Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
Отец поставил меня перед фактом – я должна выйти за его заклятого врага в качестве залога мира между семьями. Но я даже не подозревала, что мужчина, за которого меня выдают, мечтает лишь об одном – превратить мою жизнь в ад.
– Пустышка, ты теперь принадлежишь мне, потому что ты подарок, вручённый мне твоим папашей. Не больше чем вещь, которой я могу распоряжаться по своему усмотрению.
Мне казалось, я смогу вытерпеть всё, пока не обнаружила в нашей кровати его любовницу. И по совместительству мою сестру.
– Пустышка, ты теперь принадлежишь мне, потому что ты подарок, вручённый мне твоим папашей. Не больше чем вещь, которой я могу распоряжаться по своему усмотрению.
Мне казалось, я смогу вытерпеть всё, пока не обнаружила в нашей кровати его любовницу. И по совместительству мою сестру.
– Ксюша, там к тебе жених приехал на красивой машине! – кричит мне бабушка из огорода.
Я понятия не имею, кого там принесло. Нет у меня никаких женихов.
Выхожу за калитку бабулиного дома и глазам не верю. Мой босс собственной персоной.
– А что вы тут делаете, Николай Васильевич?
– Мне нужна твоя помощь, Ксения.
– Вы меня уволили, вообще-то, – с обидой напоминаю я.
– Я передумал.
– А я нет. Всё! У меня отпуск.
– В этом колхозе? – усмехается босс.
– Я обещала бабушке помочь.
– Давай я помогу бабуле, а ты мне? Проси чего хочешь, Лисичкина!
Я много чего хочу. Только вряд ли этот городской мажор продержится в деревне больше суток.
Я понятия не имею, кого там принесло. Нет у меня никаких женихов.
Выхожу за калитку бабулиного дома и глазам не верю. Мой босс собственной персоной.
– А что вы тут делаете, Николай Васильевич?
– Мне нужна твоя помощь, Ксения.
– Вы меня уволили, вообще-то, – с обидой напоминаю я.
– Я передумал.
– А я нет. Всё! У меня отпуск.
– В этом колхозе? – усмехается босс.
– Я обещала бабушке помочь.
– Давай я помогу бабуле, а ты мне? Проси чего хочешь, Лисичкина!
Я много чего хочу. Только вряд ли этот городской мажор продержится в деревне больше суток.
— Григорян, это ненормально! Ты вообще понимаешь, что творишь?
— Почему же? — Тигран ответил пугающе спокойно, пока она задыхалась от ярости. — На Кавказе кража невесты — старинный обычай. И он жив по сей день.
— Вот там и воруй сколько угодно! А здесь за это — уголовная статья! — Катя вскинула подбородок, отчаянно пряча дрожь в голосе.
— Из тебя выйдет прекрасная жена, — продолжал он так, будто её протеста не существовало.
— А из тебя выйдет прекрасный муж для какой-нибудь кавказской девушки, но не для меня!
Тигран Григорян не привык просить — он просто забирает то, что считает своим. Он вырвал Катю из её спокойной жизни, не спрашивая согласия, и теперь она — его законная добыча. Девушка строит планы побега, но ещё не догадывается: для Тиграна её «нет» — лишь повод затянуть узел покрепче. Он не просто украл её, он намерен заставить её захотеть остаться.
— Почему же? — Тигран ответил пугающе спокойно, пока она задыхалась от ярости. — На Кавказе кража невесты — старинный обычай. И он жив по сей день.
— Вот там и воруй сколько угодно! А здесь за это — уголовная статья! — Катя вскинула подбородок, отчаянно пряча дрожь в голосе.
— Из тебя выйдет прекрасная жена, — продолжал он так, будто её протеста не существовало.
— А из тебя выйдет прекрасный муж для какой-нибудь кавказской девушки, но не для меня!
Тигран Григорян не привык просить — он просто забирает то, что считает своим. Он вырвал Катю из её спокойной жизни, не спрашивая согласия, и теперь она — его законная добыча. Девушка строит планы побега, но ещё не догадывается: для Тиграна её «нет» — лишь повод затянуть узел покрепче. Он не просто украл её, он намерен заставить её захотеть остаться.
– Ты не можешь общаться с моей дочерью, – категорично заявляет Булат Муратович. – Я пытаюсь привить ей традиционные ценности, а ты её развращаешь!
– Я?! Вы в своём уме? Что я такого сделала?
– Ты как разговариваешь со старшими, Астахова? Сразу видно не воспитанная девушка. Шляешься по ночам в юбке бесстыжей, напоказ себя выставляешь, – смотрит презрительно.
Было ошибкой после того, что случилось, прийти к Самире и её отцу – преподу по прозвищу Профессор Паскуда.
– Послушайте, здесь не ваша родина, чтобы все замоташками ходили, – прикусываю язык под его гневным взглядом. Упс, перебор, Алла!
– Рот закрой! Подойдешь к моей дочери только после того, как станешь послушной. Завтра после пар зайдешь ко мне, лично проверю твои... знания. Иначе вылетишь из ВУЗа. Поняла?
Он – отец подруги и мой строгий препод. Двойное запретное комбо.
Без шансов, без вариантов.
Он презирает меня, а я – его.
Но смогу ли я противостоять этому запретному желанию?
– Я?! Вы в своём уме? Что я такого сделала?
– Ты как разговариваешь со старшими, Астахова? Сразу видно не воспитанная девушка. Шляешься по ночам в юбке бесстыжей, напоказ себя выставляешь, – смотрит презрительно.
Было ошибкой после того, что случилось, прийти к Самире и её отцу – преподу по прозвищу Профессор Паскуда.
– Послушайте, здесь не ваша родина, чтобы все замоташками ходили, – прикусываю язык под его гневным взглядом. Упс, перебор, Алла!
– Рот закрой! Подойдешь к моей дочери только после того, как станешь послушной. Завтра после пар зайдешь ко мне, лично проверю твои... знания. Иначе вылетишь из ВУЗа. Поняла?
Он – отец подруги и мой строгий препод. Двойное запретное комбо.
Без шансов, без вариантов.
Он презирает меня, а я – его.
Но смогу ли я противостоять этому запретному желанию?
- Когда ты успела переспать с Гордеем?! Дашка!
- Да не спала я! Приснилось мне.
- Дурочка, - смеется сестра. - Открывай дверь. Если захочешь, он и в реальности повторит то, что тебе приснилось.
- Окстись, женщина, у тебя расплавились мозги. Я с таким никогда не буду. Я люблю интеллигентных хипстеров, забыла?
- Тогда тебе точно нечего бояться. Открывай.
Ой, зря я это сделала. Потому что для такого варвара слова “нет” не существует. Он не успокоится, пока я не окажусь с ним в одной постели.
- Да не спала я! Приснилось мне.
- Дурочка, - смеется сестра. - Открывай дверь. Если захочешь, он и в реальности повторит то, что тебе приснилось.
- Окстись, женщина, у тебя расплавились мозги. Я с таким никогда не буду. Я люблю интеллигентных хипстеров, забыла?
- Тогда тебе точно нечего бояться. Открывай.
Ой, зря я это сделала. Потому что для такого варвара слова “нет” не существует. Он не успокоится, пока я не окажусь с ним в одной постели.
— Скажи честно, Адил, в нашу первую брачную ночь со мной был не ты, да?
Он отвернулся, и я увидела, как напряглись его плечи.
— Какая теперь разница, Айшат? Это была просто необходимость. Старшие должны были убедиться в твоей чистоте.
Его слова были словно пощёчина.
— Ты отдал меня своему брату, как вещь?
Он холодно усмехнулся, не глядя на меня:
— Какая разница, кто был первым, я или мой брат-близнец?
Он отвернулся, и я увидела, как напряглись его плечи.
— Какая теперь разница, Айшат? Это была просто необходимость. Старшие должны были убедиться в твоей чистоте.
Его слова были словно пощёчина.
— Ты отдал меня своему брату, как вещь?
Он холодно усмехнулся, не глядя на меня:
— Какая разница, кто был первым, я или мой брат-близнец?
— Решила поиграть в плохую девочку? – рычит Назар не своим голосом, и я всерьёз думаю, что в него что-то вселилось, покрываясь ледяной коркой всепоглощающего ужаса.
Белоснежная, сияющая в темноте рубашка расстёгнута до середины, однажая опасно напряжённые бугры мышц, всегда уложенные волосы спадают на лоб непослушными прядями.
Он словно готовился ко сну, а затем сорвался сюда, решив не откладывать разборку со мной на утро.
— Знаешь, что делают с плохими девочками?! – зловеще цедит он сквозь зубы.
Тащит меня к столу и впечатывает в него грудью, заламывает руки за спину, заставляя вскрикнуть.
— Что такое, принцесса? Ты же этого хотела!
Белоснежная, сияющая в темноте рубашка расстёгнута до середины, однажая опасно напряжённые бугры мышц, всегда уложенные волосы спадают на лоб непослушными прядями.
Он словно готовился ко сну, а затем сорвался сюда, решив не откладывать разборку со мной на утро.
— Знаешь, что делают с плохими девочками?! – зловеще цедит он сквозь зубы.
Тащит меня к столу и впечатывает в него грудью, заламывает руки за спину, заставляя вскрикнуть.
— Что такое, принцесса? Ты же этого хотела!
— Он развелся, ты знала?
— Кто? — удивленно смотрю на подругу.
— Муж твой бывший. Со скандалом.
— Не знала.
И, если честно, не хотела бы знать. Три года прошло, как он вычеркнул меня из своей жизни и женился на другой. На той, которая была с ним рядом до меня и осталась после.
— Там такой скандал. Сын, которого он воспитывал, оказался не его. А еще… — Амина снижает голос до шепота. — У него не может быть детей, представляешь? Журналисты как-то раскопали конфиденциальную информацию.
— Что?
— То! Твой сын — единственный его наследник, а он о нем даже не знает.
***
Четыре года назад я стала для него предательницей. А теперь боюсь, что он узнает о единственном сыне, которого может иметь, и отберет у меня его. Так же, как когда-то забрал мое сердце.
— Кто? — удивленно смотрю на подругу.
— Муж твой бывший. Со скандалом.
— Не знала.
И, если честно, не хотела бы знать. Три года прошло, как он вычеркнул меня из своей жизни и женился на другой. На той, которая была с ним рядом до меня и осталась после.
— Там такой скандал. Сын, которого он воспитывал, оказался не его. А еще… — Амина снижает голос до шепота. — У него не может быть детей, представляешь? Журналисты как-то раскопали конфиденциальную информацию.
— Что?
— То! Твой сын — единственный его наследник, а он о нем даже не знает.
***
Четыре года назад я стала для него предательницей. А теперь боюсь, что он узнает о единственном сыне, которого может иметь, и отберет у меня его. Так же, как когда-то забрал мое сердце.
– Ну, привет, Аврора… Именно такой я тебя себе и представлял.
– Послушайте, это все какая-то ошибка, – мой голос дрожит. – Я вас не знаю, и понятия не имею, откуда вы знаете меня.
– А это не имеет никакого значения. Знаешь, у нас на Кавказе есть традиция – похищать невест.
Отступаю назад и едва не падаю.
Но Осман подхватывает. Прижимает к себе. Скалит зубы.
А потом чуть подается вперед, втягивая запах моего страха.
– Подчинись добровольно или… я тебя заставлю.
– Послушайте, это все какая-то ошибка, – мой голос дрожит. – Я вас не знаю, и понятия не имею, откуда вы знаете меня.
– А это не имеет никакого значения. Знаешь, у нас на Кавказе есть традиция – похищать невест.
Отступаю назад и едва не падаю.
Но Осман подхватывает. Прижимает к себе. Скалит зубы.
А потом чуть подается вперед, втягивая запах моего страха.
– Подчинись добровольно или… я тебя заставлю.
— ТЫ МОЯ! — рычал я, впиваясь пальцами в её мокрые от дождя плечи.
— Я НЕ ДЛЯ ТЕБЯ! — выдохнула она едкое отчаяние.
Максим Савин — хоккейный бог, для которого мир — это пьедестал побед. Он привык брать силой, ломать сопротивление и не выносит отказов. Таня Чумак - его рок, его наказание и единственная, кто способен сказать настоящему бабнику и мажору «нет».
Их встреча — это поединок, где каждое касание разрядом тока вскрывает старые шрамы.
Он разорвал её сердце три года назад, когда не пришёл на первое свидание. Теперь её очередь вернуть должок...
— Я НЕ ДЛЯ ТЕБЯ! — выдохнула она едкое отчаяние.
Максим Савин — хоккейный бог, для которого мир — это пьедестал побед. Он привык брать силой, ломать сопротивление и не выносит отказов. Таня Чумак - его рок, его наказание и единственная, кто способен сказать настоящему бабнику и мажору «нет».
Их встреча — это поединок, где каждое касание разрядом тока вскрывает старые шрамы.
Он разорвал её сердце три года назад, когда не пришёл на первое свидание. Теперь её очередь вернуть должок...
Выберите полку для книги