного хлама.
— Может, и помогу, — Алекс не сдержал смешка, когда Сомова умоляющим взглядом вперилась в его надменный.
А потом покраснела, стала сплошь пунцовой.
— Мечтай, девочка, я не буду с такой, как ты никогда, — однако сама мысль о том, что девушка подумала вначале именно об этом, развеселила его.
Женя прикусила от досады губу, постаралась придать себе более независимый вид, ругая себя за то, что вообще смогла подумать о нём и себе такое. Захотелось срочно проблеваться.
— Ну и чем же я буду обязана, белому господину? — покривлялась Сомова.
Изотов не обратил на неё внимание, слегка потёр подбородок. Звук трёхдневной щетины неприятно царапнул слух девушки. Знала ли она когда-нибудь настолько бесячего мужика?!
— Ты будешь должна мне желание, — ответил он, лукаво ухмыляясь, чуть потянув с ответом.

— Что ты задумал? — спрашиваю ненавистного сводного, который натягивает на руки медицинские перчатки.
— Осмотреть тебя уже. Тщательно.
— Не смей, — останавливаю его, хотя уже лежу на кресле.
— Еще как посмею. Расслабься и получай удовольствие!
Горячие пальцы ложатся на мою ногу, чтоб не брыкалась во время осмотра.