Книги по тегу «сильная героиня»: ""
Я ей отношения без обязательств предлагаю. Она нос свой красивый воротит.
Я ей сердце на блюдечке. Она слушать не желает.
Зараза моя длинноногая! Всю душу отравила. На других смотреть не хочется. А ей лишь ребёнка подавай. Из пробирки!
Хорошо. Будет ей ребёнок. Но никаких пробирок. Заделаю, но по своим правилам.
#герой_обаятельная_скотина
#героиня_НЕ_тряпка_преподаватель_в_вузе
#очень_сильные_чувства
Роман читается отдельно. ❤️ Будет горячо, по-взрослому и плодотворно ;)
Я ей сердце на блюдечке. Она слушать не желает.
Зараза моя длинноногая! Всю душу отравила. На других смотреть не хочется. А ей лишь ребёнка подавай. Из пробирки!
Хорошо. Будет ей ребёнок. Но никаких пробирок. Заделаю, но по своим правилам.
#герой_обаятельная_скотина
#героиня_НЕ_тряпка_преподаватель_в_вузе
#очень_сильные_чувства
Роман читается отдельно. ❤️ Будет горячо, по-взрослому и плодотворно ;)
— Мама! Мамочка!
Иду прямо, не оборачиваясь. Мало ли, кого могут звать дети, бегающие около горок. Точно не меня.
— Мама, — маленькая девочка с криво повязанным бантом бросается мне под ноги и обвивает ручками, не отпуская. — Мамочка!
Рядом с ней, замерев, стоит мальчишка. Задрав голову, смотрит на меня, размазывая бегущие по лицу слёзы.
— Простите.
Теряюсь, не зная, что мне делать. Я очень люблю детей, всегда мечтала о большой семье, но так сложилось, что матерью мне никогда не стать.
— Извините, — повторяю, стараясь расцепить детские пальцы. — Вы ошиблись. Перепутали.
Девочка громко всхлипывает и утыкается носом в мою одежду. Её плечи мелко трясутся, и выдержка изменяет мне.
Присев на корточки, осторожно обнимаю подбежавшую девочку. Мальчик тоже тянется, но его подхватывает на руки подошедший мужчина.
— Извините, они сами, — начинаю и осекаюсь под его мрачным взглядом.
— Сколько?
— М?
Вытираю выступившие слёзы.
— Сколько вы хотите, чтобы стать для них матерью?
Иду прямо, не оборачиваясь. Мало ли, кого могут звать дети, бегающие около горок. Точно не меня.
— Мама, — маленькая девочка с криво повязанным бантом бросается мне под ноги и обвивает ручками, не отпуская. — Мамочка!
Рядом с ней, замерев, стоит мальчишка. Задрав голову, смотрит на меня, размазывая бегущие по лицу слёзы.
— Простите.
Теряюсь, не зная, что мне делать. Я очень люблю детей, всегда мечтала о большой семье, но так сложилось, что матерью мне никогда не стать.
— Извините, — повторяю, стараясь расцепить детские пальцы. — Вы ошиблись. Перепутали.
Девочка громко всхлипывает и утыкается носом в мою одежду. Её плечи мелко трясутся, и выдержка изменяет мне.
Присев на корточки, осторожно обнимаю подбежавшую девочку. Мальчик тоже тянется, но его подхватывает на руки подошедший мужчина.
— Извините, они сами, — начинаю и осекаюсь под его мрачным взглядом.
— Сколько?
— М?
Вытираю выступившие слёзы.
— Сколько вы хотите, чтобы стать для них матерью?
Февраль в Петербурге не прощает слабости. Завтра — четырнадцатое февраля. День нашей годовщины. Десять лет с Михаилом. Стук в дверь. — Елена Николаевна, к вам курьер. Никаких доставок я не ждала. Вошёл молодой парень в форменной куртке. — Распишитесь, пожалуйста. Я машинально подписала. Получила плотный конверт без имени отправителя. Внутри — фотографии. Михаил. В чужой постели. С другой женщиной. Молодая, красивая, раскованная. Они целуются. Смеются. Она гладит его по щеке . Он лежит рядом, безмятежный, будто в этом и есть его настоящий мир. И еще письмо: "Елена, открой глаза. Твой Михаил не тот, кем кажется. Он обманывает тебя. Он изменяет тебе. Доброжелатель." Комната покачнулась. Воздух стал густым, как вода, — невозможно дышать. Словно весь мир сжался в точку и рухнул внутрь меня, как воронка.
И только одна мысль звенела в голове, как погребальный колокол:
"Завтра — четырнадцатое февраля..."
И только одна мысль звенела в голове, как погребальный колокол:
"Завтра — четырнадцатое февраля..."
Выхожу из душа…
Обнаженная, открытая, беззащитная…
– Что? – слышу взволнованный голос мужа. – Сколько? – он дергается, словно ищет одежду. – Вызывай скорую!
И вдруг я слышу по громкой связи:
– Только не бросай меня сейчас, – истерично кричит женский голос. – У него температура сорок! Сорок! Я уже час не могу сбить! Это твой сын!
Десять лет брака. Идеальная семья, самый лучший муж, семейный бизнес…
Все рушится в один миг. Когда я узнаю, что у мужа есть сын…
Обнаженная, открытая, беззащитная…
– Что? – слышу взволнованный голос мужа. – Сколько? – он дергается, словно ищет одежду. – Вызывай скорую!
И вдруг я слышу по громкой связи:
– Только не бросай меня сейчас, – истерично кричит женский голос. – У него температура сорок! Сорок! Я уже час не могу сбить! Это твой сын!
Десять лет брака. Идеальная семья, самый лучший муж, семейный бизнес…
Все рушится в один миг. Когда я узнаю, что у мужа есть сын…
Прикладываю карточку, и со счета весело слетают двадцать три тысячи.
Часы мужу на день рождения...Это треть моих гонораров за месяц.
Стрижка по акции, платье за полторы тысячи… С тех пор как мы стали копить на строительство дома, почти все деньги идут в копилку.
Ничего, сегодня праздник, и мы идем в ресторан. Вдвоём.
– Ну что, не ждали меня? – в ресторан походкой королевы заходит моя сестра Марго. В ушах сережки с бриллиантами. – С днем рождения, дорогой, – наклоняется к Яринцеву, демонстрируя пышную грудь. – Спасибо за сережки.
Про сережки мне послышалось?
Хочется крикнуть: "Марго, прибери свои буфера, ты перегибаешь палку!" Но я молчу, ведь я не ревнивая стерва. Марго со всеми так общается – это её фирменный стиль.
А через неделю в домовой чат нашего дома попал горячий снимок – муж сидит на пассажирском сиденье, а на его коленях… моя сестра. Без лифчика…
Это такой сюрприз они мне на сорокапятилетие готовят?!
Вы об этом сильно пожалеете, мои дорогие.
Часы мужу на день рождения...Это треть моих гонораров за месяц.
Стрижка по акции, платье за полторы тысячи… С тех пор как мы стали копить на строительство дома, почти все деньги идут в копилку.
Ничего, сегодня праздник, и мы идем в ресторан. Вдвоём.
– Ну что, не ждали меня? – в ресторан походкой королевы заходит моя сестра Марго. В ушах сережки с бриллиантами. – С днем рождения, дорогой, – наклоняется к Яринцеву, демонстрируя пышную грудь. – Спасибо за сережки.
Про сережки мне послышалось?
Хочется крикнуть: "Марго, прибери свои буфера, ты перегибаешь палку!" Но я молчу, ведь я не ревнивая стерва. Марго со всеми так общается – это её фирменный стиль.
А через неделю в домовой чат нашего дома попал горячий снимок – муж сидит на пассажирском сиденье, а на его коленях… моя сестра. Без лифчика…
Это такой сюрприз они мне на сорокапятилетие готовят?!
Вы об этом сильно пожалеете, мои дорогие.
- Дмитрий Сергеевич, - я повернулась к мужу, наслаждаясь его попыткой сохранить лицо. - Вчера я подала заявление на развод.
В зале повисла тишина, как перед взрывом. Дмитрий побелел, его глаза расширились.
- Вика, что ты… - пробормотал он. - О чём ты?
- О том, что наш брак закончен, - я достала из сумки папку. - Также я аннулирую дарственную на пять процентов акций, которые подарила тебе. Основание – мошенничество и злой умысел.
В зале повисла тишина, как перед взрывом. Дмитрий побелел, его глаза расширились.
- Вика, что ты… - пробормотал он. - О чём ты?
- О том, что наш брак закончен, - я достала из сумки папку. - Также я аннулирую дарственную на пять процентов акций, которые подарила тебе. Основание – мошенничество и злой умысел.
Случайная ночь с незнакомцем приводит к неожиданным последствиям — двум полоскам на тесте. После стольких неудачных попыток с бывшим - я не смогла от него забеременеть, и мы расстались.
Как я вообще попала в эту ситуацию?! Ребёнок долгожданный, но как уведомить его отца? Ведь в то утро я с позором сбежала, не узнав даже его имени...
ОДНОТОМНИК. ХЭ
Как я вообще попала в эту ситуацию?! Ребёнок долгожданный, но как уведомить его отца? Ведь в то утро я с позором сбежала, не узнав даже его имени...
ОДНОТОМНИК. ХЭ
- Ах ты, кобелина! – со всей дури бью полотенцем его по спине. - Сестре моей изменять вздумал! Свинья ты, зятёк, свинья, как есть!
Заприметила я зятя издалека, как он едва ли слюной не капал в декольте нашей продавщицы Клавы. И так как за измену должен отвечать изменщик, то ему и достаётся, когда Клава, игриво улыбнувшись, уходит.
- Ты совсем больная?! Какой я тебе зятёк? – легко уворачивается. – Я тебя в первый раз в жизни вижу, женщина!
- Совсем офонарел?! Какая я тебе женщина?!
Он выглядывает из-под локтя своими синими глазами.
- Судя по всему аппетитная и довольно симпатичная… - несёт ерунду, и я уже замахиваюсь снова, как тут… Синими? У моего зятя другие глаза…
- Стоп. Ты Макару кто? – полотенце пролетает мимо, не коснувшись, и мужчина, который безумно похож на моего зятя, но всё же не он, выпрямляется.
- А извиниться сначала не хочешь, красивая? – его губы выгибаются в насмешливой ухмылке,а наглый взгляд проходится по моей фигуре. Хм… Ну я тебе сейчас...
Заприметила я зятя издалека, как он едва ли слюной не капал в декольте нашей продавщицы Клавы. И так как за измену должен отвечать изменщик, то ему и достаётся, когда Клава, игриво улыбнувшись, уходит.
- Ты совсем больная?! Какой я тебе зятёк? – легко уворачивается. – Я тебя в первый раз в жизни вижу, женщина!
- Совсем офонарел?! Какая я тебе женщина?!
Он выглядывает из-под локтя своими синими глазами.
- Судя по всему аппетитная и довольно симпатичная… - несёт ерунду, и я уже замахиваюсь снова, как тут… Синими? У моего зятя другие глаза…
- Стоп. Ты Макару кто? – полотенце пролетает мимо, не коснувшись, и мужчина, который безумно похож на моего зятя, но всё же не он, выпрямляется.
- А извиниться сначала не хочешь, красивая? – его губы выгибаются в насмешливой ухмылке,а наглый взгляд проходится по моей фигуре. Хм… Ну я тебе сейчас...
Мой мир был крепким. Наш брак с Марком — тихой гаванью после бури и бесплодия. Мы смирились, строили новые планы. До того дня.
Когда слепая вера рухнула в одно мгновение. Предательство пришло от тех, кого любила больше всех: родной крови и человека, клявшегося в вечной верности.
Они оставили мне двойную рану и… неожиданное счастье в подарок. То, о о чем я уже не смела мечтать.
Теперь я стою на краю. Сердце разбито, доверие растоптано.
Смогу ли я принять его? Смогу ли простить их? Или один шаг в пропасть навсегда закроет дверь к счастью? Выбор за мной. И он страшнее, чем я могла представить.
Когда слепая вера рухнула в одно мгновение. Предательство пришло от тех, кого любила больше всех: родной крови и человека, клявшегося в вечной верности.
Они оставили мне двойную рану и… неожиданное счастье в подарок. То, о о чем я уже не смела мечтать.
Теперь я стою на краю. Сердце разбито, доверие растоптано.
Смогу ли я принять его? Смогу ли простить их? Или один шаг в пропасть навсегда закроет дверь к счастью? Выбор за мной. И он страшнее, чем я могла представить.
Когда начальник говорит о "личной помощи", обычно это означает проблемы. Или домогательства. Хотя от Руднева я такого не ожидала — слишком корректный.
— У меня есть... ситуация, — продолжил он, глядя в окно. — Семейная.
— И как я могу помочь?
— Выйти за меня замуж.
Я моргнула. Потом еще раз. Потом посмотрела на него внимательно — не улыбается ли, не разыгрывает ли.
— Простите, что?
— Я предлагаю вам брак. Временный. На шесть месяцев. — Руднев повернулся ко мне, и я увидела, что он абсолютно серьезен. — С четко прописанными условиями и взаимными обязательствами.
— Вы сошли с ума.
— Возможно.
— У меня есть... ситуация, — продолжил он, глядя в окно. — Семейная.
— И как я могу помочь?
— Выйти за меня замуж.
Я моргнула. Потом еще раз. Потом посмотрела на него внимательно — не улыбается ли, не разыгрывает ли.
— Простите, что?
— Я предлагаю вам брак. Временный. На шесть месяцев. — Руднев повернулся ко мне, и я увидела, что он абсолютно серьезен. — С четко прописанными условиями и взаимными обязательствами.
— Вы сошли с ума.
— Возможно.
Выберите полку для книги