Подборка книг по тегу: "танцы"
Она - легенда сцены, великая танцовщица по имени Анаит, прима главного столичного театра. Но рабское прошлое наложило на нее неизгладимый отпечаток.
Он привык быть образцом для подражания. И неудивительно: герой войны, человек-легенда. Никто не сомневается, что он существо несгибаемое, высокоморальное и уверенное в себе. Но что на самом деле глава военной магической Академии пресветлый дор Атрэйос Тарон прячет под этой раз и навсегда надетой маской?
Смогут ли эти двое понять и принять друг друга?
Он привык быть образцом для подражания. И неудивительно: герой войны, человек-легенда. Никто не сомневается, что он существо несгибаемое, высокоморальное и уверенное в себе. Но что на самом деле глава военной магической Академии пресветлый дор Атрэйос Тарон прячет под этой раз и навсегда надетой маской?
Смогут ли эти двое понять и принять друг друга?
В сорок восемь я впервые осталась одна.
В сорок восемь я впервые почувствовала, что живу. Не существую, не тащусь по инерции, а именно живу — потому что один человек посмотрел на меня и не отвел глаз. Потому что в его объятиях я перестала быть никому не нужной, постаревшей женщиной не первой свежести, каковой меня считал бывший муж.
Я не думала, что в моём возрасте можно начать танцевать танго и…влюбиться. По-настоящему. Без иллюзий. С болью, с сомнениями, с дрожью в руках. Но он научил меня танцевать. А потом — доверять. Верить, что любовь приходит не только в юности.
Она приходит тогда, когда ты уже не ждешь.
В сорок восемь я впервые почувствовала, что живу. Не существую, не тащусь по инерции, а именно живу — потому что один человек посмотрел на меня и не отвел глаз. Потому что в его объятиях я перестала быть никому не нужной, постаревшей женщиной не первой свежести, каковой меня считал бывший муж.
Я не думала, что в моём возрасте можно начать танцевать танго и…влюбиться. По-настоящему. Без иллюзий. С болью, с сомнениями, с дрожью в руках. Но он научил меня танцевать. А потом — доверять. Верить, что любовь приходит не только в юности.
Она приходит тогда, когда ты уже не ждешь.
Каково это? Встретить человека с двойным дном. Раздражающего этой чёртовой двойственностью. И с каким удовольствием сорвать все маски с его смазливого личика.
Вот только чем это обернётся?
Вот только чем это обернётся?
Я встретил её, когда вообще не ждал новой любви. Моё сердце было разбито вдребезги, и я был просто не готов к новым отношениям. Удастся ли ей воскресить меня? Собрать по кусочкам? Мне почему-то кажется, что да. Только ей - нежной, яркой и ласковой, как луч солнца...
На следующем занятии Марк объявил, что они будут работать над пластикой. Не шаги, не связки. А тело. Волны. Изоляция бёдер. Движение грудной клетки.
— Полина, вы вперёд, — сказал Марк. — Встаньте перед зеркалом. Не прячьтесь.
Она встала. Перед зеркалом. В облегающем бордовом платье. Вся. Мягкий живот, полная грудь, широкие бёдра. Раньше она бы умерла от стыда. А теперь — стояла. И смотрела на себя.
— Смотрите на себя, — сказал Марк, подходя сзади. Его ладони легли на её бёдра. — Почувствуйте, где начинается движение. Не от головы. Не от плеч. Отсюда.
Он повёл её бёдра. Медленно, по кругу. Его руки были горячими, уверенными. Полина закрыла глаза и почувствовала, как тело отзывается. Как бёдра двигаются сами, тяжёлые, плавные, как волны.
— Да, — выдохнул Марк. — Вот это. Вы чувствуете? Это женственность. Это сила. Не худоба. Не размер. А вот это. Движение. Жизнь.
Его руки скользнули чуть выше. Пальцы коснулись нижнего края туники. Полина вздрогнула.
— Можно? — спросил он тихо.
— Полина, вы вперёд, — сказал Марк. — Встаньте перед зеркалом. Не прячьтесь.
Она встала. Перед зеркалом. В облегающем бордовом платье. Вся. Мягкий живот, полная грудь, широкие бёдра. Раньше она бы умерла от стыда. А теперь — стояла. И смотрела на себя.
— Смотрите на себя, — сказал Марк, подходя сзади. Его ладони легли на её бёдра. — Почувствуйте, где начинается движение. Не от головы. Не от плеч. Отсюда.
Он повёл её бёдра. Медленно, по кругу. Его руки были горячими, уверенными. Полина закрыла глаза и почувствовала, как тело отзывается. Как бёдра двигаются сами, тяжёлые, плавные, как волны.
— Да, — выдохнул Марк. — Вот это. Вы чувствуете? Это женственность. Это сила. Не худоба. Не размер. А вот это. Движение. Жизнь.
Его руки скользнули чуть выше. Пальцы коснулись нижнего края туники. Полина вздрогнула.
— Можно? — спросил он тихо.
Он похитил меня средь бела дня в маленьком городке, потом выпустил ненадолго из цепких лап. Я же, думая, что обрела свободу, уехала туда, где остались у меня только танцы и работа. Но мой похититель не дремлет, он снова найдет меня, чтобы быть рядом с истинной парой. Чтобы танцевать с ней всю оставшуюся жизнь. Согласна ли я с его доводами? Мммм, надо подумать!!!
Считают, что школьная любовь очень редко перерождается во что-то серьёзное, обычно она заканчивается сразу после выпускного. Вот и с Никой так произошло. Её школьный роман оборвался неожиданно и внезапно, в тот момент, когда ничто не предвещало подобного. Но спустя три года прошлое решило напомнить о себе.
Может ли один и тот же человек убить тебя дважды? Может. Если в первый раз он выстрелил в упор довольно быстро, но не добил, то второй раз будет растягивать с особым удовольствием.
- Раздевайся! – слышу я свой приговор.
Ведь прекрасно знает, что у меня нет выбора. Я просто не могу подвести своего единственного друга, самого дорогого мне человека с детства. И остальных наших ребят не могу. А я? А что я… мне терять уже нечего. Ненависть и отвращение к нему уж переживу как-нибудь. Обидеть и унизить меня еще больше? Ну, не знаю. Вряд ли. Меня сейчас убивает только одна мысль, что я не могу танцевать, остальное уже на втором плане. Я справлюсь.
- Раздевайся! – слышу я свой приговор.
Ведь прекрасно знает, что у меня нет выбора. Я просто не могу подвести своего единственного друга, самого дорогого мне человека с детства. И остальных наших ребят не могу. А я? А что я… мне терять уже нечего. Ненависть и отвращение к нему уж переживу как-нибудь. Обидеть и унизить меня еще больше? Ну, не знаю. Вряд ли. Меня сейчас убивает только одна мысль, что я не могу танцевать, остальное уже на втором плане. Я справлюсь.
— Потанцуй со мной, — требую я. Он знает, о чем я прошу. — Сейчас же.
Я настолько сошла с ума, что прошу его об этом сама.
Устало усмехается.
Нет, не смей!
Даже не думай меня бросить с этими чувствами одну!
— Я не танцую маленьких глупых девочек, — глядя в глаза, изрекает Романов.
— А умных? – срывается мой голос.
— А умная никогда не попросит об этом сама.
Вот и всё.
Глупая, маленькая дурочка — вот, кто я для него.
Я настолько сошла с ума, что прошу его об этом сама.
Устало усмехается.
Нет, не смей!
Даже не думай меня бросить с этими чувствами одну!
— Я не танцую маленьких глупых девочек, — глядя в глаза, изрекает Романов.
— А умных? – срывается мой голос.
— А умная никогда не попросит об этом сама.
Вот и всё.
Глупая, маленькая дурочка — вот, кто я для него.
Как поступить, если лучший друг, с которым ты знакома чуть ли не с пелёнок, вдруг становится для тебя кем-то большим? А если он разобьёт твоё сердце, даже не заметив этого?
И для того, чтобы склеить осколки, потребуются долгие годы…
***
– Между тобой и Дамиром что-то есть?
– Нет, мы просто друзья. Лучшие друзья! – добавила она торопливо, сама понимая, как жалко это звучит – словно попытка утвердить что-то незначительное и неважное, не имеющее веса.
– То есть, если у меня получится с ним замутить, ты не будешь против?
– А ты хочешь с ним замутить? – тупо переспросила Вита.
– Ну да, – Дарина воодушевлённо кивнула. – Я на него конкретно запала, и он на меня, кажется, тоже… Значит, у тебя никаких возражений? – уточнила она на всякий случай.
– Никаких возражений, – заторможенно подтвердила Вита, чувствуя себя так, словно только что подписала собственный смертный приговор.
И для того, чтобы склеить осколки, потребуются долгие годы…
***
– Между тобой и Дамиром что-то есть?
– Нет, мы просто друзья. Лучшие друзья! – добавила она торопливо, сама понимая, как жалко это звучит – словно попытка утвердить что-то незначительное и неважное, не имеющее веса.
– То есть, если у меня получится с ним замутить, ты не будешь против?
– А ты хочешь с ним замутить? – тупо переспросила Вита.
– Ну да, – Дарина воодушевлённо кивнула. – Я на него конкретно запала, и он на меня, кажется, тоже… Значит, у тебя никаких возражений? – уточнила она на всякий случай.
– Никаких возражений, – заторможенно подтвердила Вита, чувствуя себя так, словно только что подписала собственный смертный приговор.
Выберите полку для книги