Книги по тегу «сильная героиня»: ""
–Андрей, завтра утром иду в суд подавать на развод.
–НЕ НАДО! – он подскочил со стула. –Блин, может, еще попробуем наладить отношения?
–С кем попробуем? С человеком, который изменял, врал, пил и ничего не хочет менять?
–Я хочу изменяться!
–Хотеть и делать – разные вещи.
–Дай еще шанс!
–Шансов больше нет.
–НЕ НАДО! – он подскочил со стула. –Блин, может, еще попробуем наладить отношения?
–С кем попробуем? С человеком, который изменял, врал, пил и ничего не хочет менять?
–Я хочу изменяться!
–Хотеть и делать – разные вещи.
–Дай еще шанс!
–Шансов больше нет.
Уверенно переступив порог спальни, не обращая внимания на пульсирующую боль в груди, я с ненавистью посмотрела на своего мужа, а потом и на невестку.
Вот он, примерный семьянин и любящий мужчина!
– Аня... Я... – промямлил Олег, от удивления даже не в состоянии как-то оправдаться.
И всё, что он смог, так это отстраниться от Вики и выпрямиться.
И когда я собиралась сказать ему всё, что думаю о нём, вперёд вышел сын, чуть подвинув меня плечом.
– Ну, привет, папа.
Вот он, примерный семьянин и любящий мужчина!
– Аня... Я... – промямлил Олег, от удивления даже не в состоянии как-то оправдаться.
И всё, что он смог, так это отстраниться от Вики и выпрямиться.
И когда я собиралась сказать ему всё, что думаю о нём, вперёд вышел сын, чуть подвинув меня плечом.
– Ну, привет, папа.
Он причинил ей много боли и оставил в одиночестве – собирать сердце из осколков и справляться как сумеет.
Спустя сто лет она забрала у него все: власть, репутацию, деньги, свободу…
Не специально, так получилось.
Но теперь вместо сладкого привкуса свершившейся мести – груз ответственности, которой она не желала.
Страх за тех, кто, вопреки ее воле, стал ей дорог.
И вопрос, на который нет ответа: можно ли исцелить раненого в душу человека, когда так сложно разобраться в собственных чувствах?
Стоит ли стегать другого, как саму себя, или можно вспомнить о том, что такое нежность?
А между тем новые улики запутывают дело еще больше.
Кто-то невидимый, но могущественный идет по пятам, заставляя усомниться: хватит ли сил, чтобы справиться с ним? И что будет с ее близкими и ее городом, если окажется, что нет?
Спустя сто лет она забрала у него все: власть, репутацию, деньги, свободу…
Не специально, так получилось.
Но теперь вместо сладкого привкуса свершившейся мести – груз ответственности, которой она не желала.
Страх за тех, кто, вопреки ее воле, стал ей дорог.
И вопрос, на который нет ответа: можно ли исцелить раненого в душу человека, когда так сложно разобраться в собственных чувствах?
Стоит ли стегать другого, как саму себя, или можно вспомнить о том, что такое нежность?
А между тем новые улики запутывают дело еще больше.
Кто-то невидимый, но могущественный идет по пятам, заставляя усомниться: хватит ли сил, чтобы справиться с ним? И что будет с ее близкими и ее городом, если окажется, что нет?
Моя жизнь всегда была простой и предсказуемой - травы, исцеление, тихая деревушка. Но все изменилось в один миг, когда я вспомнила прошлую жизнь и узнала, что связана с древним пророчеством о драконах. Теперь я – Избранная для Дракона, и мне предстоит спасти мир от тьмы, даже если это значит покинуть свой дом и отправиться в неизвестность. Мои терзания и страхи только начинаются, а впереди ждёт замок драконов, где, возможно, и решится моя судьба… И судьба всего мира.
— Думаешь, если я молчу — значит, тупая?
— Я думал, тебя устраивает.
— Устраивает? Что ты мне в глаза врёшь?
— Я не хотел...
— Не хотел, но делал.
— Я не знал, что ты уже всё знаешь.
Он врал. Изменял. Был уверен — проглочу. Что буду терпеть. Что никуда не денусь.
А я молчала не потому, что слабая. А потому что готовилась.
Он не услышал ни крика, ни скандала. Он просто однажды проснулся — и понял:
у него больше ничего нет. Это была не истерика. Это была месть.
Моя. Тихая. Месть.
— Я думал, тебя устраивает.
— Устраивает? Что ты мне в глаза врёшь?
— Я не хотел...
— Не хотел, но делал.
— Я не знал, что ты уже всё знаешь.
Он врал. Изменял. Был уверен — проглочу. Что буду терпеть. Что никуда не денусь.
А я молчала не потому, что слабая. А потому что готовилась.
Он не услышал ни крика, ни скандала. Он просто однажды проснулся — и понял:
у него больше ничего нет. Это была не истерика. Это была месть.
Моя. Тихая. Месть.
Музыка начинает звучать громче, кто-то поднимает тост, официанты разносят канапе. А я не свожу глаз со входа, ожидая мужа.
И когда я уже почти решаю не обращать внимания, открывается дверь, и в зал заходит Алекс.
И не один.
Мой муж нежно обнимает за талию молодую девушку в ярко-красном платье с откровенным вырезом. Она громко и беззаботно смеётся. Совсем как я когда-то.
— Котя, ну когда ты уже расколешься, чья эта вечеринка! - девица капризно надувает губки и прислоняется головой к его плечу. Она не замечает меня.
А вот Алекс — замечает. О, как он замечает!
***
На мой юбилей муж преподнес неожиданный подарок, явившись на праздник со своей любовницей…
И когда я уже почти решаю не обращать внимания, открывается дверь, и в зал заходит Алекс.
И не один.
Мой муж нежно обнимает за талию молодую девушку в ярко-красном платье с откровенным вырезом. Она громко и беззаботно смеётся. Совсем как я когда-то.
— Котя, ну когда ты уже расколешься, чья эта вечеринка! - девица капризно надувает губки и прислоняется головой к его плечу. Она не замечает меня.
А вот Алекс — замечает. О, как он замечает!
***
На мой юбилей муж преподнес неожиданный подарок, явившись на праздник со своей любовницей…
Вместо того, чтоб как раньше, зайти в его кабинет, я стояла на месте, будто к полу приросшая.
Как едкую резь ощущала чужой голос. Женский. Пусть и чужой, но слишком знакомый, слишком нежный и, что ужаснее всего – слишком интимный.
– Скажи мне ещё раз, – проворковала она. – Кто у тебя самая сладкая девочка?
Моё дыхание сбилось. Я прижалась к стене, будто она могла спрятать меня от слов, от реальности, от всего.
– Ты, Лерочка… Конечно, ты. Алиска рядом с тобой – просто бесчувственная снежная баба. – произнес мой муж, ощутимо усмехаясь.
Я вжалась в панель. Как будто их голоса – хлестали по коже, как плетью.
Лера. Мачеха. Та, что вышла за моего отца, когда мне было шестнадцать. Та, что гладила меня по волосам, называла «солнышком» и «родной». Та, что вместе с папой благословила мой брак с Костей.
А теперь… Мой муж, которой обещал вечность рядом в любви и заботе, прямо сейчас изменяет мне с Лерой – моей же мачехой. Господи… с женой моего отца.
Как едкую резь ощущала чужой голос. Женский. Пусть и чужой, но слишком знакомый, слишком нежный и, что ужаснее всего – слишком интимный.
– Скажи мне ещё раз, – проворковала она. – Кто у тебя самая сладкая девочка?
Моё дыхание сбилось. Я прижалась к стене, будто она могла спрятать меня от слов, от реальности, от всего.
– Ты, Лерочка… Конечно, ты. Алиска рядом с тобой – просто бесчувственная снежная баба. – произнес мой муж, ощутимо усмехаясь.
Я вжалась в панель. Как будто их голоса – хлестали по коже, как плетью.
Лера. Мачеха. Та, что вышла за моего отца, когда мне было шестнадцать. Та, что гладила меня по волосам, называла «солнышком» и «родной». Та, что вместе с папой благословила мой брак с Костей.
А теперь… Мой муж, которой обещал вечность рядом в любви и заботе, прямо сейчас изменяет мне с Лерой – моей же мачехой. Господи… с женой моего отца.
— Машка беременна, — присаживаясь к мужу на широкий подлокотник кресла, — представляешь?
Мой муж Валерий заметно напрягается. Задерживает выдох. Замирает.
— Сказала, что от женатого залетела, — касаюсь небритой щеки, под которой напряглись желваки. Охаю. — Прикинь, в сорок пять и от женатика! Какой стыд…
— Она это тебе сама сказала? — тихо и натянуто спрашивает Валерий.
— Да, — с наигранной печалью вздыхаю я. — Я еще пошутила… — прищуриваюсь на мужа, — может, от тебя, Валер?
Лучшая подруга залетела от моего мужа в сорок пять и решила рожать. Когда я узнала об этом, то начала свою игру. Против мужа-предателя. Против лживой подруги. Против родственников, которые считают, что я должна быть мудрой терпилой.
Мой муж Валерий заметно напрягается. Задерживает выдох. Замирает.
— Сказала, что от женатого залетела, — касаюсь небритой щеки, под которой напряглись желваки. Охаю. — Прикинь, в сорок пять и от женатика! Какой стыд…
— Она это тебе сама сказала? — тихо и натянуто спрашивает Валерий.
— Да, — с наигранной печалью вздыхаю я. — Я еще пошутила… — прищуриваюсь на мужа, — может, от тебя, Валер?
Лучшая подруга залетела от моего мужа в сорок пять и решила рожать. Когда я узнала об этом, то начала свою игру. Против мужа-предателя. Против лживой подруги. Против родственников, которые считают, что я должна быть мудрой терпилой.
Медиум Изабелла вынужденно переезжает в другой город. Она обзавелась домом и новым офисом.
К ней приходят люди, ищущие правды и правосудия. В офис наведываются те, кто хочет в последний раз поговорить с усопшими, раскрыть перед умершим чудовищную тайну или узнать ответ на тревожащий вопрос.
Белла искренне старается помочь каждому. Любой, кто объявится в ее офисе, получит встречу с тем, кто уже отправился на тот свет.
ВАЖНО! Все серии литсериала выйдут БЕСПЛАТНО.
ПОЖАЛУЙСТА: добавьте книгу в библиотеку, подпишитесь на автора, поставьте звездочку. Вы очень меня этим поддержите!
К ней приходят люди, ищущие правды и правосудия. В офис наведываются те, кто хочет в последний раз поговорить с усопшими, раскрыть перед умершим чудовищную тайну или узнать ответ на тревожащий вопрос.
Белла искренне старается помочь каждому. Любой, кто объявится в ее офисе, получит встречу с тем, кто уже отправился на тот свет.
ВАЖНО! Все серии литсериала выйдут БЕСПЛАТНО.
ПОЖАЛУЙСТА: добавьте книгу в библиотеку, подпишитесь на автора, поставьте звездочку. Вы очень меня этим поддержите!
— Ты снова задержишься?
— Да, Лен. Встреча. Потерпи.
Он не знал, что я уже всё знаю.
О ней. О поцелуях. О лжи.
Я молчала. Смотрела. Запоминала.
Он думал, я — та, что простит. А я — та, кто терпеть не станет.
Кто не мстит вслух. Кто просто исчезает из его жизни — и забирает с собой всё. Даже спокойствие.
Я забуду его. Навсегда. А он — меня?
Вряд ли.
— Да, Лен. Встреча. Потерпи.
Он не знал, что я уже всё знаю.
О ней. О поцелуях. О лжи.
Я молчала. Смотрела. Запоминала.
Он думал, я — та, что простит. А я — та, кто терпеть не станет.
Кто не мстит вслух. Кто просто исчезает из его жизни — и забирает с собой всё. Даже спокойствие.
Я забуду его. Навсегда. А он — меня?
Вряд ли.
Выберите полку для книги