Читать и слушать книги

– Ой, доктор, у меня тут что-то болит, - приторный женский голос заставляет меня остановиться у двери кабинета мужа.
– Сейчас посмотрим, что у тебя там болит, - отвечает сиплый голос Валеры.
– Ты, кстати, уже поговорил с женой? Когда вы разводитесь? И я хочу в доме вашем жить. Дом нам останется, - капризно заявляет девушка.

Поворачиваюсь, чтобы выйти, и вдруг мой взгляд цепляется за что-то на полу.
У той двери, которая ведёт прямо в дом, валяется какая-то тряпочка. Я нагибаюсь, чтобы поднять, бросить в мусорку.
Беру в руки.
И замираю.
Это не тряпка.
Это чулок. Женский чулок.
Чёрный, кружевной, с силиконовой полоской сверху.
Валяется, будто потерянный.
Я стою, держа его в руках, и не могу пошевелиться. Мозг отказывается понимать. Что это? Откуда?
Это точно не моё.
Сердце начинает биться быстрее. Странное, неприятное чувство поднимается откуда-то из глубины. Будто земля уходит из-под ног.
Я смотрю на чулок, перебираю его пальцами. Ткань гладкая, дорогая. Кружево тонкое, изящное. Это недешевая вещь.
Откуда он здесь взялся?
И тут картина вспыхивает в голове сама собой.
Позавчерашний вечер.
Я приехала домой раньше обычного, устала, хотела просто рухнуть на диван.
И тут – Эля.
Я открыла дверь. Мы говорили пару минут.
Но я заметила.
Ноги. У нее были голые ноги.
В декабре! В мороз!

– Папочка! Мы вернулись! – кричит дочь, стягивая с ног любимые дутики. – Ты где?
Протягиваю руку, чтобы остановить дочь, но тут же безвольно её роняю, встретившись взглядом с высокой стройной блондинкой, которая внезапно появилась из дверей в гостиной.
– Руслан, – удивленно произносит она, оборачиваясь. – Это кто? Твоя домработница?
Дочь внезапно замирает и пятится ко мне. Улыбка на ее лице становится растерянной.
Муж при виде меня внезапно вскипает.
– Люся, мать твою! Что ты здесь делаешь? – шипит он, задвигая за себя блондинку. – Почему не позвонила? Что за внезапные визиты?
Ошарашенно молчу, глядя на него. Прижимаю к себе дочь, которая начинает испуганно хныкать при виде разъярённого отца.
– Ну что, рада? – спрашивает он. – Ребенка напугала, мне нервы вытрепала и ради чего? Зачем приехала без предупреждения? Счастлива что удалось застать меня с другой?
Отрицательно качаю головой, с трудом сдерживая слезы.
– Ну что ж, – произносит Руслан. – Пришло время кое-что прояснить…

— Маргош, прости. Я не хотел, чтобы так вышло, — предатель пытается улыбнуться, но выходит криво и жалко.
— Простить за что? За то, что ты спишь со своей секретаршей? Или за то, что назвал меня жирной коровой?
— Вообще‑то, я тебя так не называл! Это Света! — он сразу открещивается, как школьник.
— А ты и не стал отрицать! — рычу, вырывая из его захвата свою руку.
Лёня тяжело вздыхает, мнётся, а потом добивает:
— Маргош, ну правда. Тебя же разнесло как дирижабль!
У меня весь воздух из груди выходит.
— Ты же сам кричал, что тебя всё устраивает!
— Я так говорил, чтобы тебя не обижать!
Вот оно что… Снял маску, сволочь. Показал свое истинное лицо.
Когда я узнаю, что мой муж тайком встречается со своей секретаршей, потому что я растолстела и перестала его привлекать, без раздумий подаю на развод. Моя жизнь кардинально меняется, но спустя полтора года я снова встречаюсь с предателем. И тогда я понимаю: пришло время вернуть бумеранг.

– Я тебе говорю, через твою жёнушку весь город прошёл! – приговаривала свекровь, повиснув на плече своего сыночка.
– Котик, поехали уже в аэропорт, Дубая́ ждут! – шептала его губошлёпка-любовница с другой стороны.
Муж с презрением смотрел на меня, торжественно распечатывая конверт.
Он не поленился собрать всех наших родственников. Даже ресторан снял, чтобы торжественно и прилюдно объявить о моей неверности.
Тест ДНК оказался в его руках. Лицо Вити вмиг стало белым.
– 99,9%... – он в ужасе посмотрел на меня, осознавая, что именно натворил.
И вот тогда я сделала то, что предвкушала последнюю неделю – улыбнулась и сказала:
– Мы разводимся, придурок!

Я вижу две фигуры в полумраке кабинета.
Время словно замедляется.
Она обнимает моего мужа сзади, прижимаясь к его спине, положив подбородок ему на плечо.
- Юра, ну посмотри на все с другой стороны, - Милана говорит медленно, поглаживая его по спине. - Зачем тебе нужна она вообще? Она ведь клуша обычная. Никаких амбиций, никаких стремлений. Сидит дома, в рот тебе смотрит и то постоянно. Разве это жизнь? Разве ты этого хотел?
Клуша. Это слово вонзается в меня, как нож.
- Мил... - Юра резко поворачивается к ней.
И я вижу его лицо.
Он прижимает Милану к себе. Крепко, властно. Его руки на ее талии.
- Ты же знаешь, она удобная...
***
Он считает меня пустой, мягкой, удобной прислугой, но я покажу ему какая я на самом деле…

🔥РОМАН ЗАВЕРШЕН🔥
Только не он. Только не сейчас.
Илья стоял у входа. Высокий, в тёмном пальто, собранный, как всегда.
— Вероника, — сказал спокойно.
— Что ты здесь делаешь?
Илья чуть наклонил голову, словно разглядывает вещь: целая она или уже сломана.
— Пришёл за своим сыном.
Я резко вдохнула.
— Ты заблокировал меня три года назад, — сказала я. — После того, как я прислала тебе фото. С подписью. Помнишь? Или ты и это вычеркнул из жизни?
Илья на секунду сжал челюсть. Едва заметно. Но я увидела.
— Я не пришёл оправдываться, — сказал он тихо. — Я пришёл забрать своё.
— Своё? — голос дрогнул. — Ты называешь ребёнка “своим”, когда три года тебя не существовало? Когда я рожала одна? Когда я ночами сидела и слушала, дышит ли он? Когда мать умирала, а я боялась выйти в аптеку, потому что в кошельке было… — я осеклась, потому что горло сжало так, что слова не проходили.
Илья не отвёл взгляд. Он умел держать удар лицом, а потом бить в ответ.

Надя перешагнула порог дома, и в ту же секунду поняла - ее тут не ждали!
- Надя… подожди…, - муж отскочил от любовницы, как от огня. - Меня просто… чёрт попутал. После аварии, после… потери нашего малыша..., после всего этого…
- Да сколько можно врать?! - раздался за его спиной голос любовницы. - Я скажу ей всю правду?!
- Яна, заткнись! - прошипел Вячеслав.
- Он изменял тебе, пока ты была беременна! И знаешь, почему вы попали в аварию?
- Вон пошла! - Слава попытался вытолкать любовницу за порог.
- Вы попали в аварию, потому что он отвлекся от дороги на мои фоточки! - отчеканила Яна и в гостиной воцарилась мертвая тишина.
Еще месяц назад Надя была счастливой женой и готовилась стать мамой, но один несчастный случай сжег дотла все ее мечты...
- Ну что ж..., Славочка..., обещаю, я проедусь по твоей жизни катком. Размажу так, что никакая девица тебя не соскребёт, - проговорила Надя ровно, почти устало, прежде, чем навсегда выйти из этого дома и сжечь мосты, а заодно и бывшего мужа

- Мне нужен ребенок, но родишь его не ты, - заявляет муж, подавая мне очередную игрушку на елку. - У меня отношения с другой женщиной. Она ждет от меня ребенка.
- Что? – сердце замирает от ужаса, и дрожь пробивает все тело.
- Ты воспитаешь этого ребенка, а она просто родит. Я хочу, чтобы ты сделала работу над ошибками, - так спокойно диктует, что делать, а меня передергивает от его слов.
- Стесняюсь спросить, что будет делать она? – с надрывом спрашиваю, не веря в то, что он говорит.
- Пока ты будешь воспитывать нашего ребенка, она будет продолжать радовать меня, ведь мне с ней лучше, чем с тобой.

Двадцать пять лет вместе, и муж заявил, что у него нет наследника его дела, что все наши трое детей черновики, ни на что неспособные и не годные. Вот только я не стану воспитывать его ребенка от другой, я буду бороться за свою свободу, чего бы мне это не стоило.

Звонок в дверь. Я не жду гостей. Через глазок вижу… Валентина Павловна, моя свекровь.
Я открываю дверь и она проходит мимо меня, не дожидаясь приглашения.
– Присядем? – предлагаю я.
– Нет, это не займет много времени, – она останавливается посреди комнаты. – Скажи мне, Кристина, где, по-твоему, сейчас находится мой сын?
– В командировке.
– Ты думаешь, что Вадим сейчас в командировке? – она делает паузу, наслаждаясь моментом. – Он сейчас уехал в отпуск на неделю в Сочи. С Эльвирой. Помнишь Эльвиру? Дочка моей давней подруги Ирины. – Это... это невозможно. Вадим не может...
– Не может? Нам с Ириной давно уже пора стать бабушками, а ты за семь лет брака так и не смогла меня осчастливить этим званием. Эльвира молода, здорова, и у нее правильные приоритеты.
Я хватаюсь за спинку кресла, чтобы не упасть.
– Вы лжете. Вадим никогда... мы же...