Книги в жанре «Психологическая драма»
Анастасия — молодая девушка, которая живёт в небольшом городе, где люди привыкли скрывать свои чувства и хранить чужие тайны. После неожиданной находки она понимает, что прошлое её семьи связано с событиями, о которых никто не хочет говорить.
Желая узнать правду, Анастасия отправляется в непростое путешествие. На её пути будут испытания, новые знакомства, предательство и дружба. Постепенно она осознаёт, что самая крепкая стена — это не камень, а человеческое молчание.
Сможет ли одна девушка изменить судьбу целого города и доказать, что правда сильнее страха? Ведь каждая тайна однажды должна быть раскрыта.
Желая узнать правду, Анастасия отправляется в непростое путешествие. На её пути будут испытания, новые знакомства, предательство и дружба. Постепенно она осознаёт, что самая крепкая стена — это не камень, а человеческое молчание.
Сможет ли одна девушка изменить судьбу целого города и доказать, что правда сильнее страха? Ведь каждая тайна однажды должна быть раскрыта.
Никогда, слышишь? Никогда не ставь подпись, не дочитав документ!
Иначе…
Дергаюсь, чтобы сдержаться, но дом пронизывает жалобный женский стон. Серьезно? Я еще бабу притащил? Или это она меня притащила? По всему можно сделать вывод, что второй вариант: я-то явно тут раньше не был. Стон повторяется еще жалобнее, чем предыдущий, но уже тише, и я срываюсь на этот звук.
Потому что ни черта этот стон не похож на последствия бурной ночи, скорее на то, что тот, кому принадлежат эти звуки, похожие на мяуканье котенка, явно нуждается в помощи.
Залетаю в комнату, шарахая дверью о стену, и застываю.
На постели, обхватив голову руками, сидит совсем молодая девчонка. Но не это главное — красивая. Ну какая же она красивая, аж дух захватывает. Я таких и не видел никогда.
— Ты кто? — голос прозвучал грубее, чем я планировал. Хриплый, злой, каким я, в принципе, и был. Злой на себя, на неё, на всю эту ситуацию, которая сейчас разворачивается вокруг.
— Я спрашиваю, кто ты такая и что здесь делаешь?
Иначе…
Дергаюсь, чтобы сдержаться, но дом пронизывает жалобный женский стон. Серьезно? Я еще бабу притащил? Или это она меня притащила? По всему можно сделать вывод, что второй вариант: я-то явно тут раньше не был. Стон повторяется еще жалобнее, чем предыдущий, но уже тише, и я срываюсь на этот звук.
Потому что ни черта этот стон не похож на последствия бурной ночи, скорее на то, что тот, кому принадлежат эти звуки, похожие на мяуканье котенка, явно нуждается в помощи.
Залетаю в комнату, шарахая дверью о стену, и застываю.
На постели, обхватив голову руками, сидит совсем молодая девчонка. Но не это главное — красивая. Ну какая же она красивая, аж дух захватывает. Я таких и не видел никогда.
— Ты кто? — голос прозвучал грубее, чем я планировал. Хриплый, злой, каким я, в принципе, и был. Злой на себя, на неё, на всю эту ситуацию, которая сейчас разворачивается вокруг.
— Я спрашиваю, кто ты такая и что здесь делаешь?
Алиса — творческая студентка, привыкшая опаздывать и прятаться за рисунками от реальности. Всё меняется, когда на её курсе появляется новый преподаватель — загадочный Артем Викторович, бывший журналист, скрывающий шрамы прошлого и больную хромоту. Их внезапная связь становится запретным секретом, который может стоить ему карьеры, а ей — репутации. История о том, как любовь, рождённая в дождливый сентябрьский день, проходит через страх разоблачения, вынужденную разлуку и, наконец, обретает право на счастье. Это роман о смелости быть собой, о том, что настоящие чувства не боятся ни чужих глаз, ни собственных сомнений, и о том, как важно верить в своё «завтра», даже когда сегодня кажется безнадёжным.
Короткий психологический рассказ.
В тихом городке среди швейцарских Альп один вечер становится началом истории, которую невозможно забыть.
В тихом городке среди швейцарских Альп один вечер становится началом истории, которую невозможно забыть.
Место, где поезда из прошлого уже не ходят, а составы из будущего ещё не пришли. Деревянный полустанок, затерянный в вечных сумерках и густом тумане, стал пристанищем для тех, чьё внутреннее время остановилось. Здесь не стареют, не голодают, но и не живут.
Очнувшись на холодной скамье с пустым билетом в руках, Рассказчик пытается понять правила этого странного чистилища. Вокруг него — такие же потерянные люди, цепляющиеся за призрачные надежды. Но чтобы уехать отсюда, ему предстоит вспомнить, почему он остался на реальном вокзале, и осмелиться сделать то, чего он так боялся всю жизнь. История о том, что самые длинные пути начинаются не с рельсов, а с первого шага в собственную душу.
Очнувшись на холодной скамье с пустым билетом в руках, Рассказчик пытается понять правила этого странного чистилища. Вокруг него — такие же потерянные люди, цепляющиеся за призрачные надежды. Но чтобы уехать отсюда, ему предстоит вспомнить, почему он остался на реальном вокзале, и осмелиться сделать то, чего он так боялся всю жизнь. История о том, что самые длинные пути начинаются не с рельсов, а с первого шага в собственную душу.
Если меня спрашивают — как вы стали фотографом? — до сих пор я будто оправдываюсь перед кем-то.
Съемка никогда не была для меня средством заработать. Я не люблю, когда меня называют «фотограф». По-моему, это как приклеить ярлык «кустарность». Фиксировать чужие счастливые или грустные моменты бытия мне не интересно. Бытовая фотография скучна, если вы понимаете о чём речь. До определенного момента я не задумывался о том, чем станут художественные нюды в моей жизни.
Съемка никогда не была для меня средством заработать. Я не люблю, когда меня называют «фотограф». По-моему, это как приклеить ярлык «кустарность». Фиксировать чужие счастливые или грустные моменты бытия мне не интересно. Бытовая фотография скучна, если вы понимаете о чём речь. До определенного момента я не задумывался о том, чем станут художественные нюды в моей жизни.
Так небом было суждено:
Ты был мое в рассвет окно.
Ты был собой — девятым валом.
Ты был веселым грешным малым.
Ты был мое в рассвет окно.
Ты был собой — девятым валом.
Ты был веселым грешным малым.
Мир, в котором рычаги правления находятся в руках богатых и влиятельных, не прощает слабости. У господ есть все, о чем можно мечтать, а бедняки вынуждены бороться за выживание в сырости Нижнего Города.
После смерти родителей Поненте остаётся один на один с миром, который с легкостью может перемолоть его своими жерновами и вышвырнуть. Но мальчик не собирается становиться тенью чьего-то величия.
Что выберет Поненте: жить в трущобах и относительной безопасности или рискнуть всем ради возможности вырваться из порочного круга?
После смерти родителей Поненте остаётся один на один с миром, который с легкостью может перемолоть его своими жерновами и вышвырнуть. Но мальчик не собирается становиться тенью чьего-то величия.
Что выберет Поненте: жить в трущобах и относительной безопасности или рискнуть всем ради возможности вырваться из порочного круга?
За тревогой—усталость от борьбы с собой. Моя книга—истории первых шагов. Перемены—когда слышишь себя
«Эстетика бледности» является манифестом человека, который осознанно принимает свое проклятие, отказывается от мещанского покоя дневных бюргеров и учится дышать в глубинах подсознания. Это история о комнате с зеркалами, где автор соглашается быть и змеем, кусающим себя за хвост, и его жертвой, и текущим по венам ядом. Потому что нельзя проснуться из сна, который стал твоим единственным небом. Центральной точкой этой исповеди становится Амелия - прекрасный фантом, автономный комплекс и проекция Анимы автора. Она возникла из ночного вакуума бессонницы, продиктовала сотню безупречных стихов и исчезла, оставив создателя один на один с реальным даром и страшным соблазном: окончательно перешагнуть черту и уйти на ночную сторону бытия.
Выберите полку для книги