Книги в жанре «Драма»
Я хотела прожить обычную жизнь, но в неё вмешались вампиры. Мне на роду было написано ввязаться в этот кошмар, а я и не подозревала, что моя жизнь может настолько измениться. Раньше я в вампиров даже не верила, а теперь с ужасом жду своего восемнадцатилетия - мне предстоит избавить их от слабостей и сделать по-настоящему бессмертными. Хватит ли мне сил, чтобы спасти любимого, сестру, брата и друзей? Ведь тот, кто всё это задумал, обещает убить их, если я сделаю что-то не так, как он велел.
— Чей это ребенок, Даша?! — бывший муж испепеляет меня своими карими глазами. В прошлом он с легкостью разбил мне сердце своим предательством.
— Она моя! Только моя, Камиль! — с отчаянием кричу в лицо предателю, сжимая кулаки.
Мое сердце срывается в обрыв, когда я слышу крик дочери за спиной.
— Кто отец этой малышки?!
— Ты покупаешь для своей невесты кольцо и не имеешь право спрашивать меня о моей жизни!
Я думала, у нас любовь, как в фильмах, и что как бы трудно не было, мы все переживем. Вот только сильно ошиблась. Я застала любимого с моей подругой у него в офисе. Но через год бывший муж вернулся и потребовал второго шанса…
— Она моя! Только моя, Камиль! — с отчаянием кричу в лицо предателю, сжимая кулаки.
Мое сердце срывается в обрыв, когда я слышу крик дочери за спиной.
— Кто отец этой малышки?!
— Ты покупаешь для своей невесты кольцо и не имеешь право спрашивать меня о моей жизни!
Я думала, у нас любовь, как в фильмах, и что как бы трудно не было, мы все переживем. Вот только сильно ошиблась. Я застала любимого с моей подругой у него в офисе. Но через год бывший муж вернулся и потребовал второго шанса…
Баталов бросил меня, когда я больше всего в нём нуждалась. А теперь, когда моя жизнь наладилась, он, какого-то чёрта, решил в ней появиться!
*****
— Мишутка, пойдём ку-шать, — слова застревают в горле, когда я вижу сына, стоящего рядом с Климом.
Миша что-то оживлённо рассказывает Баталову, а тот внимательно слушает его, склонив голову набок, и, как мне кажется, уж очень пристально всматривается в его черты. Неужели нашёл сходство с собой? Ведь оно определённо есть: те же острые серые глаза, упрямые волосы. Лишь овал лица мой, в остальном копия отца.
Господи, нет! Только не это! Клим не должен узнать, что Миша — его сын! Баталов этого недостоин!
*****
— Мишутка, пойдём ку-шать, — слова застревают в горле, когда я вижу сына, стоящего рядом с Климом.
Миша что-то оживлённо рассказывает Баталову, а тот внимательно слушает его, склонив голову набок, и, как мне кажется, уж очень пристально всматривается в его черты. Неужели нашёл сходство с собой? Ведь оно определённо есть: те же острые серые глаза, упрямые волосы. Лишь овал лица мой, в остальном копия отца.
Господи, нет! Только не это! Клим не должен узнать, что Миша — его сын! Баталов этого недостоин!
Я вернулась в Россию, чтобы вступить в наследство.
Кроме меня в кабинете друг отца. Огромный, мощный, взрослый, кажется, за годы, что я не видела его, стал только шире в плечах. Но вызывает во мне все те же ощущения. Хочется исчезнуть, спрятаться. Беру себя в руки. Потерпеть надо от силы полчаса.
Отец и ему что-то завещал? Я не против, хоть всё. Роль наследницы, за которой толпами ходят телохранители, мне не нравится.
— Приступим, — объявляет нотариус, позволяя понять, что мы больше никого не ждём.
Пока меня прожигает мужской взгляд, нотариус перечисляет, что я наследую, а потом произносит:
— По воле умершего, опекуном его дочери, Анны Андреевны Королевой, станет Вадим Викторович Воронцов.
Челюсть едва на падает на грудь.
— Что? Какой опекун? Мне двадцать один год! — выкрикиваю резко.
Я совершенно не готова к такому исходу.
— Если тебе станет легче, я тоже не в восторге, — произносит мужчина, сверкнув глазами.
Но легче мне не становится.
Кроме меня в кабинете друг отца. Огромный, мощный, взрослый, кажется, за годы, что я не видела его, стал только шире в плечах. Но вызывает во мне все те же ощущения. Хочется исчезнуть, спрятаться. Беру себя в руки. Потерпеть надо от силы полчаса.
Отец и ему что-то завещал? Я не против, хоть всё. Роль наследницы, за которой толпами ходят телохранители, мне не нравится.
— Приступим, — объявляет нотариус, позволяя понять, что мы больше никого не ждём.
Пока меня прожигает мужской взгляд, нотариус перечисляет, что я наследую, а потом произносит:
— По воле умершего, опекуном его дочери, Анны Андреевны Королевой, станет Вадим Викторович Воронцов.
Челюсть едва на падает на грудь.
— Что? Какой опекун? Мне двадцать один год! — выкрикиваю резко.
Я совершенно не готова к такому исходу.
— Если тебе станет легче, я тоже не в восторге, — произносит мужчина, сверкнув глазами.
Но легче мне не становится.
Материнское сердце знает правду. Даже когда её нельзя доказать.
Луиза верила, что нашла новое счастье. Но жизнь жестоко напомнила: за каждую радость приходится платить. Когда границы между спасением и преступлением стираются, а наука становится оружием, остаётся только один вопрос...
Как далеко ты зайдёшь, чтобы защитить самое дорогое?
Луиза верила, что нашла новое счастье. Но жизнь жестоко напомнила: за каждую радость приходится платить. Когда границы между спасением и преступлением стираются, а наука становится оружием, остаётся только один вопрос...
Как далеко ты зайдёшь, чтобы защитить самое дорогое?
Я запусти студентам видео с презентацией.
Сначала размытый силуэт. Женская спина. Потом руки. Мужские. До боли узнаваемые.
А потом голос. Мужской, глубокий, с хрипотцой. Его голос.
– Ты с ума меня сводишь…
Меня затошнило. Во рту пересохло, в животе что-то сжалось в твёрдый узел, как будто меня обмотали верёвками изнутри.
Огромный экран. Страсть. Слышала, как кто-то в аудитории ахнул. Кто-то тихо засмеялся. Кто-то, кажется, даже записал на телефон.
Я эти руки. Эти губы. Этот голос. Это был Илья. Мой муж.
Мой муж. Моя жизнь. Мой якорь…
– Простите… – прохрипела я, выключая проектор трясущимися руками.
Пальцы подрагивали. Выдернула флешку с такой силой, что та едва не сломалась. Сердце колотилось в висках. В груди пустота. Как будто кто-то вырвал кусок меня и выбросил.
Но как оказалось, измена мужа – это только вершина айсберга… и впереди еще множество сюрпризов от него. И далеко не самых приятных.
Сначала размытый силуэт. Женская спина. Потом руки. Мужские. До боли узнаваемые.
А потом голос. Мужской, глубокий, с хрипотцой. Его голос.
– Ты с ума меня сводишь…
Меня затошнило. Во рту пересохло, в животе что-то сжалось в твёрдый узел, как будто меня обмотали верёвками изнутри.
Огромный экран. Страсть. Слышала, как кто-то в аудитории ахнул. Кто-то тихо засмеялся. Кто-то, кажется, даже записал на телефон.
Я эти руки. Эти губы. Этот голос. Это был Илья. Мой муж.
Мой муж. Моя жизнь. Мой якорь…
– Простите… – прохрипела я, выключая проектор трясущимися руками.
Пальцы подрагивали. Выдернула флешку с такой силой, что та едва не сломалась. Сердце колотилось в висках. В груди пустота. Как будто кто-то вырвал кусок меня и выбросил.
Но как оказалось, измена мужа – это только вершина айсберга… и впереди еще множество сюрпризов от него. И далеко не самых приятных.
— Дядь, а ты Простоквашино в детстве смотрел? — спрашивает у меня девчонка в красном сарафане и с хитрым прищуром.
— Смотрел, — киваю я в ответ и складываю руки на груди.
Ну вот с малышками я ещё не воевал!
— Ну тогда ты знаешь, что дальше будет, — её губы растягиваются в слишком довольной улыбке, а дальше следует фраза, которая меняет всё: — Гаврюша, взять!
Из-за угла деревянного сарая выбегает бычок и, быстро осмотрев всё вокруг, замечает меня срывается на бег, с растопыренными ушами и характерным «му-у-у»!
***
Я приехал в деревню, чтобы выкупить землю и построить здесь новый гостиничный комплекс с экофермой, а столкнулся с той, которую когда-то обидел. Но самое паршивое, что не она мне мстит, а её мелкая дочь. И она мне кого-то напоминает.
— Смотрел, — киваю я в ответ и складываю руки на груди.
Ну вот с малышками я ещё не воевал!
— Ну тогда ты знаешь, что дальше будет, — её губы растягиваются в слишком довольной улыбке, а дальше следует фраза, которая меняет всё: — Гаврюша, взять!
Из-за угла деревянного сарая выбегает бычок и, быстро осмотрев всё вокруг, замечает меня срывается на бег, с растопыренными ушами и характерным «му-у-у»!
***
Я приехал в деревню, чтобы выкупить землю и построить здесь новый гостиничный комплекс с экофермой, а столкнулся с той, которую когда-то обидел. Но самое паршивое, что не она мне мстит, а её мелкая дочь. И она мне кого-то напоминает.
– Стесняюсь спросить, а что это ты делаешь? – Залетев в спальню, я застала момент, как Игорь срывает обои и как ненормальный разрывает их в клочья.
Даже не повернувшись в мою сторону, продолжая своё занятие, бывший с презрением ответил:
– А ты думаешь, что самая умная, да? Думаешь, что можно выгнать меня и тебе за это ничего не будет? Как бы не так! Эти обои были куплены на мои деньги.
– Игорь, ты совсем с головой рассорился? Ты мне изменял, а теперь обижаешься, что я выгнала тебя из квартиры? И ладно ты передо мной позоришься, но ты же унижаешься перед собственным сыном!
– Рома поймёт меня, когда вырастит. Ну а я заберу всё, что было куплено мной!
– Не думала, что ты такой мелочный!
– А я не думал, что ты такая стерва!
– Так именно такой ты и описывал меня своей любовнице.
Круто развернувшись, Игорь с ненавистью посмотрел на меня.
Даже не повернувшись в мою сторону, продолжая своё занятие, бывший с презрением ответил:
– А ты думаешь, что самая умная, да? Думаешь, что можно выгнать меня и тебе за это ничего не будет? Как бы не так! Эти обои были куплены на мои деньги.
– Игорь, ты совсем с головой рассорился? Ты мне изменял, а теперь обижаешься, что я выгнала тебя из квартиры? И ладно ты передо мной позоришься, но ты же унижаешься перед собственным сыном!
– Рома поймёт меня, когда вырастит. Ну а я заберу всё, что было куплено мной!
– Не думала, что ты такой мелочный!
– А я не думал, что ты такая стерва!
– Так именно такой ты и описывал меня своей любовнице.
Круто развернувшись, Игорь с ненавистью посмотрел на меня.
— Ты была больна! А я молодой мужчина, который нуждается в нежности! — муж смотрит на меня как на врага народа.
— Это не оправдание! Я проходила длительный курс реабилитации... — в ужасе шепчу.
— И я был рядом, Даша! Всегда! — Максим не собирается признавать вину.
— Потому что из-за тебя я разбилась в той аварии, сломала позвоночник! — теперь я испытываю не физическую боль, а моральную... и она намного сильнее.
— Даша, я искупил свою вину, когда целый год сидел у твоей постели! — парирует муж.
— И изменял! — зло добавляю я. — Целый год!
— Потому что я — МУЖЧИНА! Мне можно! — упрямо отвечает Максим.
— Это не оправдание! Я проходила длительный курс реабилитации... — в ужасе шепчу.
— И я был рядом, Даша! Всегда! — Максим не собирается признавать вину.
— Потому что из-за тебя я разбилась в той аварии, сломала позвоночник! — теперь я испытываю не физическую боль, а моральную... и она намного сильнее.
— Даша, я искупил свою вину, когда целый год сидел у твоей постели! — парирует муж.
— И изменял! — зло добавляю я. — Целый год!
— Потому что я — МУЖЧИНА! Мне можно! — упрямо отвечает Максим.
— Прекратите вырываться. Я вас не насилую, а всего лишь даю шанс согреться.
— Согреться? — в темноте было не разобрать, какого цвета у неё глаза, но Дмитрию показалось, что тёмные. — С чего вы взяли, что я хочу согреться? — Однако она перестала сопротивляться и даже начала проявлять интерес к танцу, если беспорядочное движение в тесной толпе под музыку вообще можно было так назвать.
— Мне так показалось, — в темноте блеснули его зубы. — А поскольку я не настолько галантен, чтобы отдать вам свою куртку, я решил попробовать другой способ вас спасти. Хотя у меня есть ещё и это...
Дмитрий Орлов, наследник скандальной фамилии, возвращается в Москву, чтобы восстановить доброе имя семьи. Но его планы рушатся, когда он встречает Екатерину Смирнову — женщину, связанную с ним не только школьными обидами, но и тайной ночью в Венеции. Между долгом, страстью и опасностью они заключают сделку, которая может изменить их судьбы навсегда.
— Согреться? — в темноте было не разобрать, какого цвета у неё глаза, но Дмитрию показалось, что тёмные. — С чего вы взяли, что я хочу согреться? — Однако она перестала сопротивляться и даже начала проявлять интерес к танцу, если беспорядочное движение в тесной толпе под музыку вообще можно было так назвать.
— Мне так показалось, — в темноте блеснули его зубы. — А поскольку я не настолько галантен, чтобы отдать вам свою куртку, я решил попробовать другой способ вас спасти. Хотя у меня есть ещё и это...
Дмитрий Орлов, наследник скандальной фамилии, возвращается в Москву, чтобы восстановить доброе имя семьи. Но его планы рушатся, когда он встречает Екатерину Смирнову — женщину, связанную с ним не только школьными обидами, но и тайной ночью в Венеции. Между долгом, страстью и опасностью они заключают сделку, которая может изменить их судьбы навсегда.
Выберите полку для книги