Читать и слушать книги

Утром на парковке, под дворником, я нахожу конверт. В нём фотография незнакомой красавицы и всего несколько слов: «Это первая любовница твоего мужа. Через неделю жди вторую, а потом и третью»
У меня идеальный муж. Двадцать пять лет мы вместе, а теперь кто-то хочет доказать мне, что у него три любовницы?
Подруги говорят: ищи. Муж говорит: верь мне. А я не знаю, что сложнее — найти правду или вовсе её не искать?

Она десять лет была удобной женой. Он привык, что она никуда не денется. Но когда в дверь стучит чужая правда — в виде шелкового шарфа и насмешливой записки, — Есения решается на единственно возможный шаг: уйти.

Артем уверен, что жена одумается и вернется. Но её место в новой жизни уже занимает другой мужчина — спокойный, надежный, умеющий слышать.

Слишком поздно он понимает: изменяют не телом. Изменяют выбором — каждый день, каждым «не сейчас». И иногда единственный способ не исчезнуть — остаться, даже когда тебя уже не ждут.

Семейная драма о распаде, любви и взрослой честности.

КНИГА 2 Её мир рухнул в тот миг, когда на пороге дома появилась беременная любовница мужа. Но Вера не стала жертвой — она выбрала путь, который заставит предавшего заплатить сполна. Она позволила ему пройти весь путь обратно, чтобы он наконец понял, что значит терять по-настоящему. Однако, играя с прошлым, она не заметила, как сама оказалась на грани, где месть уже неотличима от любви, а боль — от надежды.

— Простыня чистая, — его голос звучит холодно. — А ты — нет.
Я сжимаюсь в комок, понимая: это конец. Руслан узнал мою тайну в первую же брачную ночь. По традициям нашего аула ему можно убить меня. Или вернуть родителям с позором.
— Кто? — рычит он. — Скажи имя!
Но я не могу. Год назад меня изнасиловали. Я молчала из страха. А теперь вышла замуж, зная, что правда всё равно откроется. Я шла на эту свадьбу, как на казнь.
— Ты сама хотела? — спрашивает Руслан, и в его голосе появляется что-то новое. — Или тебя взяли силой?
Я не успеваю ответить — слёзы душат меня. Но он понимает и без слов.
И делает выбор, который изменит нашу жизнь навсегда.

– Дорохов! Ты спишь с моей сестрой?!
Муж смотрит на меня и бровью не ведет.
– Чемодан собран, Ира. Документы на развод пришлют мои адвокаты.
– Ты… с ума сошел?! Как?! Как ты можешь?! Мы же столько лет вместе… я же…
Замолкаю. Не собираюсь говорить мужу о долгожданной беременности. Не при таких обстоятельствах.
– Оставим лирику. Иришка. Ты устарела.
– Устарела?! – шепчу в полном шоке.
– Так бывает. Ты уже мне неинтересна, а вот с Алиной мне классно. Твоя сестра – зажигалочка. Так что… могу сказать тебе спасибо, что ты ее перевезла из провинции. Удружила. А сейчас, жена, на выход!

— У тебя кончился срок годности, и ты списана, — заявляет муж, как ни в чем не бывало.
— Даже так? — мотаю головой. — Ладно я, но ты... ты не мог кого-то другого себе найти на роль любовницы? Ты ведь спишь с лучшей подругой нашей дочери.
— А чем плоха Лена? — он хмурится, словно не понимает всей трагедии. — Молодое, подтянутое тело куда приятнее держать в руках, чем дряблое, старое, привычное. Считай, что мне бес в ребро ударил, и у меня второе дыхание открылось.
— Лена со Светой почти сестры! Ты же не только мне сердце разбил, но и нашей дочери.
— Со Светой я сам разберусь. Уверен, она поймет, что так даже будет для нее лучше, теперь ей Лена станет и не просто "почти сестрой", а самой настоящей родственницей, — цинично хмыкает Петр. — Они обе будут счастливы...
— То есть ты уже все для себя решил, да? Решил заменить меня на более новую версию?
— Решил. Но из уважения к твоему возрасту готов сделать тебе прощальный подарок. Что хочешь получить на развод?

– Моему сыну нужна мать, и ты единственная женщина, которую он подпускает к себе.
– Это просто смешно! Вы не можете решать мою судьбу только потому, что вам так захотелось!
– Я уже ее решил, Алия. Ты будешь моей женой и матерью моего сына. Ты должна быть благодарна, что я готов взять в жены разведенку, при моем положении я мог бы выбрать молодую и невинную невесту, – бьет он наотмашь жестокими словами.
– Вот и выбрали бы! Я не ваша служанка или рабыня, чтобы слушаться и…
– Отлично! Не хочешь за меня замуж? Не ходи. Правда, мне интересно, что ты ответишь своему бедному отцу, которого и так опозорила, разрушив свой брак.
– Вы чудовище! Вы знаете, что я не могу отказаться!
– Вот и не отказывайся. Я лучшее, что может быть в твоей жизни.

Я совершила ошибку, услышав плач и успокоив чужого ребенка. Ребенка чудовища, которое не хочет знать отказа и решило во что бы то ни стало сделать меня мамой для своего сына…

— Кира, солнышко, кончено, я скучаю, — ласково ворковал мой босс по ту сторону закрытой двери ванной.

Я вжалась ухом посильнее, надеясь, что это из-за преграды звук так сильно исказился, что мой принц кажется козлом.

— Я тоже люблю тебя, крошка. — Зверев с упоением продолжал хоронить мои мечты о женском счастье, — Скоро приеду домой, мы красиво оденемся и поедем в ресторан. А потом всю ночь будем…

Я не стала слушать дальше, так резко отпрянув от двери, что едва не рухнула на пол.

Не хотелось знать, чем там Зверев планирует всю ночь заниматься с неведомой Кирой, с которой так сюсюкается.

Что это такое было?! Я, что, чуть было не стала любовницей босса, который живет с какой-то Кирой?!

— Ардан, ты мне так нужен! — сказала рыжая девица, стоя на коленях перед моим мужем.
— Давай, крошка! Меньше слов и больше дела! — рычал мой муж.

Шесть лет семейного счастья разрушилось в одночасье! Муж предал меня! И с нашей малышкой на руках, я сбежала из кошмара. Но что мне теперь делать, ведь муж меня нашел?!

— Я тебя больше не хочу, — муж пожимает плечами.
— А свою бывшую, значит, хочешь? — кошусь на телефон, лежащий рядом со мной на подоконнике. Словно наяву "вижу" видео с камер видеонаблюдения лифта одного из известных отелей нашего города, присланное лучшей подругой.
От воспоминания о том, как Слава страстно впивался в губы знакомой нам обоим блондинки, меня начинает мутить.
— Ну что сказать. Она изменилась, стала шикарной. Как будто другой человек. Возраст ей к лицу.
— А мне, значит, не к лицу? — хмыкаю, впиваясь ногтями в ладони.
— Тебе? — тяжело вздыхает муж. — Ты стала… слишком обычной. Приелась, что ли. А мне хочется чего-то нового, даже если это хорошо забытое старое.