Книги по тегу «сильные чувства»: ""
- Ты что, пьяна, Лаврова? - усмехается босс, а мне хочется придушить его за этот скептический взгляд в мою сторону. Самодовольный индюк! - Честно говоря, я разочарован. Думал, что мозгов у тебя больше. Многие женщины приписывали мне своих детей, но с ними я хотя бы спал.
- И со мной спали! - на эмоциях выпаливаю первое, что приходит в голову.
- В самом деле? - брови Громова насмешливо ползут вверх. - Это ж как всё должно было быть плохо, чтобы я напрочь забыл о проведённой с тобой ночи?
- Карину вы тоже забыли? - смотрю ему в глаза и жду результата от своих слов. И результат не заставляет себя долго ждать - лицо Громова тут же удивлённо вытягивается.
- Откуда ты её знаешь?
- Да потому что это я та самая Карина! А рыжие волосы - это парик!
***
Поддавшись на уговоры сестры, я согласилась подменить её на первом свидании. Вот только вместо мужчины её мечты я встретила там… своего босса, который меня не узнал.
- И со мной спали! - на эмоциях выпаливаю первое, что приходит в голову.
- В самом деле? - брови Громова насмешливо ползут вверх. - Это ж как всё должно было быть плохо, чтобы я напрочь забыл о проведённой с тобой ночи?
- Карину вы тоже забыли? - смотрю ему в глаза и жду результата от своих слов. И результат не заставляет себя долго ждать - лицо Громова тут же удивлённо вытягивается.
- Откуда ты её знаешь?
- Да потому что это я та самая Карина! А рыжие волосы - это парик!
***
Поддавшись на уговоры сестры, я согласилась подменить её на первом свидании. Вот только вместо мужчины её мечты я встретила там… своего босса, который меня не узнал.
Нажимаю кнопку селектора, чтобы сказать Егору, что я пришла, но то, что я слышу, лишает меня дара речи.
Муж признаётся в любви какой-то дамочке.
— Никуся, я так люблю тебя, милая.
— Почему тогда ты не бросишь её и не женишься на мне?
— Всему своё время!
— Но я хочу, чтобы твой сын родился в браке.
Не могу сказать, что для меня больнее: узнать, что муж мне изменяет, или то, что у него будет ребёнок от другой женщины.
Захожу без стука в кабинет.
На диване, широко расставив ноги, сидит Егор.
Рубашка расстегнута, галстук болтается.
А его мадам преданно сидит у его ног, живот уже заметно округлился, значит, срок и правда не маленький.
— Что же вы сидите на полу? В вашем положении это неприемлемо!
— Кто вы вообще такая? Почему врываетесь в кабинет Егорушки без стука? Как вам не стыдно!
— Ну, раз уж вы спросили, то это мой кабинет и моя фирма! А я теперь уже бывшая жена этого кобеля.
Муж признаётся в любви какой-то дамочке.
— Никуся, я так люблю тебя, милая.
— Почему тогда ты не бросишь её и не женишься на мне?
— Всему своё время!
— Но я хочу, чтобы твой сын родился в браке.
Не могу сказать, что для меня больнее: узнать, что муж мне изменяет, или то, что у него будет ребёнок от другой женщины.
Захожу без стука в кабинет.
На диване, широко расставив ноги, сидит Егор.
Рубашка расстегнута, галстук болтается.
А его мадам преданно сидит у его ног, живот уже заметно округлился, значит, срок и правда не маленький.
— Что же вы сидите на полу? В вашем положении это неприемлемо!
— Кто вы вообще такая? Почему врываетесь в кабинет Егорушки без стука? Как вам не стыдно!
— Ну, раз уж вы спросили, то это мой кабинет и моя фирма! А я теперь уже бывшая жена этого кобеля.
- Тот, кто выиграет – получит мою дочь! И сможет делать с ней что захочет!
Я смотрел туда, в клетку.
Все видели просто запуганную зареванную девушку, жмущуюся к прутьям и закрывающую от ужаса уши руками. А я видел ее...
Девчонку из моего сна.
Шоколадного цвета крупные кудри, распахнутые голубые глаза, в которых плескалась дикая боль. И такой же, как сейчас, раскрытый в душераздирающем крике рот:
- Помоги мне!
Я смотрел туда, в клетку.
Все видели просто запуганную зареванную девушку, жмущуюся к прутьям и закрывающую от ужаса уши руками. А я видел ее...
Девчонку из моего сна.
Шоколадного цвета крупные кудри, распахнутые голубые глаза, в которых плескалась дикая боль. И такой же, как сейчас, раскрытый в душераздирающем крике рот:
- Помоги мне!
— Я изменяю тебе всю жизнь...
Слова мужа шокируют. Так, что темнеет в глазах.
— А как же наш малыш? — накрываю ладонью живот, по щекам текут слезы. — Ты бросаешь меня?
— Нет. Я вызову тебе такси... Помогу собрать вещи. И буду на карту исправно кидать алименты.
— Ты делаешь мне очень больно, неужели не понимаешь?
— Вер, давай разведёмся быстро, без конфликтов. Я женился на тебе, чтобы забыть другую. Но внезапно она вернулась.
Стою с сумками на пороге, с большим животом, а он прижимает к себе ту, из-за которой разрушил семью. Ту, которую даже в постели представлял вместо меня.
Расправляю плечи и произношу на прощанье:
— Знаешь, что больнее всего для мужчины, Матвей? Когда женщина, которую он бросил, заменив фальшивкой, расцветает без него. И ты это поймёшь. Но будет слишком поздно.
***
Он бросил нас с дочкой, назвав "разведенкой с прицепом", ушёл к той, о которой думал 18 лет нашего брака.
Но однажды мы засияем ярче всех звёзд.
И он пожалеет о том, что не ценил...
Слова мужа шокируют. Так, что темнеет в глазах.
— А как же наш малыш? — накрываю ладонью живот, по щекам текут слезы. — Ты бросаешь меня?
— Нет. Я вызову тебе такси... Помогу собрать вещи. И буду на карту исправно кидать алименты.
— Ты делаешь мне очень больно, неужели не понимаешь?
— Вер, давай разведёмся быстро, без конфликтов. Я женился на тебе, чтобы забыть другую. Но внезапно она вернулась.
Стою с сумками на пороге, с большим животом, а он прижимает к себе ту, из-за которой разрушил семью. Ту, которую даже в постели представлял вместо меня.
Расправляю плечи и произношу на прощанье:
— Знаешь, что больнее всего для мужчины, Матвей? Когда женщина, которую он бросил, заменив фальшивкой, расцветает без него. И ты это поймёшь. Но будет слишком поздно.
***
Он бросил нас с дочкой, назвав "разведенкой с прицепом", ушёл к той, о которой думал 18 лет нашего брака.
Но однажды мы засияем ярче всех звёзд.
И он пожалеет о том, что не ценил...
- Какая к черту венеричка, шизанутая?! - предъявляет бугай, нависая надо мной.
- А ты разве не на учёте ещё? - натурально делаю удивлённые глаза, - ну какая разница, днём раньше, днём позже, всё равно все дороги и разведённые ноги ведут туда. - вздыхаю наигранно, будто мне жаль, а вот ни фига! Так ему и надо будет.
- Ты же в курсе, что зависть - плохое чувство? Могу сделать для тебя исключение, так сказать, по-соседски, хотя ты совершенно не в моём вкусе, - окидывает оценивающим взглядом, в котором отображается шкала привлекательности, и мой рейтинг там чуть выше плинтуса.
- Да я тебя к себе на пушечный выстрел не подпущу, даже после термической и химической обработки. К тому же, ты слишком Б/Ушный, без обид, общественным я пользуюсь только транспортом.
Что делать, когда достался сосед-бабник? Перевоспитать, искупать в хлоргексидине, отвадить назойливых пассий и ни в коем случае не влюбляться! Я кремень, и не сдамся его обаянию, ведь не сдамся же?!
- А ты разве не на учёте ещё? - натурально делаю удивлённые глаза, - ну какая разница, днём раньше, днём позже, всё равно все дороги и разведённые ноги ведут туда. - вздыхаю наигранно, будто мне жаль, а вот ни фига! Так ему и надо будет.
- Ты же в курсе, что зависть - плохое чувство? Могу сделать для тебя исключение, так сказать, по-соседски, хотя ты совершенно не в моём вкусе, - окидывает оценивающим взглядом, в котором отображается шкала привлекательности, и мой рейтинг там чуть выше плинтуса.
- Да я тебя к себе на пушечный выстрел не подпущу, даже после термической и химической обработки. К тому же, ты слишком Б/Ушный, без обид, общественным я пользуюсь только транспортом.
Что делать, когда достался сосед-бабник? Перевоспитать, искупать в хлоргексидине, отвадить назойливых пассий и ни в коем случае не влюбляться! Я кремень, и не сдамся его обаянию, ведь не сдамся же?!
Завершено‼️
– Нет, я вам точно не дам.
– Вообще не дашь или только разрешение на деятельность?
Да он хам! На что он намекает?
– Зевс Германович, вы не тот объект для своих намеков и шуточек выбрали, знаете?
– Вполне себе горячий объект, как видишь. Я заценил, - он показал взглядом туда, куда приличные женщины не смотрят. - Я слов на ветер не бросаю, ты моей уже сегодня станешь. А бумажки сразу после этого и подпишешь, моя богиня.
Наглый и беспардонный бизнесмен ввалился в мой рабочий кабинет и заявил, что я стану его уже сегодня. А что я? Мне тридцать пять, я одинокая чиновница с пятидесятым размером, видали мы таких Богов! Или… Черт, ТАКИХ не видали!
– Нет, я вам точно не дам.
– Вообще не дашь или только разрешение на деятельность?
Да он хам! На что он намекает?
– Зевс Германович, вы не тот объект для своих намеков и шуточек выбрали, знаете?
– Вполне себе горячий объект, как видишь. Я заценил, - он показал взглядом туда, куда приличные женщины не смотрят. - Я слов на ветер не бросаю, ты моей уже сегодня станешь. А бумажки сразу после этого и подпишешь, моя богиня.
Наглый и беспардонный бизнесмен ввалился в мой рабочий кабинет и заявил, что я стану его уже сегодня. А что я? Мне тридцать пять, я одинокая чиновница с пятидесятым размером, видали мы таких Богов! Или… Черт, ТАКИХ не видали!
- Ты маленькая, взбалмошная, обиженная девочка, у которой отобрали её любимую игрушку в виде золотой карты! - рычит Бероев, нависая надо мной с дико злым видом. Это должно пугать, но, по ходу, я отбитая, потому что лезу наражен, испытывая странное предвкушение.
- А ты неотёсанный, грубый, бесячий сухарь, думающий, что умнее всех! - тыкаю пальцем в твердую, как камень, грудь, напоминая сейчас ту самую Моську, только вместо слона у меня самый настоящий медведь!
- Значит, ты от большой неприязни пускаешь по мне слюни, отваживая всех баб в округе? - ухмыляется гад, сокращая расстояние между нами.
- Пфф, ты ничего не попутал?! Выдаёшь желаемое за действительное?
- Значит, я ошибся, - говорит с хрипотцой, склоняясь к моим губам.
- Значит. - стараюсь быть уверенной, но дрожь в голосе выдаёт меня.
- Я так не думаю, - ухмыляется и, притянув меня к себе, зарывается лапищей в моих волосах , чуть сжимая их, - и я это докажу!
- А ты неотёсанный, грубый, бесячий сухарь, думающий, что умнее всех! - тыкаю пальцем в твердую, как камень, грудь, напоминая сейчас ту самую Моську, только вместо слона у меня самый настоящий медведь!
- Значит, ты от большой неприязни пускаешь по мне слюни, отваживая всех баб в округе? - ухмыляется гад, сокращая расстояние между нами.
- Пфф, ты ничего не попутал?! Выдаёшь желаемое за действительное?
- Значит, я ошибся, - говорит с хрипотцой, склоняясь к моим губам.
- Значит. - стараюсь быть уверенной, но дрожь в голосе выдаёт меня.
- Я так не думаю, - ухмыляется и, притянув меня к себе, зарывается лапищей в моих волосах , чуть сжимая их, - и я это докажу!
— Ты будешь моей второй женой, Аида, — ошарашивает меня босс, — Мадина останется первой и главной. Собственно, поэтому согласия в ЗАГСе от тебя не потребуется.
Не знаю почему, но участь быть не единственной преследует меня всю взрослую жизнь.
Началось всё со студенческой любви, где о кавказские традиции всё разбилось, а закончилось тем, что мой муж, который ни к Кавказу, ни к Исламу никогда не имел никакого отношения, решил стать мусульманином и взять вторую жену.
«Им можно, чем я хуже?» — заявил он.
Собственно, на этих словах наш брак и закончился.
И вот опять…
— Мне нужна вторая жена, Аида. И ей станешь ты.
Одновременно со словами босса я слышу, как за моей спиной открывается дверь, оглядываюсь и замираю.
Это он…
Моя первая любовь.
Мой Данияр.
— Вторая жена? — повторяет он за братом, уничтожая меня взглядом.
Не знаю почему, но участь быть не единственной преследует меня всю взрослую жизнь.
Началось всё со студенческой любви, где о кавказские традиции всё разбилось, а закончилось тем, что мой муж, который ни к Кавказу, ни к Исламу никогда не имел никакого отношения, решил стать мусульманином и взять вторую жену.
«Им можно, чем я хуже?» — заявил он.
Собственно, на этих словах наш брак и закончился.
И вот опять…
— Мне нужна вторая жена, Аида. И ей станешь ты.
Одновременно со словами босса я слышу, как за моей спиной открывается дверь, оглядываюсь и замираю.
Это он…
Моя первая любовь.
Мой Данияр.
— Вторая жена? — повторяет он за братом, уничтожая меня взглядом.
– Официальный осмотр окончен, Синичкина, – его хриплый баритон пробирает до мурашек, пока он неспеша запирает дверь кабинета изнутри. – А теперь перейдем к индивидуальной терапии, которую я назначил лично для тебя.
Руслан Беркутов – мой новый босс. Владелец элитной клиники, блестящий врач и самый пугающий, властный мужчина из всех, кого я когда-либо встречала. Он циничен, опасен и привык брать свое.
Я – Вика Синичкина, наивная выпускница медколледжа, которая просто хотела получить подпись в обходном листе.
Но у этого брутального хищника на меня совершенно другие планы…
Руслан Беркутов – мой новый босс. Владелец элитной клиники, блестящий врач и самый пугающий, властный мужчина из всех, кого я когда-либо встречала. Он циничен, опасен и привык брать свое.
Я – Вика Синичкина, наивная выпускница медколледжа, которая просто хотела получить подпись в обходном листе.
Но у этого брутального хищника на меня совершенно другие планы…
“Приятно видеть, что меня достали из бана”, — читаю я сообщение на экране.
Всего одна строчка, которая делит мой день на до и после. Останавливает пульс и дыхание. От лица отливает кровь. Причина - я не думала, что еще когда-нибудь получу от этого абонента сообщение…
***
Однажды я потеряла голову от парня после первой встречи. Эти ощущения были головокружительными, как и его поцелуи, но те чувства не идут ни в какое сравнение с теми, что я испытала, когда мы стали врагами…
Всего одна строчка, которая делит мой день на до и после. Останавливает пульс и дыхание. От лица отливает кровь. Причина - я не думала, что еще когда-нибудь получу от этого абонента сообщение…
***
Однажды я потеряла голову от парня после первой встречи. Эти ощущения были головокружительными, как и его поцелуи, но те чувства не идут ни в какое сравнение с теми, что я испытала, когда мы стали врагами…
Выберите полку для книги