Книги по тегу «читать бесплатно»: ""
— Твой брат торчит моему боссу круглую сумму...
— Я накоплю! Все до копейки выплачу, только отпусти меня!
— Я похож на идиота, Вероника? Мне не нужны деньги, милая, ведь есть в тебе кое-что поинтереснее…
Когда непутевый брат в очередной раз скрылся от кредиторов, долги повесили на старшую сестру — Веронику. Её муж трусливо отступил. Полиция развела руками: «Нет тела — нет дела». Цепляясь за последнюю надежду, она приехала к заброшенному мосту на зов брата. Но в темноте ждал не он, а Игнат — холодный и расчетливый «вышибала». Его правило просто: нет денег — платишь собой. Теперь Вероника его «живой депозит».
— Я накоплю! Все до копейки выплачу, только отпусти меня!
— Я похож на идиота, Вероника? Мне не нужны деньги, милая, ведь есть в тебе кое-что поинтереснее…
Когда непутевый брат в очередной раз скрылся от кредиторов, долги повесили на старшую сестру — Веронику. Её муж трусливо отступил. Полиция развела руками: «Нет тела — нет дела». Цепляясь за последнюю надежду, она приехала к заброшенному мосту на зов брата. Но в темноте ждал не он, а Игнат — холодный и расчетливый «вышибала». Его правило просто: нет денег — платишь собой. Теперь Вероника его «живой депозит».
– Так ты и есть мой сладкий подарок? – спрашивает мужчина.
– Простите, я Вам не нравлюсь? – мое сердце падает вниз. – Я понимаю, что в Москве девушки симпатичнее, и все такое. И опытнее, конечно.
– А ты значит, неопытная? – щурится и заправляет край полотенца, которое норовит с него соскочить.
Отрицательно машу головой и ловлю в его глазах заинтересованность.
– Но я быстро учусь, – заверяю с жаром. – Я очень умная, школу с золотой медалью окончила. Только вот в институт не поступила, потому что дорого. Моя семья не потянет расходов. А Копытин обещал, что…
История о том, как невинную девочку Янку подарили под Новый год миллиардеру Архипу Шаповалову. И случайно эта девочка оказалась дочкой его лучшего друга...
– Простите, я Вам не нравлюсь? – мое сердце падает вниз. – Я понимаю, что в Москве девушки симпатичнее, и все такое. И опытнее, конечно.
– А ты значит, неопытная? – щурится и заправляет край полотенца, которое норовит с него соскочить.
Отрицательно машу головой и ловлю в его глазах заинтересованность.
– Но я быстро учусь, – заверяю с жаром. – Я очень умная, школу с золотой медалью окончила. Только вот в институт не поступила, потому что дорого. Моя семья не потянет расходов. А Копытин обещал, что…
История о том, как невинную девочку Янку подарили под Новый год миллиардеру Архипу Шаповалову. И случайно эта девочка оказалась дочкой его лучшего друга...
Эх, а так всё хорошо начиналось. Новая работа, новая любовь, романтика деревенской глуши. Так надо же было заявиться с ревизией начальству. Всё бы ничего. Но если начальник – немец, а бабушки в деревне еще помнят, как в молодость партизанили против фашистов, то… В общем, берегись, начальник. Никакая немецкая логика не поможет.
Катя со страхом смотрела на большого мужчину в военной форме, который заполнял собой почти всю прихожую. Нет, он был не просто большим, а огромным, почти монументальным. Девушке показалось, что гость затылком гладит потолок, а спина у него широченная, как крыша у «Жигулей». Он медленно повернул голову, светло-голубые глаза пригвоздили ее к полу. Огромный, мощный, в зеленой форме, вылитый танк. Даже его движение головы напоминало поворот танковой башни, плавное, неторопливое, будто механическое.
Катя пялилась на мужчину широко распахнутыми глазами, а в голове почему-то мелькнула мысль: «Страшно, очень страшно, мы не знаем, что это такое, если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое».
Катя пялилась на мужчину широко распахнутыми глазами, а в голове почему-то мелькнула мысль: «Страшно, очень страшно, мы не знаем, что это такое, если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое».
Короткий любовный роман 18+:
"Демьян Воронцов - мое проклятье. Совершенно невыносимый, заносчивый, самоуверенный мажор и... красивый гад. Он не простил мне моих слов, которыми я осадила его перед всем курсом... И теперь смысл его жизни - сжить меня со свету!"
"Варвара Лебедева - высокомерная выскочка! Заноза, которая проникла в мое нутро! И почему она смотрит на меня, словно я ничтожество? Почему эта манящая зараза так меня бесит?! Ну... маленькая дрянь, скоро ты ответишь за свои слова! Я тебе это обещаю!"
"Демьян Воронцов - мое проклятье. Совершенно невыносимый, заносчивый, самоуверенный мажор и... красивый гад. Он не простил мне моих слов, которыми я осадила его перед всем курсом... И теперь смысл его жизни - сжить меня со свету!"
"Варвара Лебедева - высокомерная выскочка! Заноза, которая проникла в мое нутро! И почему она смотрит на меня, словно я ничтожество? Почему эта манящая зараза так меня бесит?! Ну... маленькая дрянь, скоро ты ответишь за свои слова! Я тебе это обещаю!"
Сердце колотилось где‑то в горле, в висках стучала кровь, мысли путались, но одна сверлила мозг, как раскалённый гвоздь, что его маленькая, нежная доченька беременна от какого-то подонка. Он резко распахнул дверь, так что та ударилась о стену.
— Ксюша, это что такое? — голос Михаила прозвучал жёстко, командно, как на плацу. — Это твой тест? Отвечай немедленно!
Девушка побледнела, губы задрожали. Растерянно заморгала, не понимая, что происходит, а потом взгляд её упал на тот самый тест на беременность в руке отца.
— Папа, я… — начала лепетать она, голос дрожал, срывался.
— Кто он? Кто этот человек? Он старше тебя? Он принудил тебя к чему‑то? Отвечай! — требовал ответа, чеканя каждое слово. — Ты несовершеннолетняя. Это преступление, — подполковник сделал ещё шаг, нависая над дочерью.
— Назови имя этого смертника, — прошипел он, сжимая кулаки, — или я сам найду. А когда я его найду… Ему будет очень плохо. Очень. Я не просто сломаю ему кости — я сотру его в порошок.
— Ксюша, это что такое? — голос Михаила прозвучал жёстко, командно, как на плацу. — Это твой тест? Отвечай немедленно!
Девушка побледнела, губы задрожали. Растерянно заморгала, не понимая, что происходит, а потом взгляд её упал на тот самый тест на беременность в руке отца.
— Папа, я… — начала лепетать она, голос дрожал, срывался.
— Кто он? Кто этот человек? Он старше тебя? Он принудил тебя к чему‑то? Отвечай! — требовал ответа, чеканя каждое слово. — Ты несовершеннолетняя. Это преступление, — подполковник сделал ещё шаг, нависая над дочерью.
— Назови имя этого смертника, — прошипел он, сжимая кулаки, — или я сам найду. А когда я его найду… Ему будет очень плохо. Очень. Я не просто сломаю ему кости — я сотру его в порошок.
Ася, столкнувшись с изменой мужа, пытается убежать от проблем, и судьба приводит её в глухую деревню, к человеку, который сам пережил предательство и нашёл спасение в одиночестве.
Жизнь Петра – это не про деревенский уют, а убежище бойца на «переднем крае» собственной жизни. Всё функционально, всё на своём месте, ничего лишнего.
В его осознанном одиночестве появление Аси становится резким контрастом: она – хаос, нежность, вопрос без ответа в его чётко выстроенном мире.
История о том, как боль может стать началом исцеления, а одиночество – путём к настоящей близости.
Жизнь Петра – это не про деревенский уют, а убежище бойца на «переднем крае» собственной жизни. Всё функционально, всё на своём месте, ничего лишнего.
В его осознанном одиночестве появление Аси становится резким контрастом: она – хаос, нежность, вопрос без ответа в его чётко выстроенном мире.
История о том, как боль может стать началом исцеления, а одиночество – путём к настоящей близости.
— Знаете, я погорячилась. Я уже не хочу на вас работать. Пусть водитель остановит машину, — бормочу почти скороговоркой.
Он придавливает меня взглядом, от которого мурашки бегут по спине.
— Нет, — произносит спокойно. — Ты останешься.
Роман Хищин — человек, который по щелчку пальцев распоряжается судьбами людей. Опасный. Жесткий. Чертовски красивый.
Я сбежала от мужа-абьюзера и согласилась на его заманчивое предложение, даже не представляя, в какую западню попаду.
Теперь я работаю на самого опасного человека в городе. Выполняю его приказы, стараюсь не смотреть в глаза и надеюсь, что однажды он меня отпустит.
Только вот Роман Хищин — не тот, кто отпускает.
Он придавливает меня взглядом, от которого мурашки бегут по спине.
— Нет, — произносит спокойно. — Ты останешься.
Роман Хищин — человек, который по щелчку пальцев распоряжается судьбами людей. Опасный. Жесткий. Чертовски красивый.
Я сбежала от мужа-абьюзера и согласилась на его заманчивое предложение, даже не представляя, в какую западню попаду.
Теперь я работаю на самого опасного человека в городе. Выполняю его приказы, стараюсь не смотреть в глаза и надеюсь, что однажды он меня отпустит.
Только вот Роман Хищин — не тот, кто отпускает.
Старинный особняк Оверина веками хранил свои тайны под слоями пыли и штукатурки. Для студентки-реставратора Мэри Серовой работа в этом полуразрушенном здании XIX века должна была стать обычным заказом. Как человек науки и логики, она привыкла верить только фактам и не обращать внимания на мистические легенды.
Однако у дома оказываются свои планы.
С первых же дней реставрации привычный мир Мэри начинает рушиться. На видеозаписях появляются чужие тени, из запертых залов доносится нездешняя музыка рояля, а в глубине старинных зеркал просыпается нечто, давно ждавшее своего часа. Загадочный незнакомец по ту сторону стекла утверждал, что они уже знакомы, а сам особняк — не просто каменные стены, а живая граница между реальным и невозможным.
Чем ближе Мэри подбирается к разгадке истории дома, тем сильнее размывается грань между прошлым и настоящим. Ей предстоит узнать, какую цену требует особняк за свои тайны, и решить, готова ли она заплатить за правду.
Однако у дома оказываются свои планы.
С первых же дней реставрации привычный мир Мэри начинает рушиться. На видеозаписях появляются чужие тени, из запертых залов доносится нездешняя музыка рояля, а в глубине старинных зеркал просыпается нечто, давно ждавшее своего часа. Загадочный незнакомец по ту сторону стекла утверждал, что они уже знакомы, а сам особняк — не просто каменные стены, а живая граница между реальным и невозможным.
Чем ближе Мэри подбирается к разгадке истории дома, тем сильнее размывается грань между прошлым и настоящим. Ей предстоит узнать, какую цену требует особняк за свои тайны, и решить, готова ли она заплатить за правду.
Мы заходим в мою квартиру. Я приближаюсь к Мише и целую его. Он робко отвечает на поцелуй. Я расстегиваю замок его куртки и трогаю холодными руками торс под свитером. Он резко прерывает поцелуй и тихо говорит:
– Что ты делаешь?
– Узнаю тебя лучше.
– Но… – мямлит он. – Я не это имел в виду.
– Замолчи, – шепчу я и снова впиваюсь в него поцелуем.
– София, подожди.
Миша отстраняется от меня. И тут я все понимаю.
– Ты что, серьезно пришел пить чай?
– Ну как бы да.
– Значит, ты все-таки девственник!
Миша удивленно-растерянно смотрит на меня. Я снимаю плащ и вешаю его в шкаф.
– Тогда проходи на кухню, не стесняйся.
– Наверное, мне лучше уйти, – говорит парень и через несколько секунд добавляет: – И я не девственник.
– То есть ты подошел к незнакомой женщине на улице, угостил ее чаем, проводил до дома без каких-либо намерений? И еще ты не девственник!
– Что ты делаешь?
– Узнаю тебя лучше.
– Но… – мямлит он. – Я не это имел в виду.
– Замолчи, – шепчу я и снова впиваюсь в него поцелуем.
– София, подожди.
Миша отстраняется от меня. И тут я все понимаю.
– Ты что, серьезно пришел пить чай?
– Ну как бы да.
– Значит, ты все-таки девственник!
Миша удивленно-растерянно смотрит на меня. Я снимаю плащ и вешаю его в шкаф.
– Тогда проходи на кухню, не стесняйся.
– Наверное, мне лучше уйти, – говорит парень и через несколько секунд добавляет: – И я не девственник.
– То есть ты подошел к незнакомой женщине на улице, угостил ее чаем, проводил до дома без каких-либо намерений? И еще ты не девственник!
Выберите полку для книги