Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
Сама того не желая, я нахамила мимо проходящему мажору, даже не подозревая, что работаю в его клубе. Он неприлично богат и принадлежит известному клану. Их единственный наследник. Он помолвлен на девушке из такой же богатой семьи.
А я простая официантка, на которую он положил глаз и превратился в настоящего преследователя. Он не отпустит и не забудет. Он получит то, чего желает, ведь он Аслан Хаджиев.
А я простая официантка, на которую он положил глаз и превратился в настоящего преследователя. Он не отпустит и не забудет. Он получит то, чего желает, ведь он Аслан Хаджиев.
-Отпусти меня, - кричу и бью его по спине, пока он тащит меня на своем плече, как мешок с картошкой. Моя охрана так и осталась стоять под прицелом автоматов его наемников. Он ставит меня на ноги и хватает мое лицо рукой. Его глаза горят диким огнем, и дышит он, как дракон.
- На колени, - рявкает Мансур и смотрит мне в глаза.
-Я не буду! - хриплю и отступаю назад.
- Будешь, я ждал тебя три года, а теперь я буду тебя любить во всех позах и всю ночь. Как ты там кричала пять минут назад? Что ты уже не девственница? Что ты уже взрослая и умелая? Вот и проверим... - И начал срывать с меня одежду!
Как теперь доказать ему, что это была шутка? Что я все еще девственница и ни один мужчина ко мне не прикасался?...
- На колени, - рявкает Мансур и смотрит мне в глаза.
-Я не буду! - хриплю и отступаю назад.
- Будешь, я ждал тебя три года, а теперь я буду тебя любить во всех позах и всю ночь. Как ты там кричала пять минут назад? Что ты уже не девственница? Что ты уже взрослая и умелая? Вот и проверим... - И начал срывать с меня одежду!
Как теперь доказать ему, что это была шутка? Что я все еще девственница и ни один мужчина ко мне не прикасался?...
Сердце колотилось где‑то в горле, в висках стучала кровь, мысли путались, но одна сверлила мозг, как раскалённый гвоздь, что его маленькая, нежная доченька беременна от какого-то подонка. Он резко распахнул дверь, так что та ударилась о стену.
— Ксюша, это что такое? — голос Михаила прозвучал жёстко, командно, как на плацу. — Это твой тест? Отвечай немедленно!
Девушка побледнела, губы задрожали. Растерянно заморгала, не понимая, что происходит, а потом взгляд её упал на тот самый тест на беременность в руке отца.
— Папа, я… — начала лепетать она, голос дрожал, срывался.
— Кто он? Кто этот человек? Он старше тебя? Он принудил тебя к чему‑то? Отвечай! — требовал ответа, чеканя каждое слово. — Ты несовершеннолетняя. Это преступление, — подполковник сделал ещё шаг, нависая над дочерью.
— Назови имя этого смертника, — прошипел он, сжимая кулаки, — или я сам найду. А когда я его найду… Ему будет очень плохо. Очень. Я не просто сломаю ему кости — я сотру его в порошок.
— Ксюша, это что такое? — голос Михаила прозвучал жёстко, командно, как на плацу. — Это твой тест? Отвечай немедленно!
Девушка побледнела, губы задрожали. Растерянно заморгала, не понимая, что происходит, а потом взгляд её упал на тот самый тест на беременность в руке отца.
— Папа, я… — начала лепетать она, голос дрожал, срывался.
— Кто он? Кто этот человек? Он старше тебя? Он принудил тебя к чему‑то? Отвечай! — требовал ответа, чеканя каждое слово. — Ты несовершеннолетняя. Это преступление, — подполковник сделал ещё шаг, нависая над дочерью.
— Назови имя этого смертника, — прошипел он, сжимая кулаки, — или я сам найду. А когда я его найду… Ему будет очень плохо. Очень. Я не просто сломаю ему кости — я сотру его в порошок.
Отец моего бывшего. Мой ректор. Мужчина, от которого я схожу с ума.
Это может разрушить мою жизнь.
Но когда он смотрит на меня своими синими глазами – я таю. Когда его голос становится хриплым, а пальцы касаются моей щеки – я забываю, как дышать.
И, кажется, я готова рискнуть всем, чтобы быть с ним.
Это может разрушить мою жизнь.
Но когда он смотрит на меня своими синими глазами – я таю. Когда его голос становится хриплым, а пальцы касаются моей щеки – я забываю, как дышать.
И, кажется, я готова рискнуть всем, чтобы быть с ним.
Мы дружили с детства, а когда Арс вернулся из армии, вдруг решил, что может контролировать каждый мой шаг! Разумеется, я осознала что мы больше не друзья.
Он тоже так решил, и пошел в наступление, разрушая границы френдзоны.
________________________
Горячие губы парня накрывают мои решительно и внезапно. В полном изумлении, отталкиваю его от себя.
- Ты что творишь?!
- Целую тебя, - с ленивой улыбкой отвечает Арс.
- Мы же друзья!
- Больше нет... - и притягивает меня к себе вновь.
Он тоже так решил, и пошел в наступление, разрушая границы френдзоны.
________________________
Горячие губы парня накрывают мои решительно и внезапно. В полном изумлении, отталкиваю его от себя.
- Ты что творишь?!
- Целую тебя, - с ленивой улыбкой отвечает Арс.
- Мы же друзья!
- Больше нет... - и притягивает меня к себе вновь.
Катя не может простить мужа, женившегося на ней вопреки ее желанию, разрушив ее жизнь и лишив любимого человека, которого она не может забыть даже спустя годы.
Андрей не может отпустить любимую женщину, которую силой затащил в свою жизнь, в надежде добиться ее любви.
Их связывает договор, срок которого истекает через считанные месяцы, ребенок, которого она не хотела, и любовь. Вот только чья любовь победит? Кати, Андрея или... Леши?
Андрей не может отпустить любимую женщину, которую силой затащил в свою жизнь, в надежде добиться ее любви.
Их связывает договор, срок которого истекает через считанные месяцы, ребенок, которого она не хотела, и любовь. Вот только чья любовь победит? Кати, Андрея или... Леши?
Что общего у специального агента ФСБ и главного городского преступника? Страсть? Враги? Увлечения? Или, может, все гораздо сложнее?
Они никогда не должны были встретиться, а их знакомство - лишь череда судьбоносных решений, меняющих историю по собственному усмотрению.
***
– Нравятся следы, да? – она мягко проводит кончиком пальца по небольшой отметине на шее, которую я не заметил ранее.
Хочу прикоснуться. Вместо ее маленького пальчика бегать по тонкой коже должен мой. И мне решать – оставить новые синяки или едва заметно скользнуть рукой, вызывая мурашки. Пульсирующая венка на шее и вовсе сводит с ума, мерно поднимаясь практически у самой отметины.
– Не льсти себе, – вместо этого говорю. – И, чтоб ты знала, обычно я не разжимаю руки, и следующий раз вполне может стать для тебя последним.
Они никогда не должны были встретиться, а их знакомство - лишь череда судьбоносных решений, меняющих историю по собственному усмотрению.
***
– Нравятся следы, да? – она мягко проводит кончиком пальца по небольшой отметине на шее, которую я не заметил ранее.
Хочу прикоснуться. Вместо ее маленького пальчика бегать по тонкой коже должен мой. И мне решать – оставить новые синяки или едва заметно скользнуть рукой, вызывая мурашки. Пульсирующая венка на шее и вовсе сводит с ума, мерно поднимаясь практически у самой отметины.
– Не льсти себе, – вместо этого говорю. – И, чтоб ты знала, обычно я не разжимаю руки, и следующий раз вполне может стать для тебя последним.
– А дочка у тебя ничего. Молодец, что прятал. Такое сокровище надо держать вдали от посторонних глаз, – усмехается бандит.
– Со мной делай что хочешь, а девочек не трогай.
– Ты кинул меня, Вить, а я такое не прощаю. Из-за таких, как ты, у меня теперь много работы. А знаешь, как я расслабляюсь после тяжелого рабочего дня?
Папа понуро опускает голову.
– Правильно, Вить. И твоя принцесса мне как раз подходит.
Мой отец решил пойти против хозяина города. Обещал, что мы успеем убежать. Спрятаться. Что нам ничего не будет.
Вот только папа ошибся.
И сейчас Ризван пришёл не разговаривать. Он пришёл карать. И, кажется, начнёт с меня.
– Со мной делай что хочешь, а девочек не трогай.
– Ты кинул меня, Вить, а я такое не прощаю. Из-за таких, как ты, у меня теперь много работы. А знаешь, как я расслабляюсь после тяжелого рабочего дня?
Папа понуро опускает голову.
– Правильно, Вить. И твоя принцесса мне как раз подходит.
Мой отец решил пойти против хозяина города. Обещал, что мы успеем убежать. Спрятаться. Что нам ничего не будет.
Вот только папа ошибся.
И сейчас Ризван пришёл не разговаривать. Он пришёл карать. И, кажется, начнёт с меня.
С самого детства Рада мечтала, как и ее мать в свое время, стать управляющей отеля "Леон", принадлежащего ее отчиму. Ее мечта должна была осуществиться после достижения ею двадцатипятилетнего возраста, но ее сводный брат Лев, после смерти отца ставший хозяином "Леона", поставил перед ней нелепое условие: или она в течение месяца, оставшегося до ее дня рождения, докажет, что способна справиться с любой проблемой при любых обстоятельствах, или останется на прежней должности зама управляющего. Вот только, доказать свою проф. пригодность Рада должна в качестве его личного помощника, который должен быть рядом в течение дня и ночи, исполняя любой его каприз. Очень личного...
На устроенном братом аукционе я стала единственным лотом. Продать моё тело, мою невинность, чем не способ заработать? Его друзья не оставили бы на мне живого места, если бы в самый разгар веселья не появился он. Одетый во всё чёрное мужчина, от одного взгляда которого бросает в дрожь.
Он стал моим спасением. Только есть одно «но»: появился он не за тем, чтобы меня спасти. Я должна ему, и он пойдёт на всё, чтобы получить своё...
Он стал моим спасением. Только есть одно «но»: появился он не за тем, чтобы меня спасти. Я должна ему, и он пойдёт на всё, чтобы получить своё...
Выберите полку для книги