Читать и слушать книги

…Я осторожно достаю из чемодана тёмно-синюю коробку с серебристым логотипом того самого парижского дома. Те духи, о которых я когда-то мечтала вслух.
Волна безумного облегчения накрывает меня.
Слёзы сами текут по щекам.
Боже. Он готовит сюрприз к 14 февраля! Прячет здесь, потому что хочет удивить.
Всё – его странности, нервозность, задержки – всё обретает простое объяснение!
Он мучается, выбирает, консультируется с продавцами, поэтому следы чужих духов.
Логично!
Я прижимаю коробку к груди и плачу от счастья.
***
Утро четырнадцатого. На кухонном столе – подарочный пакет.
– С праздником, дорогая, – говорит Марк с натянутой улыбкой.
Он обнимает меня и суёт пакет в руки.
Я заглядываю в него.
Внутри – сертификат в магазин косметики… безликий кусочек пластика.
Я поднимаю глаза него…

— Ты изменил мне.
— Я знаю.
— И позволил другой женщине унижать меня.
— Я был слепым идиотом.
— Нет, Марк, тебе так было удобно.
Карина застала мужа с любовницей.
Услышала, как та смеётся над ней и требует дорогие подарки.
И ушла молча. Без истерик. Без сцен.
Марк был уверен: она перебесится и вернётся.
Но Карина впервые выбрала не брак, не привычку и не страх остаться одной.
Теперь он готов на всё, чтобы её вернуть.
А она не уверена, что хочет быть возвращённой.

— Ой, какая же я растяпа! — слышу незнакомый, игривый голос, — Простите меня, Сергей Петрович!
Сергей Петрович? Кто в нашем доме называет моего мужа по имени-отчеству?
— Да ничего страшного, Машенька! — заботливо звучит голос Сергея. — Главное, не обожглись? Сейчас все вытрем!
Я останавливаюсь. И не могу в это поверить.
Посреди кухни стоит молодая девица лет двадцати. Вся, полностью, до пояса, залитая темной жидкостью. Чаем, судя по запаху. Ткань насквозь промокла и под ней ничего нет. Совсем ничего.
— Мам! — Катя соскакивает со стула, но в ее голосе нет ни капли смущения. — А ты чего так рано?
Я не отвечаю. Не могу. Смотрю на Сергея.
— Мам, познакомься это Маша! — Катя, словно не замечая, что атмосфера в кухне накалилась до предела, радостно начинает представлять. — Моя подруга! Из Москвы приехала. Представляешь, ее родители выгнали из дома! Она снимала комнату, но денег больше нет. Она поживет у нас. Папа разрешил, — она поворачивается к Сергею, ища поддержки. — Правда, пап?

Я случайно подслушала, как мой муж тайно сдаёт анализы на весь спектр венерических инфекций.
— А нельзя ли анонимно? — обращается он к администратору клиники. — Чтобы имя моё нигде не светилось?
Зачем?
Такие анализы не сдают «на всякий случай». Их сдают, когда был риск и нужно проверить последствия после… неосторожности.
Желая докопаться до истины, я иду на отчаянный шаг — жестокий эксперимент над собственным браком, чтобы выманить правду на свет.
— Подправь результаты, — прошу я свою коллегу из лаборатории. — Впиши ему хламидии. Мне нужно понять, что Юра от меня скрывает. На что он готов. Как он себя поведёт.
Эксперимент запускает цепную реакцию лжи, паники и неожиданных разоблачений. И однажды утром я узнаю всю грязную правду о своём муже.

- Давай заведем ребенка, - говорит муж, заставляя меня плакать от счастья.
А на следующий день я застаю его в бане с моей сестрой.
- Мы просто парились, ничего такого! - заверяет муж.
- Ты сама виновата, Вера. Работаешь все, а мужчине нужны любовь и ласка, - тянет Аня. - И детки.
- Отдай мужа сестре, не жадничай, - подводит итог подоспевшая мама. - И возвращайся к нам. В доме работы много, найдем, чем тебя занять. А Анечка достойна лучшей жизни.

***
Сестра захотела себе моего мужа.
У него хорошая работа, дорогая машина, квартира в Москве.
Завидный жених! Правда, не холостяк. Но жена — не стена, подвинется.
Так думали мои мать и сестра.
И были уверены, что их план удался.
Но ошиблись по всем фронтам! А я подлила масла в огонь.
И мужу отомстила. С фантазией.

– Масик, ты точно бросишь свою курицу? Я вот тут шубку присмотрела… – щебечет любовница мужа.

– Все купим, звезда моя. Ты же у меня… 

– Огонь, да? Не то, что твоя мымра сморщенная. Когда уже мы будем вместе? 

– Скоро, скоро… Как ты правильно сказала… Она сухарь и есть… И я ничего, кроме жалости, к ней не испытываю. 

Я услышала разговор мужа с любовницей и решила…

Нет, не рвать на себе волосы и не страдать. 

Я лишу их всего, опустошу счета мужа и отправлюсь в путешествие… 

Но моим планам не суждено было сбыться – муж приготовил ответный удар, а мне пришлось искать того, кто поможет остаться на свободе…

— Я её всю жизнь ждал.
От этих слов я вздрогнула. Слышала их, понимала смысл, но мозг отказывался воспринимать. Всю жизнь ждал?
— А мы? — голос дрогнул, но я заставила себя продолжить. — Наш брак? Аська?
Он смотрел на меня не отводя взгляда.
— Вы были… перевалочным пунктом.
Он сказал это так легко, не задумываясь, явно от сердца. Честно признался, что все это время думал о другой. Жил со мной, строил семью, спал…
— Я пытался ее забыть, — он говорил спокойно, почти равнодушно. — Ты была рядом. Хорошая и… правильная, с такими женщинами, как ты, строят семьи.
***
Семнадцать лет брака и развод после предательства мужа. Я хотела, чтобы он понял, кого потерял и вернулся. А когда он действительно понял, оказалось...

— Карина? Ты… что ты здесь делаешь? — голос моего мужа звучит неестественно высоко.
— Это что ТЫ здесь делаешь? С цветами? В квартире моей подруги? Я эту квартиру продаю, ты это прекрасно знаешь!
Я жду ответа, надеюсь на какое-то логичное, пусть даже бредовое объяснение.
Ну же, скажи, что ты ошибся адресом.
— Давно ты с ней?
— А что я должен сказать? — он огрызается на меня. — Да, мы вместе. Ты же вечно на работе, Карина! У тебя сделки, задатки, выезды, показы… А Ира… она живая. Она меня слушала.

Так, значит? Это вы зря, предатели! Я - профессионал.

Я знаю, как обесценить любой объект. В случае моего мужа, правда, даже стараться не нужно: это объект и так с обременением, от которого я избавлюсь так филигранно, что он сам не поймет, как оказался на обочине жизни с одним чемоданом.

Через неделю мы переезжаем в новый дом.
Я стою посреди комнаты, окружённая горами зимних вещей, и впервые в жизни разбираю коробки почти с удовольствием.
Методично проверяю карманы старого пальто мужа – и вдруг нахожу то, что разрушает мою жизнь в одну секунду.
Сначала – рисунок. Детский, сложенный вчетверо. Дом, солнце, три фигурки. И подпись корявым почерком: «Папа, мама и я».
У нас с Виктором нет детей. Пять лет попыток. Два выкидыша. Больницы, врачи, слёзы. И его слова: «Ты – моя семья. С детьми или без».
Я смотрю на рисунок и не могу дышать.
Лезу в другой карман. Квитанция из детского магазина – того самого, мимо которого я хожу каждый день и всегда отворачиваюсь от витрины с колясками. Зимний комбинезон, размер 116. Пять-шесть лет. Дата: 14 декабря – день, когда он был в «командировке».
Ноги не держат. Опускаюсь на пол.
В голове крутится одна мысль…
Кто она? Кто – мама на этом рисунке?

– Ты подарила мне лучшие годы, – говорит благодушно. – Но жизнь идёт дальше. Мы взрослые люди, надо принимать реальность. К тому же, ты так и не смогла родить мне сына… – Он делает паузу, как будто дает мне время согласиться. – А Виталина, она молодая, она сможет.

Слово «сын» бьёт по животу изнутри. Но я на это ничего не отвечаю. Просто слушаю как Родион, распустив хвост, пытается оправдать собственную подлость.

И сообщать ему, что я на пятнадцатой неделе, я не собираюсь.
_____