Книги по тегу «учитель»: ""
Знакомьтесь: самая циничная училка в мире Александра Сергеевна Пушкина. Рост – 90 см, филологический ум – космический, цинизм – абсолютный. Заслуженный учитель РФ препарирует такие шедевры, как «Гамлет», «Война и мир», «Горе от ума», «Generation "П"», «1984», «Архипелаг ГУЛАГ», «Братья Карамазовы». А чтобы лично высказать авторам все, что она думает об их биографиях и текстах, эта микрофурия умеет даже прыгать в прошлое, где общается с Гомером и Гете, Вольтером и Гоголем, Маркесом и Буниным…
Классическая литература – это не вздохи на скамейке, а парад эгоизма и глупости. Так считает Александра Сергеевна Пушкина, Народный учитель РФ, лилипутка с мертвой хваткой и колоссальным филологическим интеллектом. Она плевать хотела на школьные шаблоны. Ради жесткого разбора шедевров она готова на все – даже на прыжки в прошлые века для личного разговора с великими авторами: Диккенсом, Кафкой, Достоевским, Есениным, Ильфом и Петровым, Киплингом, Агатой Кристи, Крыловым, Венедиктом Ерофеевым...
Рост Александры Сергеевны Пушкиной – всего 90 сантиметров, но ее ментальный масштаб подавляет любого. Народная учительница РФ и абсолютный циник, она ломает стереотипы о школьных уроках. Пушкина видит изнанку великих книг и безжалостно препарирует мотивы героев. А ради финального аккорда она прыгает сквозь эпохи, чтобы лично устроить допрос Омару Хайяму, Лермонтову, Линдгрен, Джеку Лондону, Оруэллу, Мандельштаму, Островскому, Маршаку, Маяковскому, Мольеру, Некрасову, Набокову и другим гениям.
Думаете, классики писали о вечной любви? Александра Сергеевна Пушкина, Народный учитель РФ ростом 90 см, докажет обратное. Обладая колоссальным умом и абсолютным цинизмом, она видит в книгах лишь парад глупости. Чтобы лично раздать лещей создателям школьной программы, циничная училка даже прыгает сквозь эпохи. Однако Жан-Жак Руссо, Андрей Платонов, Майн Рид, Эрих Мария Ремарк, Михаил Салтыков-Щедрин, Мигель де Сервантес и ее великий однофамилец Александр Пушкин вряд ли обрадуются встрече с ней.
Арсений усмехнулся. Он сел на край парты напротив неё, скрестив руки на груди.
— Потому что я вижу вас насквозь, — спокойно ответил он. — Я вижу женщину, которая устала быть сильной. Которая каждый день носит броню. Которая в суде, в офисе, в жизни — всегда сверху. И которая мечтает — хотя бы на час, хотя бы на минуту — оказаться снизу.
Кира побледнела. Её пальцы сжались в кулаки.
— Вы не имеете права...
— Имею, — перебил он её, и в его голосе прозвучала та самая нота, от которой у неё перехватило дыхание. — Я имею, потому что я вижу. И потому что я знаю, что вы хотите того же, чего хотела Вера. Только вам сложнее это признать.
— Я не похожа на Веру, — холодно произнесла она.
— Нет. Вы не похожи. Вера — хрупкая. Она отдаёт себя легко, потому что у неё нет сил сопротивляться. Вы — сильная. Вы будете сопротивляться. Вы будете бороться. И именно поэтому ваше подчинение будет... глубже. Честнее. Настоящее.
Она смотрела на него, не в силах отвести взгляд. Её сердце билось так громко,
— Потому что я вижу вас насквозь, — спокойно ответил он. — Я вижу женщину, которая устала быть сильной. Которая каждый день носит броню. Которая в суде, в офисе, в жизни — всегда сверху. И которая мечтает — хотя бы на час, хотя бы на минуту — оказаться снизу.
Кира побледнела. Её пальцы сжались в кулаки.
— Вы не имеете права...
— Имею, — перебил он её, и в его голосе прозвучала та самая нота, от которой у неё перехватило дыхание. — Я имею, потому что я вижу. И потому что я знаю, что вы хотите того же, чего хотела Вера. Только вам сложнее это признать.
— Я не похожа на Веру, — холодно произнесла она.
— Нет. Вы не похожи. Вера — хрупкая. Она отдаёт себя легко, потому что у неё нет сил сопротивляться. Вы — сильная. Вы будете сопротивляться. Вы будете бороться. И именно поэтому ваше подчинение будет... глубже. Честнее. Настоящее.
Она смотрела на него, не в силах отвести взгляд. Её сердце билось так громко,
- Как твоя Лиса?
- Надеюсь, нормально. Не берёт трубку. Почему интересуешься? - угу, братишка, встрепенулся... Лучшая защита, это нападение. Не отвечает тебе девчонка на звонки и это реально раздражает. Последние полтора часа руку с экрана телефона не убираешь... Эх, как я тебя понимаю, брат!
- Кстати, я активировал в её телефоне программку, по которой Лису легко найти. И судя по данным... Это странно и подозрительно...
- Ты спал с ней?.
Жизнь моя была однообразна и скучна, пока я не согласилась поехать с подругой отдыхать в свой заслуженный отпуск. Но лучше бы она такой и оставалась.
Я оказалась между двух огней..... Два брата...
- Надеюсь, нормально. Не берёт трубку. Почему интересуешься? - угу, братишка, встрепенулся... Лучшая защита, это нападение. Не отвечает тебе девчонка на звонки и это реально раздражает. Последние полтора часа руку с экрана телефона не убираешь... Эх, как я тебя понимаю, брат!
- Кстати, я активировал в её телефоне программку, по которой Лису легко найти. И судя по данным... Это странно и подозрительно...
- Ты спал с ней?.
Жизнь моя была однообразна и скучна, пока я не согласилась поехать с подругой отдыхать в свой заслуженный отпуск. Но лучше бы она такой и оставалась.
Я оказалась между двух огней..... Два брата...
ТЫ МНЕ НЕ НУЖНА
Продолжение истории "Записки в кармане"
.
Первая любовь не была счастливой. Остались болезненные воспоминания. Но всем известно, что время лечит, правда оставляя шрамы опыта.
Прошло десять лет. У Натальи Александровны своя тихая жизнь. Но случайная встреча взрывает все эмоции, ломая с треском уверенность и спокойный жизненный уклад молодой женщины. Старая любовь в её сердце вспыхивает с новой силой. Только постепенно Наташа понимает, что чувства наполняются горечью и превращаются в ненависть. Наталья понимает, что это не её жизнь, не её судьба. Осталось только вырваться из замкнутого круга своих чувств.
Продолжение "Записки в кармане"
https://litmarket.ru/books/zapiski-v-karmane?refCampaign=zapiski-v-karmane&refId=73480
Продолжение истории "Записки в кармане"
.
Первая любовь не была счастливой. Остались болезненные воспоминания. Но всем известно, что время лечит, правда оставляя шрамы опыта.
Прошло десять лет. У Натальи Александровны своя тихая жизнь. Но случайная встреча взрывает все эмоции, ломая с треском уверенность и спокойный жизненный уклад молодой женщины. Старая любовь в её сердце вспыхивает с новой силой. Только постепенно Наташа понимает, что чувства наполняются горечью и превращаются в ненависть. Наталья понимает, что это не её жизнь, не её судьба. Осталось только вырваться из замкнутого круга своих чувств.
Продолжение "Записки в кармане"
https://litmarket.ru/books/zapiski-v-karmane?refCampaign=zapiski-v-karmane&refId=73480
Взгляд инопланетян на современную человеческую жизнь. Инопланетный наставник проводит курсы повышения квалификации для своих учеников на тему: "Как приручить человека?". Только отчего-то слушателей его курса с каждым занятием становится всё меньше...
— Ты с ней спал?
— Да ты с ума сошла, мы просто сидели.
— В отеле, Саша? Тридцать девять минут?
— Ну и что… это ничего не значит.
Каждая его отговорка звучала громче любого признания. Я видела, слышала, знала.
И всё равно спрашивала — чтобы добить остатки веры в мужа.
Я не позволю ему делать из меня мебель в собственной жизни.
Да, больно. Да, страшно. Но я уважаю себя. И у меня хватит сил, чтобы поставить точку там, где он привык ставить многоточия.
— Да ты с ума сошла, мы просто сидели.
— В отеле, Саша? Тридцать девять минут?
— Ну и что… это ничего не значит.
Каждая его отговорка звучала громче любого признания. Я видела, слышала, знала.
И всё равно спрашивала — чтобы добить остатки веры в мужа.
Я не позволю ему делать из меня мебель в собственной жизни.
Да, больно. Да, страшно. Но я уважаю себя. И у меня хватит сил, чтобы поставить точку там, где он привык ставить многоточия.
Он был мажором до мозга костей, из тех, кого еще поискать. Ему наплевать на мой статус учителя, я для него – просто декорация. В этом классе он – царь и бог, диктующий свои правила, перед которыми должны склониться все.
А я… я всего лишь Оливия Михайловна, учительница с треснувшими мечтами, пытающаяся сохранить остатки дисциплины в этом осином гнезде. Справлюсь ли я? Смогу ли не утонуть в омуте его наглых глаз?
— Ларин, что ты творишь! — вырвалось у меня, когда этот наглец взвалил меня на плечо, словно мешок картошки, и понес через весь класс к выходу. Мое лицо горело от унижения, а сердце колотилось, как у пойманной птицы.
— Эх, Оливия Михайловна, — донесся до меня его бархатный голос, — не понимаете вы своего счастья.
И он нагло шлепнул меня по заднице! Все мои попытки вырваться были тщетны. В итоге я оказалась запертой в какой-то пыльной кладовке, словно старая метла.
— Отдохните, Оливия Михайловна. Вам это полезно, — прозвучали его последние слов, когда захлопнулась дверь.
А я… я всего лишь Оливия Михайловна, учительница с треснувшими мечтами, пытающаяся сохранить остатки дисциплины в этом осином гнезде. Справлюсь ли я? Смогу ли не утонуть в омуте его наглых глаз?
— Ларин, что ты творишь! — вырвалось у меня, когда этот наглец взвалил меня на плечо, словно мешок картошки, и понес через весь класс к выходу. Мое лицо горело от унижения, а сердце колотилось, как у пойманной птицы.
— Эх, Оливия Михайловна, — донесся до меня его бархатный голос, — не понимаете вы своего счастья.
И он нагло шлепнул меня по заднице! Все мои попытки вырваться были тщетны. В итоге я оказалась запертой в какой-то пыльной кладовке, словно старая метла.
— Отдохните, Оливия Михайловна. Вам это полезно, — прозвучали его последние слов, когда захлопнулась дверь.
Выберите полку для книги