Книги в жанре «Современный любовный роман»

Договорной брак для меня — изначально был простой сделкой.
Коммерция в чистом её виде . Никаких нелепых иллюзий я не питала.

Всё очень просто. Две подписи на бумагах, чёткие границы с двух сторон и взаимная выгода — этот сценарий я выстроила сама, чтобы жить спокойно.

Я точно знала правила.

Только меня никто не предупредил, что этот брак станет — не просто контрактом, а настоящим минным полем.
И я не знаю, что будет, если однажды, я наступлю не туда.

— Зачем тебе она, когда столько чеченских девушек сочтут за честь осчастливить тебя, — недоумевает брат.
— Ты говоришь так, потому что не любил.
— А ты полюбил? — звучит с вызовом.
Вспоминаю свою Золушку, ее глаза-вишни и киваю:
— Да.
Но ты видел ее несколько раз!
— Для любви достаточно одного мгновения, одного взгляда, одного прикосновения.
Брат усмехается.
— Да ты романтик.
Хмурюсь, но произношу слова, сравнимые для меня с клятвой.
— Я буду рыть землю, но найду ее и предложу руку и сердце.

— Вы хоть понимаете, с кем разговариваете? — произносит тихо, но в гробовой тишине кабинета слова звучат вполне отчетливо.
От этого вопроса у меня внутри все сжимается. Нет. Не понимаю. И если честно, сейчас мне абсолютно все равно.
Выпрямляюсь во весь свой метр с кепкой, упираю руки в бока. Вздергиваю подбородок. Сталкиваюсь со взглядом почти черных глаз.
— Я разговариваю с хозяином собаки, у которой проблемы со здоровьем из-за халатного отношения, — внутри бушует ураган из страха и злости, но я не отвожу взгляд. — А вы понимаете, что находитесь в ветеринарной клинике, а не на совещании? Здесь я главная!

Миллиардер на бронированном авто против рыжего ветеринара с острым язычком.
В этой битве характеров сойдутся ледяной баритон и женское упрямство, а рассудят их те, кто по-настоящему рулит миром — хвостатые и усатые.

— Ты с любовницей ставил мне оценки, — дрожали мои губы. — О том насколько я хорошая жена.
— Это всего лишь шутка, — мягко улыбнулся муж и провел пальцами мне по волосам. — Но если ты не постараешься быть образцовой супругой, то я посчитаю сколько раз твои оценки были неудовлетворительными…
— Лучше разведись со мной… — шепнула.
— Мы можем развестись, — муж смотрел в глаза, злился. — А можем оставить все как есть, но обещай, что станешь достойной женой миллионера Астратова.
Нашему браку десять лет. А сынишке пару месяцев. На приеме в честь рождения сына я познакомилась с любовницей мужа и узнала, что брак мой давно всего лишь на бумаге, ведь любовь у супруга с другой.
— Ты подумай над своим поведением, — муж тряхнул ключами от нашей спальни. — А я пока отвезу Ладу домой. Не образумишься, я останусь у нее ночевать…
— Не смей запирать нас! Мы с сыном…

Как на лужайке моего нового загородного дома оказалась коляска с двумя младенцами?
И где их мать?
— Хасан… — шепчет появившаяся на крыльце Марьяна. — А ты что тут делаешь?
— Живу. А ты… Это чьи дети вообще? — я показываю на коляску.
Марьяна молчит.
— Чьи? — требуя я.
— Мои.
Мы расстались год назад, ну чуть больше. Год и месяц, плюс-минус. А сколько детям? Месяца три? Четыре?
Учитывая, что я был у Марьяны первым…
Арифметика очень простая…
— А ну-ка скажи, — произношу гневно, делая шаг к ней. — От кого это ты детей родила?
— От кого надо. Ты тут не причём.
— А мне кажется, даже очень причём… — я срываюсь с места и иду к ней, а Марьяна, подпрыгнув, юркает обратно в дом, закрывая дверь на замок.
Очень глупо, учитывая, что у меня тоже есть свой ключ.
Я его достаю, вижу, как паника проступает на лице Марьяны, смотрящей на меня через стеклянную входную дверь, когда я вставляю ключ в замок и открываю его…

— Кисунь, на правду не обижаются, — со вздохом произнёс мой муж. — Ты стала немного неряшливой, потолстела. Твоя одежда... Я выучил её наизусть. А волосы... — Руслан брезгливо поморщился.

— Если тебе так не нравится мой внешний вид, то можешь не жить рядом! — зло выдыхаю. Обида жжёт в груди.

— Я как раз и не собираюсь жить с тобой больше, Ань!

Слова мужа повисают в воздухе. Пытаюсь переосмыслить их.

Руслан лениво отодвигает тарелку. Смотрит на меня так снисходительно, словно терпел все эти четырнадцать лет.

— Что? — выдыхаю я.

— Что слышала, — спокойно отвечает Руслан и поднимается со стула. Потягивается, разминая плечи. Так буднично, будто только что не разрушил всё, что я строила полжизни. — Я ухожу, Аня. Давно собирался сказать. Сегодня как раз подходящий момент.

— Вика? Ты там?
— Соня... — её голос был странным, каким-то надломленным. — Мне нужно... Господи, как же мне сказать тебе это...
Сердце ёкнуло. Я прислонилась к стене.
— Что случилось? Ты в порядке? Тебе нужна помощь?
— Со мной всё... Нет, не всё. Соня, я больше не могу так. Я не могу дальше жить с этим. Это убивает меня.
— Вика, ты меня пугаешь. Что происходит?
Снова тишина. Долгая, тягучая, как смола. Я слышала, как она сглатывает, как пытается собраться с духом.
— Максим... Твой Максим... Он... Господи, прости меня. Мы встречаемся. Уже четыре года.
Слова повисли в воздухе. Я не поняла их сразу — они будто отскочили от меня, не найдя места, куда приземлиться. Я стояла в коридоре родительского дома, держала телефон уха и не понимала, что только что услышала.
— Что? — мой голос был тихим, почти шёпотом.
— Мы с Максимом... Мы спим вместе. Четыре года, Соня. Я не хотела, клянусь, я не хотела, чтобы это случилось. Но это случилось, и я... Я больше не могу молчать.

— Мадина не любовница, — хладнокровно произнёс мой муж. — Она — мать моего будущего сына. И будь с ней любезна! Уважай ее. А пока будь тихой и жди своей очереди.

Магомед обжигает меня своим темным взглядом, скалится и заявляет:

— Я не буду медлить с походами в твою постель. И ты примешь меня так, как должна принимать жена. Уверен, что твоя скорая беременность быстро научит тебя не задавать ненужных вопросов о других женщинах в моей жизни.

— Ты очень пожалеешь, если сейчас со мной разведешься.

— Ну, значит, мне придётся рискнуть, Белов. Я подаю на развод, — повторяю я.

Муж подходит ближе. Я чувствую запах его одеколона. И меня от него мутит.

— Мы оставим все как есть, — говорит Белов почти мне на ухо. — До выборов точно. Слышишь?

— Тебе тоже следует меня услышать, — шиплю я, как рассерженная гадюка. — Черта с два я буду изображать счастливую жену по твоей указке! Черта с два буду стоять рядом с тобой на мероприятиях и улыбаться в камеру.

— Я сказал, прекрати. Не надо так все это утрировать. Дело не только в должности и моей карьере! Аня, я не хочу тебя терять. Я люблю тебя.

Эти слова падают между нами, фальшивые и липкие, хочется придавить их каблуком и растереть по больничному линолеуму.

— Не сработает, Белов. После сегодняшнего вечера я скорее поверю в Деда Мороза, чем в твою любовь.

Люба после пары рюмок за ужином почти в ноль.
На ночь устанавливает диванные подушки ровно посередине.
— Прошу их никуда не скидывать, — язык чуть заплетается, но сердито сводит брови.
Смешная.
Как только уснешь, сразу и уберу. Буду завоевывать Любовь, всеми возможными способами.
Мур запрыгивает к ее подушке и, покрутившись, устраивается, громко мурлыкая.
Люба тоже заползает на огороженную часть и валится плашмя, прикрыв глаза.
Ой, пьянчужка...
Выключаю свет и укладываюсь на своей «выделенной» половине.
— Голова кружится... — шепчет тихо.
Это плохо. Приподнимаюсь. Откинув одну подушку, наклоняюсь к ней проверить. Лежит с закрытыми глазами, улыбаясь. Трогаю губами лоб.
— Мы на каруселях?
— Мгхм...
Может, тазик принести на всякий случай? А то вдруг...
— И ты меня целуешь?
Секунду растерянно торможу.
— А ты хочешь?
— Ммм... — облизывает губки.
Ее ладошка ложится мне на щеку. Вздрагиваю. И примагничиваюсь.
Люба! Зачем меня так провоцировать? Я же не железный.
— У тебя