Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»

Чтобы спасти мне жизнь, брат украл большую сумму денег у бандита, но тот нашел нас и потребовал все вернуть. У брата есть месяц, а пока бандит забрал меня себе в качестве залога. Только вот он не догадывается, что я так себе залог и, возможно, до конца срока даже не протяну.

— Не забирай ее! Я все верну!
— Твоя сестра будет гарантом. Ты же не думал, что я поверю тебе на слово?
Я тяжело сглотнула. Мой взгляд метался между братом и незнакомцем, который только что произнес страшные слова.
Он заберет меня себе?
— А где гарантия для меня, что ты ее не тронешь? — спросил брат.
— Тебе еще гарантии подавай? Захочу — трону, захочу — не трону. Не это тебя должно волновать, а как бы поскорее отдать мои бабки!

*Содержит нецензурную брань (герой немного ругается матом)

– Кому ты нужна с таким лицом, Марьям? Это твой единственный шанс выйти замуж. Второго не будет.
Я проглотила эти слова, как пощёчину, и заменила сестру на её никахе. Так я стала женой Умара Керимова — мужчины, которого Фариза бросила у всех на глазах. Он не хотел меня. Он хотел наказать её. И решил подарить мне ту жизнь, о которой мечтала моя сестра. Красивый дом, дорогие подарки, статус жены, завистливые взгляды. Только всё это было не любовью, а местью. А когда Фариза увидела, что потеряла, она захотела вернуть Умара обратно. Моего мужа. Мужчину, который должен был сломать меня, но почему-то начал смотреть так, будто я больше не просто замена.

— Я предлагаю тебе стать моей любовницей.
— Любовницей? — переспрашиваю, сводя брови.
— Я буду приезжать к тебе ночью, а утром уезжать на работу. Ты будешь весьма обеспечена, но с условием, что спать ты будешь только со мной одним.
— Вы шутите?
— Я похож на шутника? — с вызовом спрашивает, приподнимая подбородок.
— Вы похожи на того, что сошел с ума, — отзываюсь, сжимая бедра. — Я замужем. У меня двое детей. Спать с вами я не стану. Точка. Это мое окончательное решение.
Разворачиваюсь и иду в сторону дверей, дергаю те, но дорогу мне преграждает амбал из охраны.
— Вы издеваетесь? Прикажите ему убраться! — ору на губернатора, но тот лишь спокойно изучает меня взглядом, и я понимаю, что уйти мне никто не даст.

"Мой летний отдых в загородном доме свекра, изменил меня навсегда, только Я, только ОН и ДВОЕ его друзей. Я оказалась в крепких объятиях разврата..."

Меня продали, как скот, в семью, где женщины это молчаливые тени. Тимур красив, как дьявол, и хочет одного - сломать меня до свадьбы. Но его отец, Ахмед, смотрит на мои синяки и вдруг произносит:

— Я забираю её себе. Осмотр пройден, теперь она моя ответственность.

Я кричу ему в лицо, что он такой же монстр, как сын. А он медленно снимает перчатки и отвечает так тихо, что я слышу только шёпот: «Выбирай: подвал с крысами или моя постель. Третьего не дано». Я выбираю его и тут же понимаю, что этот холодный хирург разбудил во мне ту же тьму, что живёт в нём. Теперь я не знаю, кто кого сломает. Но одно ясно: я больше не жертва. Я стала его самой опасной ошибкой.

Леон молчит. Смотрит на мой чемодан. Потом на меня. Его взгляд скользит по моему лицу, задерживается на губах. Я не просто замечаю, я буквально чувствую этот взгляд в виде покалывания. 
— Что ты здесь делаешь?
Я медленно ставлю сумку поверх чемодана.
Пальцы сжимаются вокруг ручки, и я заставляю себя не отводить взгляд от преподавателя.
— Вообще-то я хотела спросить тебя о том же, — парирую с вызовом, вскинув подбородок. — Или вас? Я даже не знаю, как обращаться. Субординация всё-таки.
Леон прищуривается. Его челюсть сжимается, и я замечаю, как желваки гуляют под кожей.
— Какая к чёрту субординация? — голос звучит резче, чем раньше. — Это квартира моя.
Я моргаю. Открываю рот. Закрываю. Будто глотаю воздух.
— Прости?
— Я снял эту квартиру.
Повисает тишина. Я не двигаюсь.
— Какая забавная шутка, — произношу ровно, непринужденно, хотя внутри всё бурлит. — Потому что я тоже сняла её на длительный срок. И тебя в договоре, насколько я знаю, прописано не было, — издаю нервный смешок

– Отпусти её! Ты с ума сошла? – рыкнул муж.
– Я сошла? Чем ты занимаешься на рабочем месте?
– Не веди себя как истеричка! Успокойся, я сказал!
– Ты изменил мне! – прошипела я.
– Ничего страшного не произошло! Смирись, дорогая, всё равно никуда не денешься. Кому ты нужна с прицепом?

***
Муж сказал, что заберет ребенка. Я была готова бороться за себя и сына, но судьба свела меня с тем, кого боится весь город.
Его имя не произносят вслух, а один взгляд заставляет дрожать.

Станет ли он моим спасением, или я всего лишь пешка в его игре?

— Какого хрена ты здесь делаешь?! — рычит он, с силой вжимая меня в холодную стену ночного клуба.
— Тебя забыла спросить! — говорю, стараясь звучать уверенно, хотя внутри все дрожит.
— Забыла, мышка... — нагло усмехается он, наклонившись ближе. — Что ты моя жена, и теперь всегда говоришь мужу, куда идешь. Иначе мне придется напомнить, кому ты принадлежишь…

Когда-то он был моей первой любовью, но разбил мне сердце.
Теперь между нами — сделка на год.
Никаких чувств, только холодный расчет.
Но почему-то «муж» решил нарушить условия, перейдя ту самую черту…

– Кажется, юбка тебе маловата, учительница, – мужские руки легли мне на бедра и сжали, – Эти пышные формы требуют большого размера.

– Меня мой вес устраивает! – выдохнула в возмущении и попыталась его оттолкнуть, – Гордеев, убери лапы! Если ты сейчас же...

Он толкнул меня на стол и тесно зажал собой. Темные глаза хищно блеснули.

– Ночь, все кабинеты пустые. Даже если кричать будешь – никто тебя не услышит, Карина Сергеевна. Так что раздевайся. За тобой должок.



Он был моим одноклассником – очкастым стеснительным пареньком с последней парты, который вечно краснел и тайно по мне вздыхал.

Но прошло пятнадцать лет, и сейчас он – Глеб Гордеев, отец моей ученицы и крутой авторитет, что держит в кулаке весь наш город. Высокий, широкоплечий, мускулистый наглец.

Он до сих пор помнит, как я грубо отшила его на выпускном...

И хочет за это меня наказать!

— Что это у тебя?
— Цифры. Координаты.
— Чего?
— У человека, у которого нет ничего — ни фамилии настоящей, ни даты толком, ни лица матери, — должна быть хотя бы точка отсчёта. Начало координат. Это место, где начинаюсь я.

Я наказана. Добровольно и самостоятельно.
А он наказан моим отцом. Это несправедливо, я должна положить этому конец.
Но больше всего мне хочется искать не концы.
Я хочу найти то место, где начинаемся… мы.