Книги по тегу «тайны прошлого»: ""
В столице Вердандии, где эльфы берегут память как величайшее сокровище, глава ордена поручает боевому хранителю спрятать таинственную книгу — реликвию, от которой может зависеть судьба земель. Но у хранителя свои планы: доверяя собственному чутью и зная цену тайне, она решает действовать иначе. В этом выборе — зерно грядущих потрясений: один поступок способен разжечь пожар перемен и поставить под угрозу всё, что так бережно хранили поколения.
Что может быть общего у скромного мага-усилителя из провинции и одного из самых сильных менталистов страны? Казалось бы — ничего. Но стоило только мне податься в столицу на поиски работы, как привычная жизнь дала трещину.
Кто же знал, что бояться стоит вовсе не грозного нанимателя, а его брата, невзлюбившего меня с первого чиха! Ну не виновата я, что у Лаверна Торхилда аллергия на моего питомца, а еще какое-то маниакальное стремление залезть ко мне в голову. Только у Кассии Ленор’э тоже есть секреты, и я сделаю все, чтобы защитить свой разум от вредных ментальных магов. Или хотя бы попытаюсь…
Кто же знал, что бояться стоит вовсе не грозного нанимателя, а его брата, невзлюбившего меня с первого чиха! Ну не виновата я, что у Лаверна Торхилда аллергия на моего питомца, а еще какое-то маниакальное стремление залезть ко мне в голову. Только у Кассии Ленор’э тоже есть секреты, и я сделаю все, чтобы защитить свой разум от вредных ментальных магов. Или хотя бы попытаюсь…
Меня сослали в Академию морской магии. Отец сказал учиться и также велел моему старшему брату следить за мной. Но я уже не малёк и буду сама себе искать своего принца. А когда в первый же день найду его, то окажется, что он бастард. Отчаиваться я буду недолго и продолжу поиски! Но вот к чему они приведут? Какие тайны скрывает наш куратор Марий? И почему жемчужина, показывающая уровень силы у бастарда, окрасится в фиолетовый цвет? Кто на самом деле Кит Северо-Ледовитый, бастард или чистокровный принц? Это и другие загадки мне придётся выяснить в процессе обучения!
Пять лет назад её жизнь раскололась на «до» и «после». Жених, блестящий оперативник, был обвинён в предательстве, уволен с позором и бесследно исчез. Она сбежала в другой город, спряталась в морге, научилась не чувствовать. Мёртвые не обманывают. С ними проще.
Но у прошлого длинные руки.
Серия странных убийств вспарывает затянувшиеся раны. Пять жертв. Пять кислотных ожогов. Пять дел, которые кто-то старательно пытался похоронить в архивах. Следователь Александр Градов уверен: это не совпадение. Он ищет связь — и находит её там, где меньше всего ожидал. В биографии эксперта, которая работает с ним бок о бок.
Теперь каждое новое тело — это не просто улика. Это послание. Ей. От того, кого она когда-то любила. Или от того, кто хочет, чтобы она так думала.
Когда личное становится делом государственной важности, а доверие может стоить жизни, — остаётся только один вопрос: кто на самом деле держит в руках колбу с кислотой?
Но у прошлого длинные руки.
Серия странных убийств вспарывает затянувшиеся раны. Пять жертв. Пять кислотных ожогов. Пять дел, которые кто-то старательно пытался похоронить в архивах. Следователь Александр Градов уверен: это не совпадение. Он ищет связь — и находит её там, где меньше всего ожидал. В биографии эксперта, которая работает с ним бок о бок.
Теперь каждое новое тело — это не просто улика. Это послание. Ей. От того, кого она когда-то любила. Или от того, кто хочет, чтобы она так думала.
Когда личное становится делом государственной важности, а доверие может стоить жизни, — остаётся только один вопрос: кто на самом деле держит в руках колбу с кислотой?
Моя соперница утонула два года назад.
Она не постареет, не наскучит, не разлюбит.
Я — вторая жена. Выходила за её мужа, въезжала в её дом, ложилась в её постель. Знала всё наперёд — и всё равно сказала «да». Потому что, на свою беду, люблю его.
В этом доме всё ещё правит она. Её платья в шкафах. Её засохший букет, который никто не смеет выбросить. Её смеющаяся фотография у изголовья. Домработница вытирает пыль с её вещей. Муж по ночам уходит к воде и всматривается вдаль — туда, где осталась она.
С мёртвой не поспоришь. А я и не собираюсь.
Я зажгу в этом доме свет — и узнаю, что на самом деле случилось той ночью у воды. И кем была та, чью жизнь я донашиваю.
Она не постареет, не наскучит, не разлюбит.
Я — вторая жена. Выходила за её мужа, въезжала в её дом, ложилась в её постель. Знала всё наперёд — и всё равно сказала «да». Потому что, на свою беду, люблю его.
В этом доме всё ещё правит она. Её платья в шкафах. Её засохший букет, который никто не смеет выбросить. Её смеющаяся фотография у изголовья. Домработница вытирает пыль с её вещей. Муж по ночам уходит к воде и всматривается вдаль — туда, где осталась она.
С мёртвой не поспоришь. А я и не собираюсь.
Я зажгу в этом доме свет — и узнаю, что на самом деле случилось той ночью у воды. И кем была та, чью жизнь я донашиваю.
Они такие разные — безродный найдёныш Льюис и сын Светлого лэрда Ллойд. Их встреча произошла в Школе при монастыре, специализирующимся на определении сущности полукровок, а сдружила дорога. Какую истину они узнают в конце пути? И так уж ли безроден Льюис, получивший при расставании со Школой от нашедшего его когда-то монаха украшения погибшей матери?
Я очнулась в чужом теле — на коленях перед королевой и толпой, требующей моей смерти.
Савина Рош, придворная певчая, обвинена в том, что её голос погубил наследника. Казнь заменили печатью молчания: теперь говорить я могу только с разрешения Тарена Мельта, королевского дознавателя, который считает меня опасной.
Но одна сорванная нота пробуждает принца. Перед тем как снова замолчать, он успевает сказать:
«Она не одна».
Значит, Савину подставили. Во дворце есть тот, кто использовал её голос, и теперь он сделает всё, чтобы я не вспомнила правду.
А мне придётся выжить рядом с мужчиной, которому принадлежит мой голос.
Савина Рош, придворная певчая, обвинена в том, что её голос погубил наследника. Казнь заменили печатью молчания: теперь говорить я могу только с разрешения Тарена Мельта, королевского дознавателя, который считает меня опасной.
Но одна сорванная нота пробуждает принца. Перед тем как снова замолчать, он успевает сказать:
«Она не одна».
Значит, Савину подставили. Во дворце есть тот, кто использовал её голос, и теперь он сделает всё, чтобы я не вспомнила правду.
А мне придётся выжить рядом с мужчиной, которому принадлежит мой голос.
Англия, 1833 год. Пыльные письма на чердаке хранят страшную тайну, и юная Лизз не может оставить её в прошлом. В восемнадцать лет она бросает привычный мир и едет в Лондон, чтобы раскрыть правду о матери. Там её ждёт загадочный картограф: он вручает Лизз четыре шиллинга — «инвестицию в ваше возвращение». Но за его странными поступками прячется ложь, а за ложью — тайное общество, что вершит судьбы людей. Лизз всё ближе к разгадке… и к опасности. Готова ли она заплатить самую высокую цену за правду?
Когда дракон, с которым меня шесть лет связывала истинная метка, предложил «расстаться достойно», я потребовала маяк.
Мертвый. С долгами, пробитой крышей и сроком в тридцать дней.
Морвей погас двенадцать лет назад, когда в Черном приливе погибло три корабля. Совет уверяет, что его приливный кристалл разбился. Но я мастер сигнальных линз и знаю: стекло помнит температуру, металл — след инструмента, а руны не лгут. Кристалл сняли целым.
Единственный, кто был рядом с той катастрофой, — Тарен Келл, капитан береговой стражи, штормовой дракон с поврежденным крылом и привычкой скрывать важное. Я не ищу нового истинного. Он не просит доверия. Нам надо всего лишь запустить маяк до нового прилива.
Вот только чем ярче становится его свет, тем яснее: моя прежняя метка была не ошибкой природы. Ее кто-то изготовил.
Мертвый. С долгами, пробитой крышей и сроком в тридцать дней.
Морвей погас двенадцать лет назад, когда в Черном приливе погибло три корабля. Совет уверяет, что его приливный кристалл разбился. Но я мастер сигнальных линз и знаю: стекло помнит температуру, металл — след инструмента, а руны не лгут. Кристалл сняли целым.
Единственный, кто был рядом с той катастрофой, — Тарен Келл, капитан береговой стражи, штормовой дракон с поврежденным крылом и привычкой скрывать важное. Я не ищу нового истинного. Он не просит доверия. Нам надо всего лишь запустить маяк до нового прилива.
Вот только чем ярче становится его свет, тем яснее: моя прежняя метка была не ошибкой природы. Ее кто-то изготовил.
Мой муж-дракон не стал спорить, когда я обнаружила двойную накладную. Он объявил меня неуравновешенной и сослал в Ровенхолл — разоренное поместье, где живут вдовы погибших драконьих всадников.
Через тридцать дней Ровенхолл продадут за долги. В мастерских ржавеют станки, касса пуста, а женщины уверены, что я приехала отнять у них последнее. Но среди старых вещей я нахожу след подмены: их мужья погибли из-за дешевой ткани, выданной за огнестойкий пеплошелк. Под документом о приемке стоит моя подпись.
Чтобы спасти поместье и доказать, что я не была сообщницей, мне придется восстановить производство и закончить проверку, которую остановил муж. Помешать мне может Тарвес Рейн — королевский ревизор и боевой дракон, потерявший в той катастрофе брата. Для него я пока не союзница, а главная подозреваемая.
У меня есть тридцать дней, пятьдесят локтей ткани и шесть женщин, которые мне не доверяют. А еще два дракона: один меня предал, второй требует правды.
Через тридцать дней Ровенхолл продадут за долги. В мастерских ржавеют станки, касса пуста, а женщины уверены, что я приехала отнять у них последнее. Но среди старых вещей я нахожу след подмены: их мужья погибли из-за дешевой ткани, выданной за огнестойкий пеплошелк. Под документом о приемке стоит моя подпись.
Чтобы спасти поместье и доказать, что я не была сообщницей, мне придется восстановить производство и закончить проверку, которую остановил муж. Помешать мне может Тарвес Рейн — королевский ревизор и боевой дракон, потерявший в той катастрофе брата. Для него я пока не союзница, а главная подозреваемая.
У меня есть тридцать дней, пятьдесят локтей ткани и шесть женщин, которые мне не доверяют. А еще два дракона: один меня предал, второй требует правды.
Выберите полку для книги