Книги по тегу «сильные чувства»: ""
Самолёт касается земли. Весь полёт украдкой разглядывала соседа – брутала с глазами хищника, думая: “Ах, какой мужчина! Настоящий полковник!”
Наши взгляды “сталкиваются” и вспыхивает искра.
Тело предает меня, когда его губы касаются моего уха и он шепчет:
– Ко мне или к тебе?
– Я замужем, – сиплю, забывая дышать.
– Лгунишка. У тебя глаза незамужней женщины.
– Вы заблуждаетесь...
Ловлю его взгляд. Он говорит больше, чем слова.
– Громко думаешь… Ты – привлекательна, я – тоже. Чего время терять?
Вызов брошен. Думаю: “Принять его или отступить перед этим неотразимым соблазном…”
Делаю выбор. Но…
Разве могла я знать, что моя жизнь с этим настоящим мужчиной понесётся по сценарию “9½ недель”?..
Наши взгляды “сталкиваются” и вспыхивает искра.
Тело предает меня, когда его губы касаются моего уха и он шепчет:
– Ко мне или к тебе?
– Я замужем, – сиплю, забывая дышать.
– Лгунишка. У тебя глаза незамужней женщины.
– Вы заблуждаетесь...
Ловлю его взгляд. Он говорит больше, чем слова.
– Громко думаешь… Ты – привлекательна, я – тоже. Чего время терять?
Вызов брошен. Думаю: “Принять его или отступить перед этим неотразимым соблазном…”
Делаю выбор. Но…
Разве могла я знать, что моя жизнь с этим настоящим мужчиной понесётся по сценарию “9½ недель”?..
Что делать если влюбился в девушку, считающую тебя тупым мажором, который целыми днями играл в компьютерные игры? Тобой все восхищались, а она не обращала на тебя внимание. С ней сложно заговорить, её не удивить и невозможно купить? И что же остается делать? Пуститься в интригующую авантюру и стать её соседом - невидимкой. Одна комната, одна кровать, одна любовь.
— Одна горячая картошка и соус. Салфетки понадобятся? — поинтересовалась Яна.
— Так почему у тебя мокрые волосы? — спросил я её.
— Читайте по губам, если Вы глухой. Вас это не касается.
— Я буду заказывать и гонять тебя до тех пор, пока ты не расскажешь. Считай это мажорской прихотью.
— Да мне все равно, только выручку сделаете.
— Прекрати, мне выкать! — поднялся с дивана и испепеляюще смотрел на неё.
— А то, что? — не уступала Яна мне в этой битве.
— Возьму, оставлю такой отзыв про тебя, что не захочется здесь работать.
— Это подло!
— Клиент, всегда прав. — Сверкал я ослепительной улыбкой.
— Одна горячая картошка и соус. Салфетки понадобятся? — поинтересовалась Яна.
— Так почему у тебя мокрые волосы? — спросил я её.
— Читайте по губам, если Вы глухой. Вас это не касается.
— Я буду заказывать и гонять тебя до тех пор, пока ты не расскажешь. Считай это мажорской прихотью.
— Да мне все равно, только выручку сделаете.
— Прекрати, мне выкать! — поднялся с дивана и испепеляюще смотрел на неё.
— А то, что? — не уступала Яна мне в этой битве.
— Возьму, оставлю такой отзыв про тебя, что не захочется здесь работать.
— Это подло!
— Клиент, всегда прав. — Сверкал я ослепительной улыбкой.
— Мам, а почему папа с тётей в машине обнимался? — голос сына разрывает мою душу.
— Что? — я роняю ложку в суп. — Какой ещё тётей?
— Не знаю. Красивая такая, в красной юбке. Они смеялись.
Я ещё пытаюсь найти оправдание: может, сын перепутал… может, просто показалось…
Но вечером вижу фото в соцсетях.
Мой муж. Та самая красная юбка. И их руки переплетены.
Теперь мне нужно решить: закрыть глаза ради детей…
или показать ему, что он связался не с той женщиной, которую можно предать безнаказанно.
— Что? — я роняю ложку в суп. — Какой ещё тётей?
— Не знаю. Красивая такая, в красной юбке. Они смеялись.
Я ещё пытаюсь найти оправдание: может, сын перепутал… может, просто показалось…
Но вечером вижу фото в соцсетях.
Мой муж. Та самая красная юбка. И их руки переплетены.
Теперь мне нужно решить: закрыть глаза ради детей…
или показать ему, что он связался не с той женщиной, которую можно предать безнаказанно.
— Моя любовь к тебе и твоей дочери — не повод отказываться от других женщин, — как ни в чем не бывало заявляет муж, хищно улыбаясь блондинке, бросающей на него плотоядные взгляды.
— То есть, ты сейчас говоришь, что собираешься мне изменять? — спрашиваю, не веря, что нечто подобное слетает с моих губ.
— Просто предупреждаю, — пожимает плечами Егор, — чтобы для тебя это не стало сюрпризом. Я был "примерным мальчиком" три года. Это слишком большой срок для такого востребованного у женского пола мужчины, как я. Да и слишком много напряжения во мне скопилось…
— Думаешь, я смирюсь подобным после того, что со мной сделал бывший муж?!
— Смиришься, у тебя вариантов нет. Тем более, у меня скоро выборы. Мне нужна жена и ребенок. Да и вообще, я идеальный муж для тебя, и отец прекрасный для твоей дочери… Ты же не хочешь лишить ребенка папы? Снова…
Мне чудом удалось сбежать от еще одного мужа, который собирался меня сломить. Но я забыла, что от Измайлова скрыться не так-то просто…
— То есть, ты сейчас говоришь, что собираешься мне изменять? — спрашиваю, не веря, что нечто подобное слетает с моих губ.
— Просто предупреждаю, — пожимает плечами Егор, — чтобы для тебя это не стало сюрпризом. Я был "примерным мальчиком" три года. Это слишком большой срок для такого востребованного у женского пола мужчины, как я. Да и слишком много напряжения во мне скопилось…
— Думаешь, я смирюсь подобным после того, что со мной сделал бывший муж?!
— Смиришься, у тебя вариантов нет. Тем более, у меня скоро выборы. Мне нужна жена и ребенок. Да и вообще, я идеальный муж для тебя, и отец прекрасный для твоей дочери… Ты же не хочешь лишить ребенка папы? Снова…
Мне чудом удалось сбежать от еще одного мужа, который собирался меня сломить. Но я забыла, что от Измайлова скрыться не так-то просто…
3 и 4 июня - МАКСИМАЛЬНАЯ СКИДКА - 109 рублей!
— Ты все равно меня простишь, так зачем тратить время зря? Просто назови цену.
В шоке смотрю на мужа, невозмутимо натягивающего штаны.
На супружеской кровати все еще лежит обнаженная девица.
— Ты серьезно?
— Абсолютно. Цена есть у всего. Сколько стоит твое прощение?
— Оно стоит… развода, — произношу твердо.
— Ты пожалеешь, будешь мучиться, в итоге приползешь на брюхе.
Муж превратил развод и мою жизнь — в ад.
Кажется, что спасения нет, но одна случайная встреча меняет все.
— Ты все равно меня простишь, так зачем тратить время зря? Просто назови цену.
В шоке смотрю на мужа, невозмутимо натягивающего штаны.
На супружеской кровати все еще лежит обнаженная девица.
— Ты серьезно?
— Абсолютно. Цена есть у всего. Сколько стоит твое прощение?
— Оно стоит… развода, — произношу твердо.
— Ты пожалеешь, будешь мучиться, в итоге приползешь на брюхе.
Муж превратил развод и мою жизнь — в ад.
Кажется, что спасения нет, но одна случайная встреча меняет все.
— Это твоя дочь? — спросил он тихо.
Я хотела сказать “нет”.
Хотела спокойно улыбнуться, поправить платье и пройти мимо, как проходят мимо чужих людей.
Но Лиза в этот момент повернулась к нему. И улыбнулась.
Точно так же, как когда-то улыбался он.
Дамир побледнел. А я поняла: всё.
Восемь лет лжи закончились в одну секунду.
Когда-то его мать разрушила мою семью. Я поклялась, что никогда не стану похожей на неё.
Но теперь он стоял передо мной. С невестой за спиной. А меня ждал муж. Хороший. Родной. Ничего не подозревающий.
И девочка, которую один мужчина вырастил как свою.
А другой только что узнал в ней себя…
Я хотела сказать “нет”.
Хотела спокойно улыбнуться, поправить платье и пройти мимо, как проходят мимо чужих людей.
Но Лиза в этот момент повернулась к нему. И улыбнулась.
Точно так же, как когда-то улыбался он.
Дамир побледнел. А я поняла: всё.
Восемь лет лжи закончились в одну секунду.
Когда-то его мать разрушила мою семью. Я поклялась, что никогда не стану похожей на неё.
Но теперь он стоял передо мной. С невестой за спиной. А меня ждал муж. Хороший. Родной. Ничего не подозревающий.
И девочка, которую один мужчина вырастил как свою.
А другой только что узнал в ней себя…
— Этот центр я создал вместе с женщиной, которая скоро станет моей женой, — сказал мой муж со сцены.
Зал взорвался аплодисментами. Камеры повернулись к Арине Волковой — молодой, красивой, уверенной. Кардиологу. Лицу нового центра. Его любовнице.
А я сидела в зале и держала в руках программку открытия. На первой странице было его имя. На второй — её фотография. Моего имени не было нигде.
Хотя это были мои операции. Мои протоколы. Мои ночи у детских реанимаций. Моя мечта — центр, где детей лечат не по толщине родительского кошелька, а потому что у ребёнка болит сердце.
Я думала, больнее уже не будет.
А потом позвонили из школы.
Мише стало плохо. Нашему сыну. Он не бегал, как я велела. Просто сидел на лавке. А потом начал задыхаться.
Я просила мужа ехать со мной. Звонила ему снова и снова.
Он сбрасывал.
Зал взорвался аплодисментами. Камеры повернулись к Арине Волковой — молодой, красивой, уверенной. Кардиологу. Лицу нового центра. Его любовнице.
А я сидела в зале и держала в руках программку открытия. На первой странице было его имя. На второй — её фотография. Моего имени не было нигде.
Хотя это были мои операции. Мои протоколы. Мои ночи у детских реанимаций. Моя мечта — центр, где детей лечат не по толщине родительского кошелька, а потому что у ребёнка болит сердце.
Я думала, больнее уже не будет.
А потом позвонили из школы.
Мише стало плохо. Нашему сыну. Он не бегал, как я велела. Просто сидел на лавке. А потом начал задыхаться.
Я просила мужа ехать со мной. Звонила ему снова и снова.
Он сбрасывал.
Он - избалованный мажор, который играючи влюбляет в себя девчонок и разбивает их сердца.
Она - та, кто решает его проучить, действуя его же методами.
Два непримиримых врага при свидетелях клянутся, что будут ненавидеть друг друга до тех пор, пока бьются их сердца!
Но смогут ли они сдержать свою клятву, если в дело вступают чувства...
Она - та, кто решает его проучить, действуя его же методами.
Два непримиримых врага при свидетелях клянутся, что будут ненавидеть друг друга до тех пор, пока бьются их сердца!
Но смогут ли они сдержать свою клятву, если в дело вступают чувства...
— Да ты же мерзавец! Привык, что за тобой тёлки табунами ходят. Вот только я не такая, Мятежный. Меня бабками не купить, силой не взять, а нежности и про вечную любовь тебе говорить западло, не по понятиям, да? Тебе даже припугнуть меня нечем! НЕ БОЮСЬ я тебя!
— Спорим, сама за мной бегать начнёшь? Упс… Кажется, уже начала, — рассмеялся он, громыхнув наручниками, которыми был прикован к пассажирскому креслу машины, которую я угнала вместе с этим наглым, циничным, но до одурения красивым мужиком.
Чёрт! Что я творю? Это же Мятежный! Владелец курортного города. Да без его согласия даже птицы не пролетают! Но разве я знала, что, поддавшись на провокацию, поцелую вслепую именно его? Разве знала, что, ища работу, окажусь на пороге его дома? Разве я знала, что влюблюсь?
Серия "Богатые не плачут". История Мятежного и Верочки. Можно читать отдельно.
— Спорим, сама за мной бегать начнёшь? Упс… Кажется, уже начала, — рассмеялся он, громыхнув наручниками, которыми был прикован к пассажирскому креслу машины, которую я угнала вместе с этим наглым, циничным, но до одурения красивым мужиком.
Чёрт! Что я творю? Это же Мятежный! Владелец курортного города. Да без его согласия даже птицы не пролетают! Но разве я знала, что, поддавшись на провокацию, поцелую вслепую именно его? Разве знала, что, ища работу, окажусь на пороге его дома? Разве я знала, что влюблюсь?
Серия "Богатые не плачут". История Мятежного и Верочки. Можно читать отдельно.
– Отвези меня домой, сейчас.
Хочу звучать убедительно, но мой голос предательски дрожит.
– Нет.
Яр не сводит с меня темного, нечитаемого взгляда.
– Пожалуйста...
Готова умолять и просить. Но понимаю, что с Яром это не пройдет. Он делает еще шаг ко мне, подступая вплотную. Даже сквозь одежду чувствую жар, исходящий от его тела.
– Я должна уехать. Отпусти меня...
Грешный взгляд обжигает и завораживает.
Вместо ответа, Яр притягивает меня к себе и накрывает мои губы поцелуем.
Горячим. Первым. Настоящим.
***
Моя жизнь изменилась в одночасье. У моей семьи очень много врагов и я – разменная монета в этой игре. Доверять больше некому.
Помочь может лишь один мужчина. Майор Ярослав Волков.
Моя первая любовь и мое наваждение.
Хочу звучать убедительно, но мой голос предательски дрожит.
– Нет.
Яр не сводит с меня темного, нечитаемого взгляда.
– Пожалуйста...
Готова умолять и просить. Но понимаю, что с Яром это не пройдет. Он делает еще шаг ко мне, подступая вплотную. Даже сквозь одежду чувствую жар, исходящий от его тела.
– Я должна уехать. Отпусти меня...
Грешный взгляд обжигает и завораживает.
Вместо ответа, Яр притягивает меня к себе и накрывает мои губы поцелуем.
Горячим. Первым. Настоящим.
***
Моя жизнь изменилась в одночасье. У моей семьи очень много врагов и я – разменная монета в этой игре. Доверять больше некому.
Помочь может лишь один мужчина. Майор Ярослав Волков.
Моя первая любовь и мое наваждение.
Выберите полку для книги