Книги по тегу «шикарный мужчина»: ""
💞🔥Подруги заказали танцора на день рождения пышки. Наутро она проснулась в его постели...
Агата в свой тридцатый день рождения получила от подруг дерзкий подарок — приватный танец от Марка, артиста, чьё имя шептали в полумраке самого модного клуба. Его движения были отточенным искусством соблазна, а взгляд — обещанием, которое он давал всем и никому. Пьяная от коктейлей и собственного отчаяния, Агата совершила непростительное — расплакалась у него на глазах, а после и вовсе уснула в его квартире.
Сможет ли хрупкое чувство, родившееся среди ночного бардака и утреннего кофе, пережить свет софитов, осуждающие шёпоты и груз прошлого? Они начали с танца, который можно купить. Смогут ли они построить любовь, которую не продать ни за какие деньги? Это история о двух одиноких сердцах, которые нашли друг друга в самом неожиданном месте и решили рискнуть всем, чтобы их танец никогда не заканчивался.
Агата в свой тридцатый день рождения получила от подруг дерзкий подарок — приватный танец от Марка, артиста, чьё имя шептали в полумраке самого модного клуба. Его движения были отточенным искусством соблазна, а взгляд — обещанием, которое он давал всем и никому. Пьяная от коктейлей и собственного отчаяния, Агата совершила непростительное — расплакалась у него на глазах, а после и вовсе уснула в его квартире.
Сможет ли хрупкое чувство, родившееся среди ночного бардака и утреннего кофе, пережить свет софитов, осуждающие шёпоты и груз прошлого? Они начали с танца, который можно купить. Смогут ли они построить любовь, которую не продать ни за какие деньги? Это история о двух одиноких сердцах, которые нашли друг друга в самом неожиданном месте и решили рискнуть всем, чтобы их танец никогда не заканчивался.
– Полина, вы меня слышите? – Вопрос Дмитрия вернул меня в реальность. Я вздрогнула и подняла на него взгляд. – Через неделю свадьба моей сестры. И все наши родственники, безусловно, станут надоедать мне вопросами о том, когда я уже женюсь. Я готов заплатить вам крупную сумму, чтобы вы сыграли роль моей невесты.
Не так давно я развелась со своим мужем. Он изменял мне, а потом бросил, оставив с кучей долгов. И вдруг судьба сталкивает меня с Дмитрием Довлатовым – братом той самой любовницы моего бывшего мужа.
Дмитрий не знает, кто я, и по иронии судьбы предлагает поехать на их свадьбу в качестве его невесты.
А я нахожу эту возможность отличным способом отомстить подонку-бывшему.
Не так давно я развелась со своим мужем. Он изменял мне, а потом бросил, оставив с кучей долгов. И вдруг судьба сталкивает меня с Дмитрием Довлатовым – братом той самой любовницы моего бывшего мужа.
Дмитрий не знает, кто я, и по иронии судьбы предлагает поехать на их свадьбу в качестве его невесты.
А я нахожу эту возможность отличным способом отомстить подонку-бывшему.
ЗАВЕРШЕНО! 🔥
Пошатываясь после гемодиализа, готовая в любой момент не удержаться на ногах я поднимаюсь на второй этаж. И замираю от неожиданности.
Дверь в нашу спальню приоткрыта.
— Скажи еще раз, что ты не любишь ее, скажи, — долетает из нее настойчивый шепот.
Столбенею и не верю своим ушам.
Это не может быть Лиля. Это было бы слишком. И тем не менее, это ее голос.
— Не люблю, — отвечает ей мужчина. — Давно уже не люблю.
Этот голос я тоже узнаю из миллиона. И сейчас его низкие бархатистые нотки рвут мое сердце на части.
В глазах темнеет, но слух обостряется до предела, словно компенсируя мою слабость.
— Если не любишь Маринку, тогда кого же ты любишь? — игривые нотки в голосе сестры солью осыпаются на зияющую рану.
— Тебя, солнце мое. Только тебя, — шепот Сергея, моего мужа, бьет меня под дых.
Пошатываясь после гемодиализа, готовая в любой момент не удержаться на ногах я поднимаюсь на второй этаж. И замираю от неожиданности.
Дверь в нашу спальню приоткрыта.
— Скажи еще раз, что ты не любишь ее, скажи, — долетает из нее настойчивый шепот.
Столбенею и не верю своим ушам.
Это не может быть Лиля. Это было бы слишком. И тем не менее, это ее голос.
— Не люблю, — отвечает ей мужчина. — Давно уже не люблю.
Этот голос я тоже узнаю из миллиона. И сейчас его низкие бархатистые нотки рвут мое сердце на части.
В глазах темнеет, но слух обостряется до предела, словно компенсируя мою слабость.
— Если не любишь Маринку, тогда кого же ты любишь? — игривые нотки в голосе сестры солью осыпаются на зияющую рану.
— Тебя, солнце мое. Только тебя, — шепот Сергея, моего мужа, бьет меня под дых.
-Остановись, что ты творишь?! - выдохнула совсем неубедительно, упираясь руками в его плечи и сжимая в кулаках хлопковую ткань рубашки.
-И не подумаю, - на радость моему либидо, мурлыкнул бархатистый голос.
Санж приблизил лицо и лизнул в щеку, а потом игриво прикусил за нижнюю губу. - Несмотря на то, что ты арпани, - в очередной раз блондин обозвал меня непонятно кем, но сейчас было вообще плевать на все. - Твой запах и вкус сводит с ума. Чем ты облилась, неземная ведьма? Приворотным зельем?
P.S. Герой резок и обжигающе горяч, нежным душам читать с осторожностью👀. Мужчина младше героини, но в связи с тем, что это другая раса, есть свои нюансы.
-И не подумаю, - на радость моему либидо, мурлыкнул бархатистый голос.
Санж приблизил лицо и лизнул в щеку, а потом игриво прикусил за нижнюю губу. - Несмотря на то, что ты арпани, - в очередной раз блондин обозвал меня непонятно кем, но сейчас было вообще плевать на все. - Твой запах и вкус сводит с ума. Чем ты облилась, неземная ведьма? Приворотным зельем?
P.S. Герой резок и обжигающе горяч, нежным душам читать с осторожностью👀. Мужчина младше героини, но в связи с тем, что это другая раса, есть свои нюансы.
Художник потерял способность различать лица после аварии. Он соглашается на безумный контракт: три месяца писать портрет женщины, которую запрещено видеть. Но с каждым прикосновением кисти он понимает: её кожа, запах и голос идеально совпадают с той, кто разбила его сердце за год до травмы. Он не видит её лица — но чувствует каждую клетку. Вопрос: это та же женщина? Или его память рисует то, что убило его когда-то? Честно, трогает до мурашек, будоражит — не оторваться.
Установив блок от истинности высокородному светлому эльфу, я думала, мы больше никогда не увидимся. Но… роковая страсть решила за нас. Ему нельзя желать меня. Мне нельзя ему позволять.
Любовь с ним – это яд, который неизбежно приведет меня к смерти. А разлука – яд, разрушающий изнутри. Но у меня сын и обязательства, так что…
Любовь с ним – это яд, который неизбежно приведет меня к смерти. А разлука – яд, разрушающий изнутри. Но у меня сын и обязательства, так что…
ФИНАЛ.
Установив блок от истинности высокородному светлому эльфу, я думала, мы больше никогда не увидимся. Но… роковая страсть решила за нас. Ему нельзя желать меня. Мне нельзя ему позволять.
Любовь с ним – это яд, который неизбежно приведет меня к смерти. А разлука – яд, разрушающий изнутри. Но у меня сын и обязательства, так что…
Установив блок от истинности высокородному светлому эльфу, я думала, мы больше никогда не увидимся. Но… роковая страсть решила за нас. Ему нельзя желать меня. Мне нельзя ему позволять.
Любовь с ним – это яд, который неизбежно приведет меня к смерти. А разлука – яд, разрушающий изнутри. Но у меня сын и обязательства, так что…
Звуки из спальни не прекращаются. Они становятся громче. Наглее. Женщина уже не хихикает — она постанывает. Артём что-то рычит ей в ответ.
Они так увлечены процессом, что не слышат, как я вошла.
Стою на пороге и смотрю.
Мой муж и какая-то блондинка на нашей кровати...
Единственное, что я могу в этот момент — я чувствую это физически, как прилив адреналина, — это взять что-то тяжёлое и швырнуть в них.
Артём подскакивает. Весь в поту. Глаза бешеные — секунду назад в них было желание, а теперь чистый, неподдельный ужас.
Он смотрит на меня. Я смотрю на него.
Блондинка визжит — тонко, по-поросячьи — и хватает одеяло. Она натягивает его до подбородка, будто ей так стыдно, что я увижу её тело. Будто не стыдно утешаться с чужим мужем в чужой постели...
— Даша… — выдавливает он наконец. Голос севший, чужой. — Даша… это не то, что ты подумала.
Они так увлечены процессом, что не слышат, как я вошла.
Стою на пороге и смотрю.
Мой муж и какая-то блондинка на нашей кровати...
Единственное, что я могу в этот момент — я чувствую это физически, как прилив адреналина, — это взять что-то тяжёлое и швырнуть в них.
Артём подскакивает. Весь в поту. Глаза бешеные — секунду назад в них было желание, а теперь чистый, неподдельный ужас.
Он смотрит на меня. Я смотрю на него.
Блондинка визжит — тонко, по-поросячьи — и хватает одеяло. Она натягивает его до подбородка, будто ей так стыдно, что я увижу её тело. Будто не стыдно утешаться с чужим мужем в чужой постели...
— Даша… — выдавливает он наконец. Голос севший, чужой. — Даша… это не то, что ты подумала.
🐰 🐰🐰
Я Любочка Зайцева.
108 килограммов, красный автомобиль и три чемодана проблем, которые я везу в деревню закрывать так называемый гештальт.
Психолог сказала – надо. Я согласилась.
Временное помешательство, бывает.
Пятнадцать лет я строила жизнь, в которой не было места ни этой деревне, ни человеку, который когда-то называл меня Жирным Зайцем и при этом умудрялся быть моей первой любовью.
Одновременно! Да, я знаю, как это звучит.
Сергей Латышев никуда не уехал.
Он остался и въехал в мою машину на ржавом тракторе в первые же двадцать минут моего возвращения.
Говорят, от ненависти до любви один шаг.
А сколько шагов от любви до ненависти и обратно?
🐰🐰🐰
Я Любочка Зайцева.
108 килограммов, красный автомобиль и три чемодана проблем, которые я везу в деревню закрывать так называемый гештальт.
Психолог сказала – надо. Я согласилась.
Временное помешательство, бывает.
Пятнадцать лет я строила жизнь, в которой не было места ни этой деревне, ни человеку, который когда-то называл меня Жирным Зайцем и при этом умудрялся быть моей первой любовью.
Одновременно! Да, я знаю, как это звучит.
Сергей Латышев никуда не уехал.
Он остался и въехал в мою машину на ржавом тракторе в первые же двадцать минут моего возвращения.
Говорят, от ненависти до любви один шаг.
А сколько шагов от любви до ненависти и обратно?
🐰🐰🐰
ЗАВЕРШЕНО! 🔥
БОЛЬШОЙ РОМАН 🔥
— Мигрень — это скверно. Здесь тебя не побеспокоят, — Мирон, муж моей лучшей подруги Эли, останавливается перед дверями в библиотеку. — Там есть отличный диван и плед. Располагайся, отдыхай.
С этими словами он распахивает дверь. Галантно отступает в сторону и делает приглашающий жест.
— Прошу.
Я благодарно киваю, переступаю порог и вхожу в полумрак комнаты.
Посередине комнаты стоит массивный письменный стол.
На полу валяются белоснежные листы бумаги, перевернутая бронзовая статуэтка и алое кружево.
А на самом столе…
Мои легкие мгновенно сжимаются, отказываясь принимать кислород.
Эля… моя лучшая подруга и Влад… мой муж… Они тоже решили, что их здесь не побеспокоят.
БОЛЬШОЙ РОМАН 🔥
— Мигрень — это скверно. Здесь тебя не побеспокоят, — Мирон, муж моей лучшей подруги Эли, останавливается перед дверями в библиотеку. — Там есть отличный диван и плед. Располагайся, отдыхай.
С этими словами он распахивает дверь. Галантно отступает в сторону и делает приглашающий жест.
— Прошу.
Я благодарно киваю, переступаю порог и вхожу в полумрак комнаты.
Посередине комнаты стоит массивный письменный стол.
На полу валяются белоснежные листы бумаги, перевернутая бронзовая статуэтка и алое кружево.
А на самом столе…
Мои легкие мгновенно сжимаются, отказываясь принимать кислород.
Эля… моя лучшая подруга и Влад… мой муж… Они тоже решили, что их здесь не побеспокоят.
Выберите полку для книги